Народная газета

Партнерство с плюсом

Что Беларусь может предложить ЕС

В ноябре в Брюсселе пройдет очередной саммит “Восточного партнерства”. Участие в нем примет и наша страна, причем совсем не в качестве статиста. Как стало известно, Минск везет на форум конкретные предложения по сотрудничеству. Кроме того, в ближайшее время нашу страну посетят высокопоставленные чиновники Европейского союза. Эксперты наперебой высказывают предположения и прогнозы по поводу личного присутствия на саммите нашего Президента. Мы гадать не будем, подождем официального решения. А пока спокойно разберемся, что Беларусь может предложить ЕС и чего ждать от белорусско-европейских отношений в обозримом будущем. Поможет нам в этом руководитель экспертной инициативы “Минский диалог” политолог Евгений Прейгерман.


— Приглашение Беларуси в лице Президента на саммит “Восточного партнерства” в Брюссель — это дипломатический прорыв, очередная политическая оттепель или смещение Западом акцентов в белорусско-европейских отношениях в пользу безопасности и экономического прагматизма?

— Думаю, сошлись все три этих фактора. Очевидно, что за последнее время произошло заметное движение вперед в отношениях Беларуси и ЕС. В конце 2012 года, когда этот процесс только начался, мы находились в низшей точке двусторонних контактов. Сейчас же не только вернулись к параметрам 2008—2009 годов, но и под влиянием сложившихся региональных факторов идем дальше. Участие в мирном урегулировании украинского кризиса, проведение крупных международных мероприятий таких организаций как ЦЕИ и ПАСЕ, введение пятидневного безвизового режима — эти события благоприятно повлияли на имидж Беларуси. Вне всякого сомнения, активная политика нашей страны в сфере укрепления региональной безопасности высоко ценится в ЕС, и западные политики, дипломаты, деловые круги крайне заинтересованы, чтобы Беларусь продолжала играть такую конструктивную, созидательную роль. Это отражается не просто в приглашении на брюссельский саммит, а в понимании необходимости общения с теми людьми в Беларуси, которые принимают решения на государственном уровне.

— Почти 70 лет назад ЕС начинался с Европейского объединения угля и стали, подписанного шестью государствами. Однако со временем политическая составляющая, вопросы продвижения демократии и прав человека затмили экономику в отношениях с другими странами, и в частности с Беларусью. Можно ли сказать, что политическая повестка теперь постепенно уступает экономической выгоде? Чего больше сегодня в наших отношениях: политики или экономики?

— Безусловно, во главу угла сегодня встала прагматика. Правда, она сводится не только к экономике, а в большей степени к вопросам безопасности. Позволю себе уточнить: ЕС начинался как союз именно в области безопасности, потому что сама идея объединения угля и стали появилась в силу стремления не допустить больших войн в Европе. За прошедшее время ЕС пережил несколько этапов экономической интеграции, заложившей фундамент для более тесного политического сближения. И сегодня перед нами достаточно уникальное, гибридное политико-экономическое объединение. Думаю, в ближайшие десятилетия таковым оно и останется.

Что касается экономики, то в ЕС весьма позитивно воспринимаются наши призывы увеличить количество реальных совместных проектов, в том числе на платформе “Восточного партнерства”.

В Минске справедливо полагают, что эта инициатива должна иметь прикладное значение и быть нацелена на достижение конкретных результатов в сфере транспортной инфраструктуры, энергетики, транзита, торгово-экономического сотрудничества. Мы знаем, что одна такая инициатива Беларуси по гармонизации цифровых рынков в рамках “Восточного партнерства” давно уже в работе и пользуется популярностью.

Есть подвижки на уровне взаимодействия с европейскими финансовыми институтами. Расширяется портфель работы в Беларуси Европейского банка реконструкции и развития, который пусть и не очень быстро, но последовательно работает в нашей стране. То же самое можно сказать и про Европейский инвестиционный банк. В этом году активизировались переговоры по вступлению нашей страны в ВТО. Это, безусловно, придаст еще большую динамику торгово-экономическому сотрудничеству с ЕС, облегчит доступ к рынкам, которые пока недоступны для нас, в том числе через интеграционные объединения, в которых мы уже находимся.

