Без шанса на спасение

Под Могилевом гитлеровское командование перехитрило наше, но защитники города стояли насмерть

ПЯТИМИЛЛИОННАЯ немецкая армада, смяв в первые дни войны пограничный эшелон обороны советских войск и не встречая значительного отпора, ринулась в глубь страны. Могилев стал первым городом, за который развернулось ожесточенное сражение. История его героической обороны, продолжавшейся с 3 по 26 июля 1941 года, трагична и кровава. Рубеж по Днепру, словно по Константину Симонову, поделил его защитников на живых и мертвых.

Вход в мемориальный комплекс «Буйничское поле».

Прикрывал Могилев 61-й стрелковый корпус генерала Бакунина, а непосредственно город удерживала 172-я стрелковая дивизия генерала Романова. Но в начале июля 41-го верховное командование Красной Армии усилило это направление дивизиями из глубины страны — Московского и Приволжского военных округов, из Украины. Некоторые из них были уничтожены немцами, не успев даже выйти на боевые позиции. Часть подразделений, не сумевших сохранить в том пекле воинское знамя, больше не возобновляло свою боевую историю. Вот почему о том, что под Могилевом, кроме уже упомянутых соединений, оборону держали 161-я Могилевская, 18-я Татарская, 53-я Саратовская, 110-я Тульская стрелковые дивизии, а также 20-й моторизованный корпус, в советской военной истории практически не упоминалось, и сейчас об этом знают очень немногие. 

ВПЕРВЫЕ не крепость, не укрепрайон, зарывшийся в бетон, а обычный гражданский город и его жители как настоящие воины оказали сопротивление врагу.

Оборона Могилева началась со строительства уникальных оборонительных сооружений. Уже с первых дней войны в неимоверную жару здесь трудились до 40 тысяч горожан и жителей деревень. Колоссальными усилиями они прорыли 25-километровый противотанковый ров трехметровой глубины, траншеи, построили десятки блиндажей и дзотов, саперы установили минные противопехотные и противотанковые поля. Солдаты 61-го стрелкового корпуса, заняв подготовленные позиции, стояли насмерть. Правда, говорить о воинских маневрах, о четко разработанной и осуществленной операции не приходится: были образцы воинского искусства и ошибки в организации обороны, были подвиги и панические настроения. Но с задачей удержать город как можно дольше его защитники справились, хотя и ценой многих тысяч жизней.

Первые бои начались 3 июля на дальних подступах. При переправе через Друть немцы потеряли пять танков, в районе Белыничей подбито еще восемь боевых машин, в том числе четыре — командиром артиллерийского гаубичного дивизиона Борисом Хигриным, который первым из защитников города посмертно получил звание Героя Советского Союза. Жестокие сражения развернулись буквально на каждом километре. Пригородные населенные пункты по нескольку раз переходили из рук в руки. Гитлеровцы приблизились к Могилеву только 9 июля.
Второй период могилевской обороны начался с 10 июля, когда к городу подошли 4 танковые и моторизованные немецкие дивизии.


Подбитые под Могилевом немецкие танки, 1941 г.


У деревни Следюки Быховского района на пути врага встали солдаты сводного усиленного отряда под командованием майора Златоустовского, которые в течение четырех дней сдерживали немецкие танки. Благодаря стойкости защитников врагу не удалось выйти на ближние подступы к Могилеву.

12 июля жестокий бой разгорелся на Буйничском поле. Там находились позиции 388-го полка, считавшегося лучшим в 172-й дивизии. Командовал им Семен Кутепов — толковый и грамотный офицер. Немцы бросили в атаку танковый батальон и два батальона пехоты. Но кутеповцы, укрепив позиции по всем правилам военного искусства, не пропустили врага. Которая по счету атака захлебнулась, и гитлеровцы, оставив на поле боя 39 танков и бронетранспортеров, откатились назад. Эту картину видели фронтовой корреспондент Константин Симонов и фотокорреспондент Павел Трошкин. Благодаря им об этом сражении уже через несколько дней узнала вся страна. А фотографии кладбища немецких танков, опубликованные в газетах «Известия» и «Красная Звезда», в то время, когда Красная Армия на фронтах отступала, поднимали моральный дух советских людей, укрепляли их веру в победу.

У деревни Гаи под Могилевом целую неделю держали оборону бойцы батальона милиции капитана Владимирова, в котором насчитывалось предположительно 250 человек. Вооруженные в основном винтовками, револьверами и несколькими пулеметами, они отражали атаку за атакой.  20 июля остатки батальона во главе с раненым командиром поднялись в последний бой, из которого живыми вышли всего 19 воинов. 

НЕ СУМЕВ взять Могилев фронтальным ударом, немцы обошли его с юга и севера и замкнули кольцо в районе Чаусов. 16 июля прекратился подвоз боеприпасов, медикаментов и продовольствия, и скоро в городе наступил голод — на четверых солдат выдавали по 300 граммов хлеба и банку консервов в день. Но скоро не осталось и того, потому что практически все продовольствие вывезли во время эвакуации — никто не рассчитывал, что Могилев продержится так долго.

