Кузнечное дело — совсем не женская профессия, даже в наш век. И все‑таки есть на свете уникальные женщины, не просто освоившие ремесло, а мастера. Одна из них минчанка Мария Тарлецкая — скульптор, художник по металлу, мастер художественной ковки.
В детстве Мария была твердо уверена, что станет космонавтом. Женщина-кузнец — так же необычно, как и женщина-космонавт. В своей сфере Мария во многом стала первопроходцем.
MARIAARTOBJECT.COM
В детстве Мария была твердо уверена, что станет космонавтом: отец работал на космодроме «Байконур», и девочке с совсем не девичьими способностями в физике и математике казалось вполне естественным вслед за Валентиной Терешковой сделать шаг к покорению космоса. Но время идет, дети растут, приоритеты меняются. Мечта о космосе у Марии Тарлецкой жива и сейчас, а вот делом жизни стала совсем другая — и совсем не женская профессия. Женщина‑кузнец, художник по металлу — так же необычно, как и женщина‑космонавт, и в своей сфере она во многом стала первопроходцем.
— Сейчас, оглядываясь назад, понимаю, что это вполне себе закономерное развитие событий, — рассказывает Мария Тарлецкая. — Я училась в математической школе, у меня отец физик, дедушка физик, два брата — старший и младший, в моей жизни было очень много такого хорошего мужского воспитания и влияния. Мне всегда было замечательно понятно и доступно все мужское.
«Меня учили: куй не железо, а пространство, которое будет жить внутри железа», — говорит мастер.
— Я смогла поступить только в педагогический университет на учителя черчения и рисования, — рассказывает Мария. — Чем был хорош наш университет: в нем в то время потрясающе давали ремесла — от ткачества и лепки из глины до резьбы по дереву, и мне это очень нравилось. Это было прямо мое! Но... к педагогике надо иметь склонность, а у меня, как выяснилось на третьем курсе, ее нет вообще. И я ничего не придумала лучше, как развернуться на 180 градусов. И все‑таки поступить в Академию искусств.
— Среди детей из художественных династий я чувствовала себя не в своей тарелке, — вспоминает Мария. — Мне были непонятны эти богемные разговоры, взгляды... И я решила для себя: буду художником прикладного искусства, выпущусь и стану настоящим профессионалом.
Выбор металла в качестве объекта приложения сил педагогов не то чтобы шокировал, но попытку отговорить девушку суровые мужчины‑кузнецы все‑таки предприняли. Вернее, надеялись ее напугать: с ходу завели в рабочую мастерскую с разожженным горном.
— А там было жарко, грязно и запах, — со смехом рассказывает Мария. — Это в трех словах, что ждет вас в кузне. Тоже часть процесса, от нее никак не избавиться. Но я абсолютно честно прошла по баллам, и не было другого выхода, как взять меня в группу. В ней я оказалась единственной девочкой, но мне даже в голову не приходило требовать себе каких‑то поблажек.
Возможно, рассчитывали, что я займусь ювелирным делом, но с моей психофизикой я вообще не ювелир.
— Помню, как зимой нужно было с мешком ехать на сортировочную базу, где из вагонов между рельсами высыпался коксующийся уголь, выкапывать его из‑под снега и везти в этом мешке в академию, сушить... Но потом нам привезли гору кокса — просто волшебство! — и мы радостно ее разгружали. Тогда только‑только начинали развиваться лазерная резка и другие новые технологии обработки металла. И я уже сознательно начала ходить на различные дополнительные курсы. Никто об этом особо не говорил, но я же из семьи физиков, и мне самой было понятно, и папа подсказывал, что технологии будут развиваться, что художник по металлу не будет работать зубилом.
Десять лет после выпуска ушли на работу над коммерческими заказами, в основном интерьерного плана: у Марии было 30 человек в подчинении, целое производственное объединение.
— Позвонила Лора и сказала: «Так, у меня выставка «Умный металл!» — «Лора, у меня заказы, какая выставка!» — «Маша, открой диплом и вспомни, что ты художник».
В последующее десятилетие были многочисленные выставки в Беларуси, Петербург и Люксембург и даже фестиваль Burning Man в пустыне Блэк‑Рок в штате Невада: некоммерческое сборище энтузиастов, куда художница везла свою металлическую скульптуру по частям, в двух чемоданах.