— И тем не менее не всегда экономический аспект превалирует в политике Брюсселя. Тому пример — продлеваемые санкции против России, которые, между прочим, негативно отражаются и на Беларуси.

— К сожалению, политика очень часто и очень больно внедряется в сферу экономики. И у части политических решений бывают неприятные последствия. Вместе с тем очевидно, что концепция конструктивизма Евросоюза (конструирование региона по собственным лекалам) не оправдала себя. В чем причина? После падения Берлинской стены и развала СССР в мире возникла некая эйфория. Мол, наконец-то демократия восторжествовала, рыночная экономика доказала свои преимущества и так далее. На этом фоне многие политики пытались красиво сформулированные ими идеи внедрить на чужой почве. Но такой конструктивизм без должной стратегической проработки уступил перед жестким отстаиванием национальных интересов, причем настолько жестким, что в некоторых случаях это вылилось в вооруженные конфликты. В частности в Украине.

В этом смысле не могут не вызывать уважения предложенная Беларусью идея интеграции интеграций, предоставление площадки по мирному разрешению кризиса в Украине, идея Хельсинки-2. Постепенно на Западе будет расти и шириться понимание того, что подобные инициативы выдвигаются не для пиара, а исключительно ради повышения безопасности и сохранения мира в регионе. Даже если эти идеи сложно с первого подхода наполнить конкретикой, то как минимум стоит обратить на них внимание. Очень важно настойчиво продолжать отстаивать свою позицию, “цементируя” ее конкретными предложениями и проектами. Никто за нас это не сделает, а если и сделает, то сразу же попытается присвоить себе все достижения и бонусы.

— “Восточное партнерство” нередко критикуют за его декларативность. Препятствием остается и разный уровень отношений его членов с Евросоюзом. Например, Грузия, Молдова и Украина уже подписали соглашение об ассоциации с ЕС, на финишной прямой Азербайджан и Армения. У Беларуси пока нет даже базового соглашения о сотрудничестве. Это как-то влияет на эффективность “Восточного партнерства”? И чего в таком случае ждать от саммита в Брюсселе?

— Думаю, это один из тех случаев, когда исторических, прорывных решений принято не будет. Важны сам факт диалога, возможность в спокойной и доверительной атмосфере обсудить наиболее проблемные темы и зафиксировать точки над “i”. После многих лет бесплодных иллюзий, фантомов и стереотипов, противостояния идей наступает все большее понимание, что только через взаимное доверие и взаимоуважение можно остановить лавинообразное развитие неприятных процессов и начать движение в сторону большего созидания. Неформальное разделение стран-партнеров на группы в “Восточном партнерстве”, конечно, снижает его возможности. Но не лишает его значимости. Все государства — участники ВП объективно заинтересованы в развитии сотрудничества не только с ЕС, но и друг с другом. Значит, надо искать точки соприкосновения, новые формы сотрудничества, интересные всем.  

— Долгожданное решение об упрощении визового режима с Беларусью могло бы способствовать такому доверию?

— Переговоры по визовому режиму — это рабочий, во многом рутинный процесс. Будем надеяться, что брюссельский саммит его ускорит. Во всяком случае, насколько мне известно, концептуально документы готовы, но есть некоторые технические моменты, которые надо согласовать. И здесь на первый план выходит работа дипломатов, которые должны по максимуму отстоять наши интересы.

