Шпионскую сеть под видом волонтеров-правозащитников раскрыли сотрудники ГУБОПиК МВД

Волонтеры? Крысы! или Как работает агентура зарубежья

Агентурную сеть под видом волонтерской правозащитной организации «Хьюман константа» раскрыли в Минске сотрудники Главного управления по борьбе с организованной преступностью и коррупцией МВД. Создала контору известная сторонница экстремизма Анастасия Лойко. Среди клиентов — анархисты, националисты и прочие «шататели режима». Собирали информацию о белорусах и продавали ее иностранным структурам. В деле явно прослеживается рука западных спецслужб. Сейчас с материалами работает следствие.

«Хьюман константа»

Кто вы, защитнички прав?

Анастасия Лойко была волонтером финансируемого заграницей незарегистрированного центра «Весна». Лоббировала интересы анархистов. Одни уже сидят, другие готовятся к посадке, третьи бегают – пока. Вскоре Лойко поняла, что на «Весне» много не заработаешь. И вот в 2016 году за средства из Польши в Минске появляется как бы правозащитный центр «Хьюман константа» (говорят, «дочка» «Весны»). Клиентура та же. Забегая вперед, скажу, что организацию прикрыли из-за многочисленных нарушений. Если коротко: обманывала людей, вынуждала к активным действиям, работала против страны.


Общий для всех работников «Хьюман константы» портрет: продажность, мечты о красивой, легкой жизни и чтоб деньги за просто так в карман падали.
Почти все проходили подготовку за границей, в известных антибелорусских кузницах кадров.
К примеру, минчанка Анна Барановская (ее оформили учредителем) раньше работала в вильнюсском офисе, приглашенным экспертом в Варшаве. Была на разных международных стажировках, в исследовательских проектах. Училась в Израиле, Швеции… Один из директоров — Яна Гончарова, тоже из Минска. Помимо «забот» о белорусах, специализировалась на «помощи» украинским «политзаключенным» в России. Она же писала статьи для российских и украинских изданий. Участвовала в спецпрограммах для журналистов, организованных США и Великобританией.

Были в структуре и те, кто отвечал за культурные, образовательные, просветительские инициативы, инициативы, касающиеся сферы здоровья. Отдельный специалист — по коммуникациям, мониторингу, анализу медиа в Беларуси — продвигал независимые от белорусского государства СМИ.

Минчанка Юлия Стасюк отвечала за международное сотрудничество с такими же центрами при поддержке министерств иностранных дел. К примеру, Германии. Брестчанин Кирилл Кофанов демократии обучался в Ереване. Кроме прочего, юрист миссии помощи беженцам в Бресте «Хьюман константы». Прежде был волонтером «Весны», «наблюдателем» на президентских выборах в Беларуси. Писал «аналитические» материалы о работе наших судов…
Проще говоря, сидит такая крыса на заседаниях, записывает данные судей, прокуроров, свидетелей, потерпевших, где живут, работают, а потом продает эти сведения за границу.
Доклады по беженцам, мигрантам обычно рисовала Алена Чехович, она из Кобрина. Наблюдательница за выборами из кустов в Беларуси, Ирландии, Словакии… как представитель литовского проекта.

Еще одна давняя любительница наблюдать — специалист широчайшего профиля (фамилию пока не раскрываем в оперативных интересах), деньги брала на любой популярной для иностранных спонсоров теме. Хотите «защиту прав» людей с инвалидностью? Будут вам такие люди. Хотите «репрессированных» и «пытаемых»? Пожалуйста. В общем, изобразят любую деятельность, лишь бы платили. А еще эта дама лет 10 как эксперт БДИПЧ ОБСЕ по наблюдению за выборами, работала в 13 миссиях в странах региона организации. То есть даже на этом примере виден уровень и ангажированность нынешних экспертов таких структур.

