Куда уходят люди

Ежегодно в стране совершаются сотни самоубийств: как переломить ситуацию?

Прошлым летом в Гомеле произошел жуткий случай. На проходной швейной фабрики «Коминтерн» одна из работниц устроила самосожжение. Очевидцам удалось потушить пламя. Но через десять дней женщина умерла в реанимации…

Каждый год сотни граждан по всей стране в прямом смысле убивают себя. Что движет этими людьми и как удержать их от рокового поступка? В проблеме, о которой сложно говорить, но нельзя молчать, разбиралась «Рэспубліка».

В душу человека с проверкой не нагрянешь...
фото shevchenko.org

Минус деревня в год

В Гомельской области среди случаев гибели граждан от внешних причин суициды занимают первое место. В прошлом году досрочно ушли из жизни 315 человек. Это больше, чем суммарное количество жертв ДТП, пожаров и убийств. Многое при этом объясняет вторая по популярности причина — 202 случая отравления алкоголем. К слову, каждый второй суицид совершался в нетрезвом состоянии. 

Больше всего самоубийств зафиксировано в областном центре, в Речицком, Светлогорском, Жлобинском и Мозырском районах. Чаще счеты с жизнью сводили трудоспособные мужчины. Каждый четвертый — моложе 35 лет. 

Фактически за год регион теряет население небольшой деревни. И хотя само явление старо как мир, каждая эпоха придает ему свои особенности. В их четком понимании заложен ответ на вопрос «Что делать?». Милиция и СК при расследовании суицидов прежде всего проверяют отсутствие признаков криминала. Но чтобы понять суть самой проблемы, требуется досконально изучать все причины и обстоятельства. 

— Необходимость в новых подходах назрела давно, — убежден прокурор Гомельской области Виктор Морозов. — Система профилактики не должна ограничиваться учетом и анализом статистики. Нужно выстроить ее так, чтобы человек, склонный к суициду, попадал в поле зрения до того, как решится на этот шаг. 

На первый взгляд, задача может казаться абсолютно невыполнимой. Ведь суицид — явление насколько индивидуальное, настолько же непредсказуемое. В душу человека с прокурорской или любой другой проверкой не нагрянешь и личного психолога к каждому не приставишь. Однако примеры, когда удавалось менять ситуации, казалось бы, абсолютно не поддающиеся прогнозированию, внешнему регулированию и контролю, все же есть. Достаточно вспомнить Декрет № 18, обязавший нерадивых родителей возмещать государственные затраты на содержание их детей. Реализация начиналась туго, а показатель возмещения составлял всего 7—9 процентов. Однако за десять лет совместными усилиями удалось создать эффективную систему, в которой активно задействованы различные службы и ведомства. То же касается профилактики гибели на пожарах, надзора за семьями, находящимися в социально опасном положении.  

Выйти  из  сети

Пожалуй, самый тяжелый аспект непростой темы — подростковые суициды и парасуициды (незавершенные попытки). В прошлом году в Гомельской области с собой покончили трое несовершеннолетних. Еще 28 предприняли попытки. 

Разбор постфактум показал: в поведении некоторых детей имелись отклонения. Однако взрослыми сигналы услышаны не были. Анализ причин также демонстрирует приметы времени, о которых еще 20 лет назад никто не знал. А уже сегодня они стали банальностью. Как, например, «глубоководное» погружение в соцсети, заменившие для кого-то настоящую жизнь. Это способствует инфантильности и делает незакаленную психику подростка еще более неустойчивой. Малейшее столкновение с трудностями в реальности — и кажется, что выхода нет. Проще попрощаться с этим суровым миром. 

Готовить к столкновению с житейскими проблемами и преодолению стрессов необходимо с малых лет. Однако сегодня целенаправленно этому не учат ни школа, ни, как в ряде случаев, родители. К слову, проблемы в семье — ключевой фактор подростковых склонностей к суициду. 