РУКОВОДСТВО К ДЕЙСТВИЮ

Наше Правительство намерено за три года увеличить экспорт в Евросоюз. До конца года предстоит сформировать перечни товаров и услуг, которые должны стать руководством к действию для отраслей, регионов, а также белорусских загранучреждений в странах ЕС. За счет чего будем прибавлять? Вот как ответил на этот вопрос заместитель директора Центра системного анализа и стратегических исследований Георгий Гриц:

— Что касается наших позиций в ЕС, то у нас уже есть своеобразное ноу-хау. Это инвестиционное соглашение с китайской корпорацией Zoomlion по монтажу подъемного кранового оборудования на платформе МАЗ с выходом на третьи рынки. Именно такой формат экспортной стратегии, с привлечением стратегических партнеров, даст толчок нашему экспорту. В чем мы можем быть конкурентоспособны? Пока белорусский экспорт в ЕС представлен в основном сырьевыми товарами. Однако увеличение поставок калийных удобрений возможно лишь после отмены ограничительных квот, которые применяют к нам страны Евросоюза. А для этого необходимо вступление Беларуси в ВТО. С нефтепродуктами проще, но на их продажу существенно влияет мировая конъюнктура. Поэтому к экспорту сырья обязательно необходимо добавить продукцию с высокой добавленной стоимостью. Свою лепту здесь внесет и Китайско-Белорусский индустриальный парк. Хотелось бы больше конкретных действий по развитию биотехнологий. И, конечно же, нашей визитной карточкой могут стать информационные технологии.

ФАКТ

Европейский банк реконструкции и развития за время работы в Беларуси инвестировал около двух миллиардов евро.

При поддержке ЕБРР выполнены знаковые инвестиционные проекты, например, введены в эксплуатацию заводы “Штадлер” и “Кроноспан”. Сегодня с участием банка прорабатываются проекты в финансовой сфере, жилищно-коммунальном хозяйстве, транспортной инфраструктуре. Например, готовится пилотный проект государственно-частного партнерства по реконструкции участка автомобильной дороги М10 (Гомель — Кобрин).

konon@sb.by
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Айболит, 67
Вот-вот. И пропагандой тоже!
"Минск везет на форум конкретные предложения по сотрудничеству."
Про квоты в ЕС знают все. А почему они существуют задумывается меньшинство.
Дело в росте производительности труда с внедрением в предшествующие полсотни лет новейших технологий. Экономисты прекрасно понимают, что такой рост ведет к неудержному перепроизводству, а потому к более частым и глубоким кризисам. Парадокс экономической науки - рост производительности труда близится к такому уровню, при котором обязательно случится коллапс рыночной цивилизации.
А что предпринимается для предотвращения этого в отдельно взятом ЕСсовском регионе.
1. Квоты на продажу. Ты можешь производить хоть тыщу сапог в день, но продать в ЕС ты можешь только десять пар в год. Налицо сдерживание роста производительности труда. (Вынос производства на рабские территории в рамках глобальной экономики я здесь не рассматриваю.)
2. Чтобы производители в ЕС не взбунтовались от таких подарков нужны (просто необходимы, вопрос жизни и смерти для западной системы), новые, стабильные, вечные! рынки сбыта своей продукции для этого и подключается политика и пропаганда скрытого неоколониализма.
Один из инструментов - "Восточно партнерство".

