Воздушные галереи

Современная фотография в Беларуси — явление парадоксальное...

Современная фотография в Беларуси — явление парадоксальное. То и дело интернет сообщает о победах наших фотографов на международных конкурсах, не проходит недели, чтобы в столице не анонсировалась новая фотовыставка, открываются фотошколы, учебные курсы, и недостатка в желающих обучаться премудростям обращения с фотоаппаратом не наблюдается. В то же самое время прекращает свое существование Музей фототехники (бывший, к слову сказать, единственным в СНГ), закрываются фотогалереи — недавно с карты Минска исчезла последняя из них... Разобраться в ситуации мы предложили преподавателю школы Минского центра фотографии и шеф-редактору веб-альманаха photoscope.by Владимиру ПАРФЕНКУ, художнику и фотографу Игорю САВЧЕНКО, искусствоведу, куратору выставочных проектов, научному сотруднику Музея современного изобразительного искусства Ольге РЫБЧИНСКОЙ и куратору, искусствоведу Татьяне ФЕДОРЕНКО.


Особенности взросления


«СБ»: Выживать нашим галереям непросто в принципе, в условиях отсутствия национального арт–рынка — тем более. И все же современным художникам, пусть не без труда, но удается менять настороженное отношение к себе. Причем это касается не только публики. Уже находятся меценаты, которые готовы бескорыстно поддерживать белорусское актуальное искусство, нестандартных скульпторов, живописцев... Однако фотографам пока приходится рассчитывать лишь на самих себя. Возможно, беда в том, что фотография в понимании нашего обывателя — все еще не вполне искусство? К тому же в пору всеобщей доступности «цифры» и фотошопа...


В.Парфенок: В определенном смысле это закономерно, что фотография как более молодой вид искусства позже и созревает. Правда, у наших соседей — поляков, литовцев и россиян — процесс взросления фотографии благополучно завершился, и теперь она почти повсеместно — полноценный сегмент культурного бизнеса. Но у нас, к сожалению, все еще мало кто видит разницу между искусством фотографии и картинками, которые может наклепать практически любой, разжившись камерой за 300 долларов... На мой взгляд, чтобы фотоискусство стало более легитимным у нас в стране, необходимо привлечь к нему внимание государственных учреждений, Министерства культуры, которое могло бы расставить свои акценты, определить границы между искусством и самодеятельностью. Ведь, несмотря даже на то, что у белорусских фотографов есть свое творческое объединение, фактически творческий союз, никто нас, фотографов, всерьез пока не воспринимает.


Тем временем во многих европейских странах существуют программы государственной поддержки фотографии как молодого и перспективного вида искусства, как части процесса формирования национальной идентичности. А у нас даже история белорусской фотографии все еще никем не написана. И в творческих вузах фотографию преподают только как прикладную науку, но никак не вид искусства.


И.Савченко: Добиваться социального признания фотомастера могут по–разному. Государственное участие — только один из вариантов. Есть и другие модели. Если, скажем, во Франции фотографы могут рассчитывать на поддержку министерства, государственных музеев, то в Америке нет ничего подобного... Кстати, помнится, переломным моментом, когда американская публика признала за фотографией право считаться искусством, стала фотовыставка, организованная Джоном Жарковским в МОМА — Музее современного искусства Нью–Йорка — в 1973 году.


В.Парфенок: А как же фотогалерея Стиглица, созданная в Америке еще в начале ХХ века? И программные решения фотохудожников того времени, что отныне они продают свои работы не меньше 100 долларов за каждую?


И.Савченко: Однако вплоть до 70–х годов прошлого столетия там шла такая же бурная дискуссия, как и у нас... В принципе, если заехать в какую–нибудь американскую глубинку, там и сейчас наверняка найдется фермер, который считает, что главное в нашем деле — фотоаппарат. Но споров о том, может ли фотография претендовать на искусство, в Америке уже не ведется лет 30...