Важная часть жизни Марии Тарлецкой — работы, выполненные для православных и католических храмов. Церковь Святой Троицы на территории Всехсвятского храма, Дом милосердия, минский Свято‑Духов кафедральный собор, Успенский монастырь в Жировичах, храм Святого Василия Великого в Жлобине и костел Святого Пио в Молодечно, храмы на Ставрополье, в Михайловске, на территории «Адмиральского парка» — везде найдутся работы минской художницы: хоросы и паникадила, царские и диаконские врата, церковная утварь или ризы для икон.
— Не устаю благодарить отца Федора Повного, настоятеля минского храма‑памятника в честь Всех Святых, который меня в эту тему привел, благословил и очень многому научил, — с благодарностью говорит Мария Тарлецкая. — Я крестилась в 15 лет, это был совершенно осознанный шаг, и вера для меня — серьезная жизненная поддержка.
Ковка, сварка, литье — и вот металл в женских руках приобретает новую форму, превращается в цветы или колосья, в строки писем, в резную «вытинанку», буквально зависает в воздухе. А художница улыбается:
— Меня учили: «Ты куй не железо — ты куй пространство!» То, которое будет жить внутри железа. И это самое важное.
ovsepyan@sb.by
Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
В детстве Мария была твердо уверена, что станет космонавтом. Женщина-кузнец — так же необычно, как и женщина-космонавт. В своей сфере Мария во многом стала первопроходцем.MARIAARTOBJECT.COM
Первопроходец
Даже те минчане и гости города, которые ничего о ней не слышали, на самом деле знакомы с творчеством художницы: потрясающе красивые кованые люстры на станции метро «Ковальская Слобода», которые дополняет светотеневой рисунок на потолке, — проект Марии Тарлецкой. А еще именно в ее мастерской изготавливаются призы Минского международного кинофестиваля «Лiстапад».В детстве Мария была твердо уверена, что станет космонавтом: отец работал на космодроме «Байконур», и девочке с совсем не девичьими способностями в физике и математике казалось вполне естественным вслед за Валентиной Терешковой сделать шаг к покорению космоса. Но время идет, дети растут, приоритеты меняются. Мечта о космосе у Марии Тарлецкой жива и сейчас, а вот делом жизни стала совсем другая — и совсем не женская профессия. Женщина‑кузнец, художник по металлу — так же необычно, как и женщина‑космонавт, и в своей сфере она во многом стала первопроходцем.
— Сейчас, оглядываясь назад, понимаю, что это вполне себе закономерное развитие событий, — рассказывает Мария Тарлецкая. — Я училась в математической школе, у меня отец физик, дедушка физик, два брата — старший и младший, в моей жизни было очень много такого хорошего мужского воспитания и влияния. Мне всегда было замечательно понятно и доступно все мужское.
«Меня учили: куй не железо, а пространство, которое будет жить внутри железа», — говорит мастер.Все прекрасно
Но свой путь Мария реализовала все‑таки по‑женски — через искусство и создание прекрасного. Причем далось это не сразу.Мария училась в художественной школе — способности были, но родители полагали это занятиями для общего развития. Поэтому вчерашняя выпускница в Академию искусств поступить не могла — не было за плечами хорошего художественного училища, которое бы дало достаточный уровень подготовки.
— Я смогла поступить только в педагогический университет на учителя черчения и рисования, — рассказывает Мария. — Чем был хорош наш университет: в нем в то время потрясающе давали ремесла — от ткачества и лепки из глины до резьбы по дереву, и мне это очень нравилось. Это было прямо мое! Но... к педагогике надо иметь склонность, а у меня, как выяснилось на третьем курсе, ее нет вообще. И я ничего не придумала лучше, как развернуться на 180 градусов. И все‑таки поступить в Академию искусств.
Железная закалка
Мария понимала, что высот в станковой живописи ей уже не достичь — для этого надо было начинать рисовать с раннего детства и годами идти к цели. А принципы родительского воспитания: что ни делаешь, делай хорошо, — крепко засели в подкорке.— Среди детей из художественных династий я чувствовала себя не в своей тарелке, — вспоминает Мария. — Мне были непонятны эти богемные разговоры, взгляды... И я решила для себя: буду художником прикладного искусства, выпущусь и стану настоящим профессионалом.