Захват рынка сбыта государства на заклание производится бескровно, только юридически, политически с подмазкой властей подарками, подписанием всего одной бумажки-соглашения о свободной торговле. Для этого в стране на заклание проводится интенсивная пропаганда красот партнерства в результате которого вся местная промышленность будет раздавлена и похоронена под мощным натиском западной продукции и при умелом и хитром ведением политики. А также и пропаганды достоинств того, что этой стране выделили-таки! квоту на поставку одного-двух (и не факт, что в рамках соглашения это пара) валенков, которую, разумеется, реализовать невозможно из-за разницы стандартов, конкуренции и качества, а также неумением и невозможностью местного бизнеса играть в такой политико-экономический покер.
В результате в течение всего нескольких лет экономика страны на заклание приказывает долго жить. Рынок для западных производителей открыт надолго и стабильно. при небольшом постоянном прикорме власть имущих и прочих лоббистов в парламентах и комиссиях.
Неоколониализм в реале "Восточного партнерства". Примеры смотрите в некоторых соседних государствах уже прошедших этот путь в безвозвратную бездну.
да да
Ну что может, да почти ни чего.  По уровню жизни( как все постсоветские страны , 55 и выше из 180 стран, не считая Прибалтику) населения,медицина, ипотека, права свобод,равенства законов, образования,сменяемость . Нет. Где та область, где.
Иван г.Кричев
да да, не нравится вали в ЕС и не плачься здесь.
г.из Крычева
Вот из таких как вы в стране ничего не меняется, из таких. Но ваше время проходит.
Иван г.Кричев
г.из Крычева, не хамите, и не быкуйте, ваш Шушкевич назад не вернется, так что валить из Нашей страны для вас единственный толковый и бзопасный выход. Ваша бандеровская когорта в меньшинстве и уже порядочно достала всех.
Так что не ждите пока люди начнут вашу братию давить!
вовц
Опять... "Уровень жизни"... Ну, границы же открыты -  чемодан, вокзал, "их воле арбайтен" - ищу работу, то есть. Попробовать! Что, проблемы языковые? После 10 лет бесплатного обучения? Вот оно - д и а г н о з...  Достаточный у нас уровень - работать надо - самому. А не жить за счет шахтеров Солигорска, или доярок - с 2:30 работающих...
Айболит, 67
Вот-вот. И пропагандой тоже!
"Минск везет на форум конкретные предложения по сотрудничеству."
Про квоты в ЕС знают все. А почему они существуют задумывается меньшинство.
Дело в росте производительности труда с внедрением в предшествующие полсотни лет новейших технологий. Экономисты прекрасно понимают, что такой рост ведет к неудержному перепроизводству, а потому к более частым и глубоким кризисам. Парадокс экономической науки - рост производительности труда близится к такому уровню, при котором обязательно случится коллапс рыночной цивилизации.
А что предпринимается для предотвращения этого в отдельно взятом ЕСсовском регионе.
1. Квоты на продажу. Ты можешь производить хоть тыщу сапог в день, но продать в ЕС ты можешь только десять пар в год. Налицо сдерживание роста производительности труда. (Вынос производства на рабские территории в рамках глобальной экономики я здесь не рассматриваю.)
2. Чтобы производители в ЕС не взбунтовались от таких подарков нужны (просто необходимы, вопрос жизни и смерти для западной системы), новые, стабильные, вечные! рынки сбыта своей продукции для этого и подключается политика и пропаганда скрытого неоколониализма.
Один из инструментов - "Восточно партнерство".

Захват рынка сбыта государства на заклание производится бескровно, только юридически, политически с подмазкой властей подарками, подписанием всего одной бумажки-соглашения о свободной торговле. Для этого в стране на заклание проводится интенсивная пропаганда красот партнерства в результате которого вся местная промышленность будет раздавлена и похоронена под мощным натиском западной продукции и при умелом и хитром ведением политики. А также и пропаганды достоинств того, что этой стране выделили-таки! квоту на поставку одного-двух (и не факт, что в рамках соглашения это пара) валенков, которую, разумеется, реализовать невозможно из-за разницы стандартов, конкуренции и качества, а также неумением и невозможностью местного бизнеса играть в такой политико-экономический покер.
В результате в течение всего нескольких лет экономика страны на заклание приказывает долго жить. Рынок для западных производителей открыт надолго и стабильно. при небольшом постоянном прикорме власть имущих и прочих лоббистов в парламентах и комиссиях.
Неоколониализм в реале "Восточного партнерства". Примеры смотрите в некоторых соседних государствах уже прошедших этот путь в безвозвратную бездну.
----7
вовц, "вовц", вы требуете невозможного -- работать... самому"... и уж тем более ее (работу) искать... Проще же сослаться на уровень жизни там и... ты "патриот"... ;)
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?
Новости
Все новости