Аналитиком был Андрей Сушко. Он же эксперт по доступу к информации госуправления, электронного правительства и участию граждан в принятии решений онлайн. Имеет профильное образование в сфере госуправления, учился также в Варшавском университете, был в различных антигосударственных подпольных конторах. Еще один спец по доступу к сведениям госсектора, персональным данным — Алексей Козлюк. Стажировался в США, участник различных программ Штатов и Британии... Были в «Хьюман константе» и просто анархисты, нарушители. Один из них, к примеру, более двух десятков раз привлекался к ответственности. Нормальный такой состав правозащитников, да?

Заграницу, говорят, посещали регулярно. В том числе с образовательными и рабочими целями.

Чудом в эту компанию (хотя есть ощущение, что временно) не попала Мария Рабкова, давняя знакомая А. Лойко. Именно она некогда привела Рабкову в «Весну» для лоббирования интересов анархистского движения. Нужно это было для того, чтобы в определенный момент кричать на публику, мол, задержанные анархисты — политзаключенные (собственно, что мы и видим сегодня). А это, опять же, прямой путь к зарубежным грантам. Мария, кстати, из особо радикальной группировки «Революционное действие», в сентябре 2022‑го приговорена к 15 годам колонии.

Анна Барановская. Яна
Гончарова         
Андрей Денюшкин.  
Владислав Белькевич. Алексей Козлюк        
Андрей  Федотов.          
 Кирилл Кофанов    
Юлия  Стасюк.                       Владимир Чумаков.   Алена  Чехович.     
Андрей  Сушко.                 

Чем на самом деле занимались «волонтеры»?

Консультировали преступников. К примеру, как вести себя с милицией. Оплачивали адвокатов, штрафы за те же уличные беспорядки. Помимо финансовой поддержки, контора стимулировала людей на противоправные действия: мол, творите, поддержим. Через нее также пытались вербовать людей.
Основное направление — сбор данных, дискредитация органов власти, силовиков, людей, которые поддерживают свое государство. Информацию также собирали под видом разных инициатив, после чего люди попадали в базы «пособников режима». А сами отчеты потом звучали с международных трибун. Они же ложились в основу введения против нас санкций. Вы же не думали, что международные крикуны как-то иначе готовят свои доклады?
Эти же «волонтеры» были и на уличных беспорядках. Например, вынюхивали возле мест, куда доставляли задержанных, записывали интервью с якобы изнасилованными и избитыми. Вы все это видели в сети.

Кому-то реально помогли? Нет. Зато себя финансово не обидели. У Лойко, к примеру, появилась квартира стоимостью более полусотни тысяч долларов. Сейчас, правда, рассказывает, что это мама-пенсионерка купила. А еще она же, мама, купила дом… Ну вы поняли. Не бедствовали и другие члены организации.

Своя роль в этой системе и у продажных адвокатов. Они были связными иноагентов, формировали папочки на людей и передавали сведения лойкам.

Британский след и спектр услуг

Основное звено в этой структуре — именно Лойко, неформальный лидер «Хьюман константы». На момент задержания работала на британскую компанию со штаб-квартирой в Лондоне. Организация тесно сотрудничала с Комитетом по правам человека ООН. То есть речь о защите прав во всем мире, но почему-то права людей в других странах эти «волонтеры» игнорировали — интересна только Беларусь.
Училась в Украине, Литве, Польше, США… Да, во время беспорядков работала на улице, в кармане — трекер, который задействовала в опасный момент. Сигнал уходил за границу, и уже оттуда пытались подчистить цифровой след Лойки.
Дама явно подкована в вопросах, на которые обычно натаскивают спецслужбы. Для общения — зашифрованные каналы, информация за границу передавалась скрытно, тоже была зашифрована и т.д.
Известно также, что члены «Хьюман константы» посещали семинары в том числе по методике шифрования, поведения на допросах.
  А. Лойко училась в США, Польше, Литве, Украине...
Действительно, обычные такие волонтеры-правозащитники! Есть основания полагать, что данные передавались именно иностранным спецслужбам.