В.Парфенок: Просто сработали законы рынка. Арт–рынок искал новый продукт для продажи, вот фотография и дождалась своего часа. Но поскольку у нас арт–рынок неразвит, уповать на то, что ситуация разрешится сама собой, не приходится. Да и как белорусский фотограф может продемонстрировать, что его работы заслуживают общественного внимания? Никак. Сделать фотовыставку, опираясь на личные финансовые возможности, нереально. Единственное, на что он способен, — разместить свою веб–галерею на бесплатном сайте. По крайней мере, у большинства из нас дела обстоят именно так. А в это время литовские фотографы нашего возраста с 20 — 30–летним профессиональным стажем получают государственные стипендии и награды за вклад в культуру своей страны. Не потому ли, что в Литве фотографии отводится очень важная роль в процессе идентификации и формирования нации?


Домашние рецепты


«СБ»: А виртуальные, квартирные фотовыставки, которые у нас проводятся, — они разве ни на что не влияют? Обычно такие небанальные проекты вызывают повышенный интерес публики...


В.Парфенок: По–моему, все это суета. Можно сделать выставку хоть на пустыре или, как минский фотограф Олег Яровенко, на чердаке жилого дома. Но пока фотография не войдет в музеи, в академию искусств, пока не появятся некоммерческие фотогалереи с государственной поддержкой, полагаю, ничего не изменится.


Т.Федоренко: Действительно, добрая половина людей, которые пришли на открытие нашей домашней фотовыставки, осталась за порогом — просто не поместились в квартиру. Понятное дело, было много недовольных. Но те, кто приходил потом, оценили эту затею вполне — уже через день у нас проходили какие–то беседы, дискуссии, встречи. У многих появились новые идеи, как и что снимать, что вообще делать дальше... Я думаю, в плане того, чтобы подтолкнуть людей к размышлению, квартирная выставка совсем даже неплоха. Но такие локальные проекты вряд ли могут привести к глобальным переменам...


Зато помните, как срезонировал «Белорусский павильон 53–го Венецианского бьеннале» в «БелЭкспо» год назад? Когда художники публично заявили, что актуальное искусство надо показывать, видеть, знать, причем сами решили, что считать таким искусством. И люди, чиновники, государство откликнулись...


В.Парфенок: Заметьте, это было не «тихим партизанским движением». Выставка прошла в публичном месте, на огромной территории, одновременно с другими коммерческими выставками — «Фотофорумом» и «Дизайн–форматом». И очень многие зрители смогли ее увидеть, что было бы невозможным в формате «квартирника»... Конечно, была в этом доля провокации, но ведь именно она делает событие ярким, запоминающимся! «Фотосалоны», которые проходили в «БелЭкспо» несколько лет подряд, никогда не вызывали такого общественного резонанса.


«СБ»: Очевидно, потому, что там демонстрировалась преимущественно коммерческая фотография...


Т.Федоренко: По–моему, эти «фотосалоны» еще больше подтверждают, что фотография — ремесло, а не искусство. Художники ведь не представляют на выставках картин, которые создавались специально для того, чтобы потом продать их в рекламу. А фотографы сделают это запросто... Если мы хотим показать современную фотографию, то выставка должна быть принципиально другая, без коммерческих работ.


Кураторский час


О.Рыбчинская: Для формирования имиджа фотоискусства важен хороший пиар, грамотные кураторы. Широкие пиар–акции московского Дома фотографии ежегодно привлекают большое внимание и публики, и специалистов. Сейчас, например, в Москве завершается «Фотобьеннале–2010», и практически все там построено на кураторских проектах.


В.Парфенок: Почему же в Минске нет ничего подобного?


«СБ»: Видимо, потому, что нет такого Дома фотографии, как московский, — там ведь это целый музейно–выставочный комплекс.


В.Парфенок: Но у нас есть Музей современного изобразительного искусства! Почему бы ему не провести в своих стенах большую репрезентативную выставку, которая могла бы запустить процесс легитимизации белорусской фотографии как искусства?


О.Рыбчинская: Думаю, в формате фестиваля такой проект вполне можно реализовать. Тем более что в настоящее время музей всячески приветствует инициативы такого рода. И что касается фотовыставок, они здесь нередки. Причем как персональные, так и в рамках крупных проектов. Например, недавно прошедший фестиваль современного белорусского искусства Art.Intouch включал очень цельную, на мой взгляд, экспозицию трех наших фотографов...


В.Парфенок: Было бы здорово запланировать такую фотовыставку на следующий год. Обещаю свою помощь в реализации этого проекта.