Главный внештатный психиатр управления здравоохранения Гомельского облисполкома Александр Цитко иллюстрирует проблему сценой, которую лично наблюдал в кафе:

— Семья на отдыхе — отец уткнулся в свой телефон, мать — в свой. Малыш сидит в коляске и смотрит мультик через планшет. И такая разобщенность, к сожалению, сегодня типична. Родители не пытаются быть друзьями своему ребенку. Для многих их обязанности сводятся к тому, чтобы одеть и накормить, а высшее проявление любви — покупка очередного гаджета. 

Такое мнение разделяют педагоги, вспоминая развал, в том числе духовно-нравственный, который пришелся на 1990-е. Подраставшее в те годы поколение уже обзавелось собственными семьями. Со своими представлениями об их устройстве. 

— С родительским безразличием мы сталкиваемся постоянно, — констатирует начальник управления образования Гомельского облисполкома Сергей Порошин. — Когда же пытаемся указывать на тревожные сигналы, школу начинают обвинять во вторжении в частную жизнь. Причем случается это даже в благополучных семьях. 

Недавно в реанимацию доставили семиклассницу, выпившую полсотни таблеток. Девочка из хорошей семьи, отец и мать занимают руководящие должности. Как выяснилось, учителя видели на странице ребенка в соцсети тревожные записи. Несколько раз родителей предупреждали. Однако те попросили «не лезть в мир их семьи»… 

Разъяснительная работа с самими подростками имеет свои тонкости. Одна из них — известный психиатрам синдром Вертера. Когда после суицидов, широко освещенных в СМИ, у самоубийц появляются последователи. К сожалению, такой случай имел место в Гомеле. В конце прошлой осени покончил с собой учащийся автомеханического колледжа. А в начале января его примеру последовал одногруппник. Парень повесился во дворе другого учебного заведения. Ситуация могла быть еще хуже. Достаточно вспомнить нашумевшие группы смерти вроде «Синих китов». Деструктивные сообщества, склоняющие подростков к самоубийствам, могут действовать без границ. К счастью, в Беларуси подобных случаев не зафиксировано. И нужно делать все, чтобы так оставалось и впредь. На недавнем координационном совещании принято решение обратиться в Генеральную прокуратуру. Суть предложения — ввести уголовную ответственность за создание и поддержку подобных сообществ.

Звоните — вас  услышат? 

Оставляет желать лучшего и работа служб психологической помощи. Недоверие вызвали «телефоны доверия». Обзвонив их, сотрудники областной прокуратуры либо не дождались ответа, либо получали совет звонить в платную справочную. В лучшем случае — им предлагали записаться на прием к специалисту. 

Стремительный ритм жизни, мощный поток потребляемой информации, повышенная психологическая и стрессовая нагрузки — лишь неполный перечень угроз психическому состоянию современного человека. Нельзя умолчать и о пресловутом менталитете. Обращаться за помощью к психологам, а тем более к психиатрам, у нас по-прежнему не принято. Но что еще печальнее, нередко даже самым близким людям бывает не до друг друга. Кто-то, впав в депрессию, уходит из жизни. А кто-то корит себя всю оставшуюся. Хотя все может быть по-другому. 

ПРЯМАЯ РЕЧЬ

Владимир ПРИВАЛОВ, заместитель председателя Гомельского облисполкома:

— Безусловно, мы имеем дело с острой социальной проблемой, к сожалению, очень актуальной. Но любую проблему можно решать — нужны воля, стремление и система в работе. На координационном совещании поручено сформировать межведомственную группу, которая будет еженедельно отслеживать ситуацию, делать выводы и принимать решения. Многое определяет работа с кадрами в здравоохранении, службах психологической и социальной помощи, смотровых комиссиях. Если на всех уровнях будет налажено взаимодействие, можно добиться положительного результата. 

proleskovskiy77@mail.ru

Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...