Выбор металла в качестве объекта приложения сил педагогов не то чтобы шокировал, но попытку отговорить девушку суровые мужчины‑кузнецы все‑таки предприняли. Вернее, надеялись ее напугать: с ходу завели в рабочую мастерскую с разожженным горном.
— А там было жарко, грязно и запах, — со смехом рассказывает Мария. — Это в трех словах, что ждет вас в кузне. Тоже часть процесса, от нее никак не избавиться. Но я абсолютно честно прошла по баллам, и не было другого выхода, как взять меня в группу. В ней я оказалась единственной девочкой, но мне даже в голову не приходило требовать себе каких‑то поблажек.
Возможно, рассчитывали, что я займусь ювелирным делом, но с моей психофизикой я вообще не ювелир.
У меня такие руки, которым надо дать много материала. А что металл — это мой материал, я поняла сразу.
От зубила до лазера
Начало учебы ознаменовалось изготовлением собственного инструмента. Этот маленький молоток для чеканки у Марии Тарлецкой и сейчас в мастерской. А еще в конце 1990‑х в обучение добавилась нотка экстрима — с материально‑технической базой у Академии искусств, как и у многих вузов, на тот момент были проблемы.— Помню, как зимой нужно было с мешком ехать на сортировочную базу, где из вагонов между рельсами высыпался коксующийся уголь, выкапывать его из‑под снега и везти в этом мешке в академию, сушить... Но потом нам привезли гору кокса — просто волшебство! — и мы радостно ее разгружали. Тогда только‑только начинали развиваться лазерная резка и другие новые технологии обработки металла. И я уже сознательно начала ходить на различные дополнительные курсы. Никто об этом особо не говорил, но я же из семьи физиков, и мне самой было понятно, и папа подсказывал, что технологии будут развиваться, что художник по металлу не будет работать зубилом.
Десять лет после выпуска ушли на работу над коммерческими заказами, в основном интерьерного плана: у Марии было 30 человек в подчинении, целое производственное объединение.
Новые формы
Выставочная деятельность началась в 2014 году со звонка известного белорусского искусствоведа Ларисы Финкельштейн.— Позвонила Лора и сказала: «Так, у меня выставка «Умный металл!» — «Лора, у меня заказы, какая выставка!» — «Маша, открой диплом и вспомни, что ты художник».
В последующее десятилетие были многочисленные выставки в Беларуси, Петербург и Люксембург и даже фестиваль Burning Man в пустыне Блэк‑Рок в штате Невада: некоммерческое сборище энтузиастов, куда художница везла свою металлическую скульптуру по частям, в двух чемоданах.
Важная часть жизни Марии Тарлецкой — работы, выполненные для православных и католических храмов. Церковь Святой Троицы на территории Всехсвятского храма, Дом милосердия, минский Свято‑Духов кафедральный собор, Успенский монастырь в Жировичах, храм Святого Василия Великого в Жлобине и костел Святого Пио в Молодечно, храмы на Ставрополье, в Михайловске, на территории «Адмиральского парка» — везде найдутся работы минской художницы: хоросы и паникадила, царские и диаконские врата, церковная утварь или ризы для икон.
— Не устаю благодарить отца Федора Повного, настоятеля минского храма‑памятника в честь Всех Святых, который меня в эту тему привел, благословил и очень многому научил, — с благодарностью говорит Мария Тарлецкая. — Я крестилась в 15 лет, это был совершенно осознанный шаг, и вера для меня — серьезная жизненная поддержка.
Ковка, сварка, литье — и вот металл в женских руках приобретает новую форму, превращается в цветы или колосья, в строки писем, в резную «вытинанку», буквально зависает в воздухе. А художница улыбается:
— Меня учили: «Ты куй не железо — ты куй пространство!» То, которое будет жить внутри железа. И это самое важное.
ovsepyan@sb.by
Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Нравится читать наши новости и материалы? Добавьте нас в «Google Рекомендации» по ссылке.
