Тапер ошибается лишь однажды

Константин Яськов даже в шуме водосточной трубы и лязганье трамваев слышит новые мелодии
Однажды захотелось мне чего–нибудь этакого. Выбросить какое–нибудь коленце, какой–нибудь запоздалый и ничего не решающий кунштюк. Может быть, осеннее обострение, или ноябрьская темень, или счет за прачечную так подействовали, не знаю. Надоели кислые физиономии в партере, равнодушные глаза буфетчиц, гусеницы–гардеробщицы и непременный зрительский коллективный экстаз в финале, на какой бы слабый спектакль ни занесла нелегкая. Еще тут и со старым чертом Вератилой пособачились на почве искусства. Спички стал мне вставлять в дверной замок, надписи неприличные писать на стенах, стекло мне битое в валенки насыпает.

Ища оскорбленному чувству уголок, направил я свои свежеприобретенные галоши на португальском овечьем меху прямиком в отремонтированный кинотеатр «Москва», где должен был состояться необычный вечер. Пролежавший более 50 лет на полке грузинский немой фильм режиссера Котэ Микаберидзе «Моя бабушка» собирались показывать под живую музыку, специально написанную известным нашим композитором Константином Яськовым.

Яськова еще маэстро Александр Анисимов приметил. Когда организаторы одного из фестивалей Юрия Башмета в Минске намекнули, что неплохо было бы устроить в программе премьеру произведения белорусского автора, и бросились за советом к маэстро, тот недолго думая порекомендовал персону Константина. Мне на той премьере тоже удалось побывать. Как вспомню фантазию Яськова для цимбал и оркестра «Сны Замковой горы», ноги сами в пляс идут. Константин — типичный Композитор Композиторович: даже в шуме водосточной трубы и лязганье трамваев слышит он новые мелодии.

Немое кино когда–то начиналось под сопровождение таперов. И тапер ошибался на показе лишь однажды: когда считал себя выше авторов и мазал эмоционально мимо происходящего на экране. Сразу звали другого, а первого без выходного пособия в кабак «Русский самовар». Чего композитору Яськову на своем сэмплере и исполнявшей партию фортепиано Ольге Подгайской удалось избежать, так это отдельности существования. Правда, лично меня немного смутила в титрах фамилия культового композитора Олега Каравайчука, написавшего музыку, как я понимаю, уже для отреставрированной версии грузинского шедевра. Ее бы тоже не помешало послушать и для сравнения, и для полноты картины. Но думаю, у Яськова саундтрек не хуже получился. Они с Каравайчуком одного поля ягоды. Родственники по духу.

В новаторском фильме Микаберидзе, снятом в 1929 году и пролежавшем на полке более 50 лет как запрещенный, кстати, никакой бабушки нет. А на сленге героев бабушка — это волосатая рука, высокий покровитель, блат. Что так смутило культурных цензоров — понять можно. Микаберидзе смешивает в безумный коктейль мотивы «Самоубийцы» Эрдмана, сатиру Маяковского и Ильфа с Петровым, новаторскую мультипликацию, «Андалузского пса» Бунюэля, сюрреализм, дадаизм и футуризм, «Процесс» Кафки, миниатюры Хармса и горечь Чехова. А музыкальный язык Константина Яськова передает весь гротеск и сарказм картины. Нечто похожее делал Дмитрий Шостакович в своих сатирических вещах — балете «Болт» или «Антиформалистическом райке».

Герои «Моей бабушки» свободно преодолевают физические законы и, выпадая из окна, остаются в живых. Также невластны над ними законы гравитации: только что назначенный начальник может тут же на ваших глазах — только подошли вы к нему в кабинете с петицией в нижайшем поклоне — куда–то улетучиться. Посредством танца выражают герои «Моей бабушки» свои эмоции, а домашние игрушки и куклы разговаривают между собой на только для них понятном языке. Персонажи в прямом смысле слова готовы занять чужой стул в конторе, вцепившись в него зубами. «Моя бабушка» — это пир для глаз и беда для нежного сердца, не разучившегося видеть прекрасное.

Говорят, кстати, что в архивах Госфильмофонда России еще много неизвестных шедевров национальных кинематографий, которые в свое время положили на полку. Среди них есть и белорусские. Может быть, соглашение о долгосрочном сотрудничестве между Госфильмофондом России и дирекцией кинофестиваля «Лiстапад», подписанное в эту субботу, вернет неизвестных призраков к экранной жизни?

Добрый зритель в 9–м ряду.

Советская Белоруссия №214 (24595). Вторник, 11 ноября 2014.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Новости и статьи