В костеле, где крестили Янку Купалу, восстанавливают орган начала XX века

Больше чем инструмент

Совсем скоро на один действующий орган в Беларуси станет больше. Король всех музыкальных инструментов появился в костеле Святой Троицы в Радошковичах. Место действительно знаковое.



И не только для тысяч верующих католиков. В 1882 году здесь крестили маленького Яна Луцевича — будущего Песняра Янку Купалу. Увы, инструмент тех лет не сохранился. Последний раз звучание органа прихожане слышали в 1960-х. И лишь недавно сюда привезли новый. Точнее, старый и требующий серьезной реставрации: из костела Рождества Пресвятой Девы Марии в Браславе. Однако после реконструкции, надеются специалисты, у возрожденного органа откроются новые возможности.


Даже стены помогают

Костел в Радошковичах — один из крупнейших на северо-западе епархии, больший только в Будславе. В советские годы костел разделил участь большинства белорусских храмов: был перепрофилирован под нужды промышленности. После Великой Отечественной войны здесь разместился один из цехов керамической фабрики. Производственные масштабы и несколько неудачных перестроек костел не перенес: здание признали аварийным. В 1990 году его вернули католической церкви, но богослужения здесь возобновились лишь спустя 13 лет, которые ушли на восстановление интерьеров. А вот органом — главным инструментом в католических святынях — приход обзавелся лишь недавно. В Радошковичи его перевезли из Браслава, рассказывает настоятель прихода Святой Троицы ксендз Юрий Быков:


— Там установили новый, немецкий. А мы забрали старый, даже несмотря на то, что он требовал серьезной реконструкции. Других вариантов просто не было. Если все сложится удачно, то наш орган зазвучит на 26 голосов и станет четвертым по величине в католических костелах после Минска, Гродно и Пинска.

Ежегодно в костеле Святой Троицы проходит «Купалаў фэст» — праздник для всех, независимо от вероисповедания, кто любит и ценит творчество главного белорусского Песняра.
Орган — очень сложная инженерная конструкция, которая должна идеально вписываться в пространство. При ее установке специалисты учитывают не только акустику, но и архитектурные особенности здания. Поэтому каждый инструмент уникален в своем роде: его проектируют под определенное помещение. Учитывается даже материал, из которого изготовлены стены, и их толщина. Вообще, устройство органа сами музыканты часто сравнивают с айсбергом: то, что видят зрители, лишь верхушка. Основная часть инструмента спрятана от посторонних глаз и занимает даже не отдельную комнату — целый зал. Ксендз Юрий уточняет:

— Территория балкона в Браславе, где стоял орган, в два раза меньше нашей. Орган там собирали и устанавливали еще до Великой Отечественной войны, и чтобы инструмент разместился в хорах — это верхняя открытая галерея на уровне второго этажа, — некоторые его части обрезали, отпиливали и укорачивали. У нас же, напротив, места достаточно. Поэтому приходится не только дотачивать многие деревянные детали, но и менять их на новые. В зависимости от влажности в храмовом помещении старое дерево может давать трещины, рассыпаться. Тогда орган хуже звучит.


Новое — не всегда лучшее

Еще одна особенность радошковичского инструмента заключается в том, что фактически он собран из нескольких. За основу взят краковский орган начала ХХ века. Дата изготовления мануала известна точно: 1910 год. Есть детали и конца 1890-х.

— Часть работ по замене деревянных деталей мы уже выполнили. Не хватает некоторых труб — их будем доделывать. Также заказали новые клапаны в Германии. Некоторые элементы приедут из Болгарии. К сожалению, в Беларуси (да и в целом на территории бывших советских стран) ничего этого нет. Приходится привозить из Германии, Польши, Латвии — стран, где органная культура сохранилась на высоком уровне. Также стараюсь договариваться с ксендзами из других приходов, где есть органы. Новое — не всегда означает лучшее. Иногда есть смысл искать оригинальные детали.


Восстановить механику взялся мастер Московской государственной филармонии Дмитрий Лотов. Тот самый, который чуть ранее подарил голос инструменту в минском концертном зале «Верхний город». За электронную часть также отвечает москвич — 26-летний органист Игнатий Изотов. Почему, интересуемся, для столь ответственных работ не привлекли отечественных специалистов?

— Дело в том, что установка органа и его реставрация — это совершенно разные вещи. Реставрацией в Беларуси занимается всего один человек. Но он уже в возрасте и не смог бы взять на себя такой объем работы. Так что это допустимая практика — приглашать штучных профессионалов из Польши, России или Литвы.


На сколько растянется процесс возвращения органа к жизни, ксендз Юрий ответить пока затрудняется. Не скрывает: без финансового подспорья работа может занять несколько лет. Сейчас все реставрационные работы осуществляются за счет пожертвований прихожан. Но если найдется меценат, Радошковичам смогут позавидовать лучше концертные залы страны. Тем более в приходе есть профессиональные органисты. Ксендз Юрий уверяет:

— Орган — это инструмент, который не должен стоять, на нем нужно постоянно играть. Тогда он всегда будет в хорошем состоянии.

leonovich@sb.by
Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Фото: Александр КУЛЕВСКИЙ