Дебет и кредит вдохновения

Какие изменения назрели в законе об авторском праве

Развитие информационных технологий и глобальной информационной инфраструктуры делает вопрос охраны авторских прав все более актуальным. Возникает необходимость большей защиты интеллектуальной собственности. В Совете Республики Национального собрания ведется работа над законопроектом, который  внесет изменения и дополнения в действующий Закон «Об авторском праве и смежных правах». О каких корректировках может идти речь, выяснила «Р».


В Союзе писателей Беларуси состоялся круглый стол, в ходе которого обсуждались проблемы защиты авторских прав. Участие в разговоре приняли адвокат Кира Касьянова, ведущий специалист управления права и международных договоров Национального центра интеллектуальной собственности Андрей Лученок, профессор кафедры литературно-художественной критики Института журналистики БГУ, театровед Татьяна Орлова и писатель Наталья Голубева.

Кира КАСЬЯНОВА
Наталья ГОЛУБЕВА
Татьяна ОРЛОВА
Андрей ЛУЧЕНОК

Определение — произведению


Кира КАСЬЯНОВА: Что мне сразу бросилось в глаза и возмутило — это предлагаемое в законопроекте уменьшение компенсации за нарушение авторских прав. Было 10 базовых величин, стало — 1 базовая величина. 

Здесь надо учесть такую вещь. Отдельные ставки государственной пошлины с исковых заявлений, подаваемых в судебную коллегию по делам интеллектуальной собственности Верховного Суда, намного выше тех, которые уплачивают граждане, приходя в общий суд. В частности, госпошлина за рассмотрение неимущественного требования предусматривает 20 базовых величин. Когда ко мне за защитой обращается автор, особенно с периферии, я объясняю, что его ждут большие расходы. Нужно потратиться на билеты в Минск и на проживание здесь, потому что это дело не одного дня, плюс — госпошлина 20 базовых величин. В итоге его желание идти в суд растворяется, даже если адвокатские расходы самые минимальные. А если он идет в суд, то часто случается, что компенсация, взысканная в его пользу, намного ниже затрат. Это недопустимая ситуация, оскорбительная для автора, это проявление неуважения к интеллектуальной собственности в принципе.

Самая главная проблема, которая существует в авторском праве, и она не решена во всем мире, — как ограничить произведение ремесла от того, что защищается авторским правом. Ведь первое, что можно заявить в суде, — я не считаю это произведением. Тогда суд назначает экспертизу, а там как повезет. Ведь эксперты — те же творцы. Мне приходилось сталкиваться с корпоративной заинтересованностью, а проще говоря, с завистью, когда эксперт утверждал, что произведение известной художницы вовсе не произведение. И не эскизы она сделала, а почеркушки, и нового ничего не привнесла, словом, творчества нет. Субъективизм очень мешает.

А как определяется творчество? В законе — никак. Суд исходит из понятий новизны и оригинальности. Причем или новизны, или оригинальности, или того и другого вместе — никто не знает. Но если исходить только из принципа новизны, то можем прийти к тому, что в наше время ни одно произведение авторским правом охраняться не будет. Ведь еще в начале XX века было сказано, что все искусство — это переработки сделанного ранее. Нужны серьезные научные исследования в определении понятия «творчество».

Вознаграждение с флешки


Андрей ЛУЧЕНОК: Недопустимо, чтобы в законопроект были включены предложения, коренным образом нарушающие права автора. Первое, о чем уже говорилось: 10-кратное снижение компенсации за нарушение авторских прав. Одна базовая величина — 23 рубля — унизительно для автора. Национальный центр интеллектуальной собственности против этого неоправданного снижения.

Второе. Закон сегодня допускает копирование дома произведений без согласия авторов, исполнителей и производителей фонограмм, понятно же, что реально спрашивать все равно никто не будет. Тем не менее закон предусматривает и право автора на выплату вознаграждения за воспроизведение его произведений в личных целях. И выплачивать его должны не те, кто дома что-то копирует, а предприниматели, которые производят или ввозят на территорию страны компьютеры, ноутбуки, планшеты, диски, флешки и так далее. С этого и необходимо собирать вознаграждения. Ставки у нас давно разработаны. Наши авторы и исполнители могли бы уже получать значительные суммы, поскольку оборот перечисленных товаров довольно большой. Но не было организации, которая этим занималась бы. Теперь она появилась, начинает работать. А из закона пункт о таком вознаграждении предлагается исключить. 

Компенсационное вознаграждение введено во многих странах. Для сравнения: в Литве, которая территориально меньше нас, только за чистые носители — «пластмасски» для записи — за год собрано около 1 миллиона долларов США. Наш же Национальный центр интеллектуальной собственности примерно столько же собрал для авторов за все виды использования произведений — на концертах, телевидении, радио, в театрах и так далее. 

И третье. Предлагаемый законопроектом допустимый объем цитирования размером в 1 авторский лист, а это 23 страницы печатного текста — неоправданно высок. Туда может попасть не одно произведение, и все это можно будет использовать бесплатно. Вообще, творческими могут быть даже несколько оригинальных строчек. А выходит, они будут цитироваться и автор ничего не получит. Так, например, было с фрагментом мелодии известной песни моего отца, который долгое время звучал на всех станциях минского метро. А когда предложили: заплатите автору, музыку просто убрали.