О.Рыбчинская: Мы открыты для сотрудничества. Однако сначала необходимо хорошо продумать стратегию реализации этой идеи...


«СБ»: С конкурсным отбором работ?


В.Парфенок: Конкурсы оставим любительской фотографии. У серьезной выставки должен быть куратор.


Т.Федоренко: Сейчас, например, собирается экспозиция нового арт–фестиваля «Дах», открытие намечено на 13 июля во Дворце искусства. Люди приносят, присылают нам свои работы, которые считают лучшими. Но когда мы, кураторы, предлагаем им показать что–то другое или совместно поработать над присланной серией, все откликаются с большой готовностью. Потому что у художника глаз зачастую «замылен», реальные достоинства своей работы ему трудно оценить... С другой стороны, у выставки или фестиваля может быть некая общая идея, высказывание, которое куратор хочет донести до публики. В этом случае уже не приходится объяснять в каждом отдельном случае, что хотел сказать автор той или иной работы. В выигрыше и зритель, и художник.


Медитация и мотивация


«СБ»: А как вы думаете, белорусское фотоискусство имеет свои национальные черты? Можно его распознать среди работ других европейских авторов?


В.Парфенок: Пожалуй, этот вопрос стоило бы адресовать критикам, искусствоведам... Но, на мой субъективный взгляд, свои особенности у белорусской фотографии есть. Вспоминаю выставку «Искусство современной фотографии. Россия, Украина, Беларусь», которая проходила в Москве в 1994 году. Там было три национальных павильона, и сразу бросалось в глаза, насколько по–разному фотохудожники видят и отражают реальность. Например, эмоции на украинских фотографиях уже тогда выплескивались наружу. Белорусская же фотография другая. Если можно так сказать, она более медитативная, погруженная в размышления...


И.Савченко: А мне кажется, чтобы адекватно выявить черты, присущие белорусскому либо какому–то другому фотоискусству, нужен отстраненный взгляд со стороны. Нам, находящимся внутри процесса, вряд ли это удастся.


«СБ»: Почему же? Скажем, в следующем году Беларусь собирается участвовать в Венецианском бьеннале современного искусства. Фотографы могли бы претендовать на создание экспозиции нашего павильона в Венеции наравне с художниками...


В.Парфенок: Разумеется, фотография должна быть там представлена. Во многих национальных павильонах на Венецианском бьеннале фотографы доминируют! Латыши, литовцы не первый год открывают свои экспозиции именно фотографией, причем не в виде каких–то арт–изощрений, а самой что ни на есть документальной.


О.Рыбчинская: Кстати, я отметила, что и на Московском фотобьеннале этого года один из лучших проектов был представлен репортажной фотографией... Современное фотоискусство ведь очень разнообразно и допускает использование любых техник и приемов.


«СБ»: Интересно, а как много людей в нашей стране пытаются заниматься этим искусством? На хорошем профессиональном уровне?


В.Парфенок: В Белорусском общественном объединении «Фотоискусство» на сегодняшний день зарегистрировано более 200 человек. Мы с Игорем также состоим в этом творческом союзе и даже являемся членами экспертной комиссии, которая занимается приемом новых членов. Но в течение последнего года в объединение никого не принимали.


И.Савченко: Люди не подают заявок. Недостает мотивации.


В.Парфенок: Возможно, потому, что никакой реальной помощи своим членам эта организация не оказывает. Фотограф должен жить за счет своей работы. А не зарабатывать деньги далеким от фотографического творчества занятием... В идеале наш союз должен выстроить систему, которая позволит фотографу заниматься творчеством за счет своей профессиональной деятельности, регулировать отношения между художником и средой. А у «Фотоискусства» нет ни галереи, ни своей коллекции фотографий, ни издательства. Сегодня у фотосоюза нет возможности показать людям, чем богата белорусская творческая фотография... Но это повод для отдельного разговора.


Новые времена — новые имена


«СБ»: Тем не менее новые имена–то в числе наших признанных фотомастеров появляются...