Лойко имела связь с посольствами, к примеру польским и литовским. Помогала оперативно делать документы, визы, в том числе тем, кто в 2020‑м нарушил закон. Потому подобная переписка (приведена ниже) не удивила. Вот, например, Роман Киселев (судя по переписке, живет в России) обсуждает с Анастасией Лойко нелегальный канал вывоза в Европу людей, 23 июня 2022 года:

— Это Рома Киселев из МХГ, нас Дима Макаров знакомил в 2020 году. У меня коллеги из волонтерской инициативы, которая помогает украинским беженцам выезжать в Европу, возят из России в Беларусь украинских беженцев без документов для оформления их в украинском посольстве в Минске. Где-то до 10 человек в неделю, остаются на неделю-две. Все было хорошо, но тут теперь квартирой волонтерской, где беженцы останавливались, заинтересовались сотрудники в штатском. Люди побаиваются и хотят найти иное место для транзитного постоя беженцев.

Спрашивают, нет ли контактов у белорусского офиса Управления ерховного комиссара ООН по делам беженцев или Международной организации по миграции… Ну или можно с кем-то еще договориться об обустройстве такого инкогнито приюта?

— Запишу голосовое? Или лучше текстом с ссылками сразу?

Из переписки сотрудника немецкого журнала Кристины Хебель с Лойко, 22 октября 2021 года:

— Настя, добрый день! Меня зовут Кристина Хебель, я корреспондент немецкого журнала Шпигель. Коллеги Белсата мне дали ваш контакт. Мы готовим материал о мигрантах. Я была бы рада поговорить с вами.

— Добрый день! Да, можем.


Вот еще. Виктория Колесова — Лойко, 4 мая 2022 года:

— Это Виктория Колесова. Я работаю для EX-PRESS.BY, пишу историю о том, как беженец из Беларуси открывал для своего ИП счет в польском банке и ему отказали, потому что он белорус. И для материала мне нужен будет комментарий.

— У мяне ёсьць кантакты польскіх арганізацый, якія займаюцца тэмай дыскрымінацыі — можа іх лепш? Яны б са спасылкамі распавялі на заканадаўства і што ня так. Я па Беларусі больш спецыялізуюся.


Дальше одна благодарит, вторая сбрасывает контакты, консультирует, а затем добавляет:

— Яны вельмі прафесійныя і працуюць з тэмай міграцыі і дыскрымінацыі.

12 апреля 2022 года Лойко пишут:

— Меня зовут Ангелина, я журналист zerkalo.io. Я готовлю материал о возрастающем сексуальном насилии во время войны. Мне посоветовали обратиться к вам. Сказали, что вы, как волонтер, много работали с этой темой и к вам можно обратиться за комментарием.


А это уже из «Солидарности», 24 ноября 2021 года:

— Я Вікторыя Захарава, журналістка газеты Салідарнасць. Ваш кантакт даў Зміцер Панкавец. Хочам папрасіць у вас каментарый па ініцыятыве ГУБАЗіКа пазбаўляць грамадзянства і канфіскоўваць маёмасць за экстрэмізм.

Лойко дает ссылки на текст и обещает ответить на присланные вопросы. Активно комментирует и другим иностранным ресурсам.


Вот она спрашивает в переписке еще у одного знакомого: мол, как ты?

— Дамоў хачу… А так норм, — отвечает тот. — Як ты?

— А ты зараз дзе? Я па-рознаму, але з большага трымаюся.

— Я пакуль у Літве. Не адпускаюць думкі, каб вярнуцца. Як там абстановачка цалкам?

Отвечу я. «Цалкам» именно для вас, крыс, не очень. Ловят крыс.

Однако агентура зарубежья работает, и мы показали вам лишь один пример. А сколько таких «волонтеров», «правозащитников», «экологов» и прочих проросло здесь и работает на подрыв Беларуси?
Казалось бы, если вы — правозащитники, так вступитесь за людей!
За паралимпийцев, которых Запад лишает соревнований! Вступитесь за детей с тяжелыми заболеваниями, которые не могут получить лечение в нашем санатории в Литве! За измученных беженцев вступитесь. Топните, наконец, ногой против санкций! Ау, правозащитники! У вас нынче широчайшее поле для деятельности. Что вы говорите? Заграница не за это платит? Заказано другое?

gladkaya@sb.by
Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter