Как новоиспеченный “политзаключенный” относится к своим защитникам

Осквернение совести

О чем говорит на допросах молодой вандал

В феврале мы рассказывали про активиста незарегистрированной организации “Молодой фронт” Филиппа Шаврова, у которого сложные отношения с памятниками. Он почему-то питает к ним загадочную неприязнь. Например, в студенчестве отличился тем, что зимней ночью 4 часа рубил топором бетонное изваяние Ленина. Памятник потом пришлось демонтировать, а Шавров получил год лишения свободы условно. В январе же этого года осквернил памятник поэту Пушкину, незадолго до этого надругавшись над мемориалом в честь погибших сотрудников милиции и внутренних войск. Разумеется, неисправимого вандала поместили под стражу, пока он не добрался до других монументов. В отношении него было возбуждено уголовное дело по статье о хулиганстве.


Сразу после задержания “Молодой фронт” заголосил в духе “Наших бьют!”. Всячески подчеркивая близость с Шавровым, члены этой организации прямо заявляли: задержан наш активист. На личной страничке оппозиционного деятеля Павла Северинца в Facebook Шаврова называли не иначе как “наш зьняволены  сябар”. Не дожидаясь подробностей, Северинец немедленно заявил, что “Шавров – политзаключенный, однозначно. Это политическое дело”. Тем самым он сразу указал людям, называющим себя правозащитниками, в какую сторону думать. Правда, раскачивались они долго, три месяца чесали затылки: ну вроде бы налицо явное хулиганство, памятники измазаны краской и не только, особо кощунственно обвиняемый обошелся с мемориалом погибшим милиционерам… Ну как такого объявлять политическим узником? В свою очередь, недоумевали и следователи. Озадаченные политической возней вокруг рядового дела, они как-то раз поговорили с Шавровым о его личных взглядах и отношениях с оппозицией. Тут Филипп неожиданно разлился соловьем и раскрылся во всей красе… Впрочем, его откровения поначалу не предназначались широкой публике. Ну, облил грязью всех, кого знал, ему не привыкать: от памятника до друга у него путь короткий…  

Редакция не раз обращалась в правоохранительные органы с просьбой проинформировать о ходе расследования уголовного дела. Однако с видео- и аудиозаписями допросов обвиняемого не удалось познакомиться даже после пафосного заголовка “Дело Филиппа Шаврова в суде. Он мужественно смотрит на возможные трудные перспективы” на сайте правозащитного центра “Весна”. Хотя из этих записей уже можно было бы сделать вывод, насколько он “мужественно смотрит”.      

Ситуация разрешилась 16 апреля, когда “представители правозащитного сообщества”, как они себя назвали, хором признали Филиппа Шаврова политзаключенным. Видимо, сочли, что на безрыбье в плане узников совести сойдет и хулиган. Начали гневно требовать немедленного освобождения невинного мальчика. 

Тут, видимо, и у сотрудников правоохранительных органов лопнуло терпение. В распоряжении редакции оказались материалы, позволяющие добавить несколько штрихов к портрету новоиспеченного политзаключенного. Причем, что важно, эти жирные мазки на светлый облик “невинного мальчика” наложены им самим. Никакой выдумки – полные записи откровений Шаврова имеются в редакции, сегодня публикуем лишь их фрагменты.

“Дали им 100 долларов – они пошли громить”

В оценках личностей старших товарищей 25-летний Филипп не стесняется. Один из основателей БНФ Трусов у него – “политический пенсионер”, а Северинец – “средневековый фанатик”. Шавров заливисто хохочет, когда рассказывает о бытовых трудностях лидера незарегистрированной партии «Белорусская христианская демократия»:

- Начнем с того момента, что он живет в съемной квартире на Пушкинской. А растет же ребенок, нужно жилье. Поэтому цель Северинца – достичь хотя бы уровня Дашкевича по деньгам.

Невысокого мнения Филипп и о другом оппозиционном деятеле – Эдуарде Пальчисе:

- Вот сейчас, если какому-нибудь Пальчису предложить должность руководителя отдела идеологии Лунинецкого или Лидского райисполкома, они с радостью согласятся и пойдут на сотрудничество.

Достается и Виталию Рымашевскому, еще одному сопредседателю БХД:

- Знаете, как Рымашевский делает? Он выбивает на Западе 20 тысяч долларов, а потом на руки Северинцу выдает по 200 долларов в месяц. Остальное куда-то уходит, в регионы там, на продукцию, на проституток… (хихикает) А Северинец недоволен, со всеми скандалит, с правозащитниками, с “Солидарностью”… Вы же знаете, что “Весна” платит штрафы за всех, а “Солидарность” – все остальное? При этом Рымашевский зарабатывает на Северинце ну реально много денег. Такая ситуация уже порядка десяти лет.



От конкретных личностей Шавров переходит к оценке оппозиции в целом:

- Почему оппозиция готова продаться за 100 долларов? Ну представьте, люди в движении с 2004 года, у них есть только собака и отключенные вода и электричество, как у Ольги Николайчик. Тут приходят анархисты, говорят: мы вам сняли хату в Вильнюсе на полгода, вот вам «шенген» и еда. И они бегут вприпрыжку: о, анархисты, я буду снимать кино для  анархистов! Бедные активисты готовы к самым радикальным действиям. Дали 100 долларов – они пошли громить.


“Подскажу, кого обыскать”

Далее Филипп становится деловитым и вещает о том, как, по его мнению, будет происходить “свержение режима”. Ему не предлагают – он сам просит бумагу, чтобы “набросать расклад сил”: 

- Мы (здесь имеется в виду организация “Европейская Беларусь”) готовы вывести на площадь до 5 тысяч радикальных, которые готовы биться с милицией. Точнее, 50 человек идейных. Остальные придут, допустим, на рок-концерт. Они даже могут немного помахаться, но, по сути, это не бойцы.

В другой момент разглагольствует:

- Как нас учит Джин Шарп (идеолог “цветных революций”)? Вы всегда должны говорить про ненасильственные действия, но по факту осуществлять насилие. Демонстранты держат периметр, и если вы их не разогнали за два часа, то рано или поздно какая-нибудь там… принесет дедов “шмайсер”.

Когда его спрашивают, как же можно предотвратить беспорядки, в Шаврове вдруг просыпается натуральный жандарм:

- Я считаю, что должны быть репрессии! Если президентская кампания начинается в июне, то репрессии должны проходить в марте-апреле, первой половине мая. Пока есть легитимность с точки зрения Европы. Пока еще не понаехали наблюдатели. Потом уже начнется кампания, а люди уже запуганы! Люди не должны видеть оппозицию. Она не должна ходить по улицам. 



От общих рассуждений защитник правопорядка Шавров переходит к целевым рекомендациям:

- Что-то противоправное вы сможете найти у Дениса Урбановича в его доме в Логойском районе. Оружие? Возможно. По крайней мере, раньше у него было оружие. Денис живет вместе с Максимом. У всех, кто шел по делу “Белого легиона”, может оказаться оружие. У 60 человек.



Кого еще Филипп Шавров видит своим соседом по следственному изолятору?

- (О Статкевиче и Северинце) Чем раньше они сядут, тем лучше. Чтоб Площади не было.



Войдя в оперативный раж, Шавров начинает поучать сотрудников, как им работать:

- Взять на контроль Северинца, Урбановича и еще пять человек. Ты их прослушиваешь в режиме 24/7, потом делаешь распечатки их разговоров, выбираешь цитаты и просто подчеркиваешь нужные места. И тебе все понятно. Потому что все обсуждается в открытую, даже не в Telegram!

Пораженный такой хваткой, допрашивающий интересуется у Шаврова:

- Пойдешь к нам работать?

- Без проблем!



***

Что ж, пожалуй, этого достаточно, чтобы составить мнение об облике свеженазначенного “политического заключенного”. Он, как выясняется, способен гадить не только на памятники, но и на головы своих товарищей, которые ведут энергичную борьбу за его немедленное освобождение. Лишь бы деньги платили. Вот еще показательный диалог:

- Что ты будешь делать, когда выйдешь из СИЗО?

- Если удастся срубить 3 тысячи долларов за интервью, то буду сидеть полгода ничего не делать.

- Ты продажный, что ли, получается?

- Да.

- А Северинец?

- Он тоже, я думаю, за три тысячи долларов сделает все что угодно.

- И тебя продаст?

- Ну да.

Остается добавить лишь мелкий штришок насчет правозащитного центра “Весна”, которому почему-то просто невмоготу без узников совести. Опять же доверим сделать это Филиппу Шаврову:

- Оппозиции всегда нужны жертвы! Чем больше политвязней для оппозиции, тем больше грантов. Тем лучше. “Весна” счастлива.

Отдел журналистских расследований.
Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...