Кира КАСЬЯНОВА: Я абсолютно за защиту прав авторов, но что касается цитирования, здесь более широкая, экономическая проблема. Это изменение в законе — в интересах наших издательств. Суть в чем? Издательства в первую очередь живут с выпуска учебной литературы, хрестоматий и тому подобного. Если норму цитирования в закон не ввести, получится, что лучшие произведения, на которых учатся наши дети, станут для издания недоступными. Все авторские права на них принадлежат крупным российским издательствам, а те, естественно, лучше сами выпустят эти книги, чтобы мы у них купили, но это доход не нашего бюджета. Сегодня в отсутствие этого изменения в законе наши издательства явные нарушители. То, что лежит на столах в школах, — заведомо с нарушением прав. Если российские правообладатели вдруг обеднеют и подадут по нашим хрестоматиям иски, наши издательства разорятся. Считаю, предлагаемая норма цитирования должна остаться. Возможно, есть смысл сделать какие-то уточнения: чтобы и белорусский автор был действительно защищен, и издательства наши работали без препятствий.

Удобный постмодернизм


Татьяна ОРЛОВА: Меня многие вопросы журналистские волнуют. Например, сегодня уже узаконенная практика, когда из интернета берут новость, событие, все его для своих газет подают под своим именем и получают за это гонорар, хотя вся фактура одинаковая. И это не считается плагиатом. Поскольку воспитываю будущих журналистов, читаю много. Когда берешь и сравниваешь: газеты в основном одинаковые, одну и ту же информацию раздувают, у кого сколько сил хватит. И здесь никак закон не работает.

Поскольку занимаюсь еще и театроведением, скажу: бессовестное заимствование существует, конечно, и это сегодня называют ремейком или постмодернизмом. Придумали эту формулу удобную, и можно под нее цитаты любые без ссылки использовать: постмодернизм, дескать, и это все объясняет. 

Большая проблема для театров — авторские права. Мы говорим, что они часто ставят безделушки зарубежные старые, а не пьесы интересных авторов. Но получить авторские права на такие произведения для театра очень трудно. Каждый коллектив должен индивидуально выходить на автора или его родственников, потому что 50 лет после смерти автора действует срок охраны. Часто родственники не понимают, что театр, играя это произведение, зарабатывает копейки, из-за них не стоит драться. Но все равно нельзя — и все. 

Есть у меня и собственный опыт борьбы за авторские права. Лет 10 назад был выделен госзаказ на книгу о Ростиславе Янковском. Два с половиной года я над ней работала — 17 кассет огромных записанных бесед. Но когда сдала книгу в издательство, на каком-то этапе редактирования мой текст не понравился. Велено было категорически переработать. Заявили: если не хотите, можем обойтись без вас. Договор со мной сразу заключен не был, попытка защитить свои права оказалась безуспешной. Ситуация разрешилась в результате, книга вышла. Правда, наказали меня тем, что гонорар не заплатили. Но 10 книг дали.

Наталья ГОЛУБЕВА: Нынешний закон, с моей точки зрения, страдает тем, что в нем отсутствует детализация. У нас нет понятия «творчество», нет понятия «плагиат». У нас закон пишет: произведение — и все. А что такое произведение? В нем есть тема, материал, образная система, сюжет, язык, заглавие… Необходимо четкое определение: объектом авторского права является произведение, однако его структурные подразделения тоже могут подлежать заимствованию. И если у тебя украли сюжет — это тоже незаконная переработка авторского текста. Мне приходилось доказывать Верховному Суду, что 15 страниц диалогов, содранных из моего произведения, — это кража.

Еще проблема. Суд выносит решение: произведение такого-то автора несамостоятельное. Как поступают у нас воспроизводящие его организации? Они плевать хотели на это решение. Поэтому предлагаю внести дополнение: не допускается демонстрация и обнародование произведений, признанных судебными органами несамостоятельными, а заимствованными, созданными на основе переработки чужих произведений.

Следующий момент. Более 20 фильмов снято по моим сценариям. Многие видели их по телевидению. Смотрю анонс: фильм режиссера такого-то. А автора, который собирал материал, систематизировал его, писал сценарий, нет. Предложение: произведение, созданное группой авторов, не может быть обнародовано как произведение одного автора. Или еще, допустим, объявляют: телеканал такой-то представляет новый фильм. Берут фильм для демонстрации, лишь технически прокрутить, а присваивают себе авторское право компании, которая этот фильм создала. Мое дополнение: не допускается обнародование произведения организациями под своим именем, если они не имеют отношения к его созданию. 

И такой серьезный вопрос. За границей, если только намек, что ты позаимствовал, на тебе ставят крест. У нас обратная реакция: все начинают жалеть и защищать, мол, ничего страшного, это аллюзия, ремейк или иное. Более того, СМИ поднимают человека, в суде признанного вором, на щит — надо же, обидели. Он становится участником телепрограммы как выдающийся литератор. Считаю, недопустима пропаганда в СМИ авторов, чьи произведения науки, литературы и искусства признаны судебными органами несамостоятельными.

Мы должны поставить знак равенства: заимствование в интеллектуальной сфере — такое же воровство, как и в сфере экономической.

svirko@sb.by

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Автор фото: Артур ПРУПАС
ТЕГИ:
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?