Поисковая группа «Виккру» — Сергей ТАГАЕВ, Виталий ДРАКИН,
Николай БОРИСЕНКО, Павел СЫСОЙ, Антон ПРОКАПНЕВ.

Отдельная страница обороны — бои в городской черте, которые начались 23 июля, когда был отклонен ультиматум о капитуляции. Одна из самых жестоких и трагичных стычек произошла на Архиерейском валу в центре города. В этот же день 172-я дивизия потеряла связь со штабом 61-го корпуса, который находился на другом берегу Днепра.

По архивным данным, за время обороны Могилева погибли более 15 тысяч бойцов, не считая народных ополченцев, численность которых до сих пор неизвестна. По немецким данным, около 35 тысяч защитников днепровского рубежа попали в плен. А всего в обороне могилевского рубежа с 3 по 26 июля принимали участие 55—60 тысяч человек.

К 25 июля силы защитников Могилева иссякли, и в ночь с 25 на 26 июля принято решение с боями выходить из окружения. 4 тысячи солдат генерала Романова двинулись на юго-запад в сторону деревни Тишовка. Еще 9 тысяч «бакунинцев» выходили из окружения в чаусском направлении.

Прорыв из окружения был еще более трагичным. Последний бой 172-й стрелковой дивизии как боевой единицы состоялся около деревни Бруски. Из леса, где он происходил, не вышел практически никто. Последней для многих воинов 110-й дивизии и 20-го механизированного корпуса оказалась попытка выхода из окружения под Чаусами. Генерал Бакунин, поняв, что вместе прорваться через вражеское кольцо не удастся, дал команду уничтожить технику и прорываться небольшими группами. Сам Бакунин вышел из окружения в Тульской области и вывел с собой 140 бойцов. Командир 110-й дивизии Хлебцев, не сумев пробиться из окружения, организовал вместе с выходившими с ним бойцами и командирами партизанский отряд в Климовичском районе…

ПОИСКОВУЮ работу известного могилевского историка, военного писателя Николая Борисенко иначе как подвигом не назовешь. Окунувшись два десятка лет назад в историю последней войны, нынешний руководитель областного поискового отряда «Виккру» пафоса не приемлет, считая своим человеческим и профессиональным долгом раскрыть как можно больше белых пятен этого трагического периода. Сегодня вряд ли кто более глубоко изучил события начала июля 41-го года в районе Могилева. За время существования клуба «Виккру» (на латыни Victoriacruenta означает «Победа, завоеванная кровью») установил свыше 15 тысяч имен погибших на Могилевщине воинов по архивным и обнаруженным в поисковых экспедициях документам. Вместе с 52-м отдельным специализированным поисковым батальоном из земли подняли останки 500 солдат Красной Армии, имена 53 из них удалось расшифровать.

Слушаем рассказ Николая Борисенко без комментариев:

— Надо смотреть правде в глаза: немцы перехитрили наше командование. У Могилева после 13 июля уже не было значительных сил врага, здесь оставались только небольшие арьергардные отряды и моторизованные подразделения. Не пытаясь брать город штурмом, они вели небольшие очаговые бои, изматывающие защитников Могилева, поджидая свои пехотные дивизии, которые потом взяли обессиленный город за 5 дней, несмотря на героическое сопротивление его защитников, не оставив им шанса на спасение. Белых пятен в этой истории огромное количество...

Главная наша задача — вернуть имена как можно большему количеству погибших воинов. Работаем в архивах, изучаем схемы боев. Главный источник для поисковиков — воспоминания местных жителей и ветеранов. У людей, переживших войну, особое отношение к своим защитникам. Они хоронили убитых красноармейцев на своих огородах, в палисадниках, на деревенских улицах и лесных опушках — другой возможности не было, часто хоронили тайно ночью, многие из местных жителей поплатились жизнью за то, что предавали земле погибших советских солдат.

И потом в мирное время приходили к погибшим не только по дням поминовения, а гораздо чаще — убрать могилку, поговорить, помолчать. Например, в деревне Зеленый Прудок под Чаусами в палисаднике одного из домов было пять холмиков — пятеро красноармейцев покоились там, на могилках сажали цветы, поминали их в День Победы. В другой чаусской деревушке бабушка до самой смерти не отдавала красноармейца, которого похоронила возле дома в 41-м — называла его сыночком и чтила его память, как будто это и был ее сын, погибший на других фронтовых дорогах Великой Отечественной.

В чаусских деревнях особенно много братских могил и одиночных захоронений наших воинов, потому что именно там трагически закончился путь выходивших из окружения остатков воинских подразделений, оборонявших Могилев. Некоторые из защитников Родины до сих пор лежат на местах своих последних боев непохороненные и неоплаканные. И мы стараемся исправить эту историческую несправедливость…

Диана ГАРАНИНОВА, «СГ»

gardiana@tut.by

Фото автора
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?