В.Парфенок: Вот только следить за развитием процесса все сложнее — фотовыставки хоть и проходят, но часто это случайные события... Правда, есть интернет–ресурсы: веб–альманах photoscope.by, фотопортал znyata.com, сайт объединения «Фотоискусство» photounion.by. Благодаря им можно составить более–менее полное представление о ситуации в национальной фотографии. Но реальных, а не виртуальных мест, позволяющих по–настоящему оценить уровень национального фотоискусства, практически нет. Конечно, существуют еще частные школы фотографии, которые по–разному пытаются продвигать творчество своих студентов и помогать им в профессиональной реализации. Но, по большому счету, всеми этими задачами должен заниматься наш творческий союз.


И.Савченко: Не уверен, стоит ли возлагать такие большие надежды на общественную организацию. Сразу же встает вопрос финансирования...


В.Парфенок: Нет денег — можно взять кредит в банке, было бы желание! Так, собственно, и поступил «Центр фотографии», создавая свою школу, — взял кредит и, к слову, уже его вернул. Теперь вот вслед за школой собирается открыть агентство.


«СБ»: Раз уж речь зашла о новом поколении наших фотохудожников, нельзя не заметить, что женские имена среди авторов фоторабот на выставках встречаются сегодня чуть ли не чаще, чем мужские. Впору говорить о феминизации фотоискусства...


В.Парфенок: Действительно, на курсы фотографии теперь идут учиться в основном девушки. Думаю, это связано с тем, что зарабатывать фотоделом сейчас непросто, мужчины предпочитают более денежные профессии... Хотя, возможно, в этом есть и некий момент эмансипации общества в целом. Но я все же считаю, что фотокамера — не женский инструмент. Функция овладевания реальностью — она чисто мужская! Фотография ведь не что иное, как захват, экспроприация куска реальности. Это художник может всю жизнь выплескивать на холст свой внутренний мир. А фотографы работают по–другому... Впрочем, любое традиционно мужское занятие вовсе не мешает присутствию там женщин. Например, как в музыке, архитектуре...


О.Рыбчинская: Пожалуй, это уже тема для серьезного гендерного исследования.


В.Парфенок: Но это факт, что среди фотографов все больше женщин, к сожалению. Почему к сожалению? С моей точки зрения, белорусская фотография еще не набрала нужного потенциала, будучи преимущественно мужским занятием. Женщины привнесут в нее совершенно иную тональность. Белорусская фотография может стать еще более аморфной, размытой, отвлеченной...


«СБ»: А может быть, более глубокой, лиричной, чувственной?


В.Парфенок: Конечно, хотелось бы, чтобы так. Но, боюсь, возникнет искусство, которое постарается избегать острых углов, сложных, неоднозначных моментов.


«СБ»: А без острых углов не обойтись?


О.Рыбчинская: Именно они — условие появления новых смыслов, что, собственно, и является сутью современного искусства... Однако споры о том, кто лучше фотографирует, — занятие, по–моему, такое же бессмысленное, как и попытки выяснять, чье творчество ближе к искусству, женское или мужское. Судить стоит только по результату. Вспомните хотя бы творчество канадско–американской художницы Агнес Мартин, работавшей в направлении минимализма... А что касается нашего искусства, оно действительно больше углублено в себя и зрителя провоцирует скорее на переживание каких–то потаенных ощущений, анализ внутреннего «я». Хотя сравнивать его с европейским можно лишь условно. Ведь французское или немецкое искусство — это, как говорят в Одессе, тоже две большие разницы.


В. Парфенок: Зато можно сравнивать белорусскую фотографию и живопись — думаю, национальные характеристики здесь будут похожими.


О.Рыбчинская: И проблемы, увы, и здесь и там одинаковые. Недостаток галерей, музеев, кураторов, критиков, аналитиков...


И.Савченко: Зато у каждого — свои личные творческие проблемы. И решаются они по–разному.


«СБ»: Вот для того, чтобы увидеть это, сравнить одного фотохудожника с другим, и нужна масштабная совместная выставка.


В.Парфенок: Которая станет своеобразным зеркалом, где отразится реальная ситуация в белорусской фотографии. Нужно сделать серьезный фестиваль, устроить выставки в разных местах... Только большой выставочный проект может продемонстрировать потенциал современной белорусской фотографии.


О.Рыбчинская: Могу лишь повторить, что мы готовы к диалогу. Музей настроен на осуществление актуальных проектов, в том числе в сфере фотоискусства.

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Новости