С лучами Николай Александрович Борисевич связан с того времени, как только появился на свет. Поселок в Березинском районе, где он родился (а произошло это 90 лет назад), носит имя Лучной Мост. Всего в километре от поселения — раздольная, но по своему характеру, как и белорусы, «покладистая» река Березина. Неподалеку от дома струился серебристый ручей. Тонюсенький, как жилка. Но вода в нем была необыкновенной чистоты и прохлады. Даже в летний день казалась ледяной. А все потому, что жизнь ей давал родник, бивший из земной глуби. К самым домам подступал лес. А дальше — ширь полей да соседские деревни, что гнездились поближе к реке. Вот в такой природной благодати и промелькнуло детство будущего президента Академии наук БССР, физика с мировым именем, Героя Социалистического Труда. Было в этом детстве все, что закладывает фундамент человека. Что зажигает в душе солнце, которое не гаснет никогда. Родители Николая Александровича всю жизнь выполняли вечную работу — делали хлеб. Ему же была уготовлена другая судьба...
Селибскую среднюю школу Николай Борисевич окончил с отличием. Это давало право без экзаменов поступить в высшее учебное заведение. Куда? Решение он принял твердо: на физико–математический факультет Белгосуниверситета. 18 июня 1941 года провели выпускной вечер. А через три дня страшная, ни с чем не сравнимая беда обрушилась на великую страну. И все судьбы, все дороги слились в одну, которая шла через войну...
После боев, переправы наших войск через Березину и беспорядочного отступления в окопах и в воде осталось много оружия и боеприпасов. «Оружие надо собрать и надежно спрятать. Оно наверняка пригодится», — решил секретарь сельсовета И.Буримский. Но одному это дело не по силам. И он создал подпольную группу, в которую вошли надежные сельчане М.И.Гурин и Ф.И.Казаченок. А также комсомольцы: Николай Борисевич, его сестра Вера и Виктор Нехай. Оружия и боеприпасов собрали немало. В начале 1942 года подпольщики установили связь с партизанами из Кличевской и Червенской зон. Передали им оружие, оставив кое–что и для себя. После встречи с командиром 152–го отряда М.Д.Грицаном Николая Борисевича и Виктора Нехая зачислили в партизанский отряд. Но жили они в поселке, который фактически стал партизанской базой. Днем ходили без оружия. А ночью устраивали засады, проводили диверсии. В конце июля 1942 года немцы в предвечерье окружили поселок и согнали его жителей в надежно огороженный двор. Искали партизан. Николаю, Вере, Нехаю и еще шестерым партизанам удалось скрыться.
Весной 1943 года Николаю Борисевичу и политруку П.А.Филатову поручили возглавить диверсионную группу. Объект диверсии: железная дорога Бобруйск — Жлобин. В книге «Всенародное партизанское движение в Беларуси в годы Великой Отечественной войны» приводятся данные из отчета командира 152–го партизанского отряда М.Д.Грицана: «27 апреля 1943 года в 5.20 диверсионной группой под командованием Филатова и Борисевича на ж.д. Бобруйск — Жлобин в районе д. Омельно пущен под откос вражеский эшелон с живой силой, следовавший из Бобруйска на Жлобин. В результате крушения уничтожен 1 паровоз, 12 вагонов...» А происходило все так. Из лагеря в кличевских лесах партизаны вышли 24 апреля. В вещмешке — 20 кг взрывчатки. Через трое суток добрались до железной дороги. Охранялась она усиленно. Патруль следовал за патрулем. В промежутке между ними подрывники заложили заряд, растянули шнур. Нет ничего мучительнее, чем ожидание поезда. Минуты кажутся часами. Вот–вот начнет светать, а его и не слышно. Но вот прогромыхал небольшой порожняк. Все ясно: проверяют дорогу. Значит, будет что–то серьезное. Издалека нарастает шум поезда. Впереди паровоза две платформы с песком. Мелькнула одна, вторая. Как только колеса паровоза оказались над зарядом, Борисевич дернул за шнур. Оглушительный взрыв. Треск. Грохот. Вой. Взрывной волной Борисевича сбило с ног. В небе повисли десятки осветительных ракет. Немцы открыли такой ураганный огонь, что головы не поднять. От долгого лежания на сырой земле у Филатова, ранее имевшего ранение, отнялись ноги. Борисевич снял ремень с винтовки. Больше километра тянул за собой политрука, уцепившегося за ремень. До деревни, где их ждали партизаны с лошадьми. В ближайшем леске подрывники спешились. Отправив лошадей в обратную дорогу, заняли круговую оборону. Но никто их не преследовал. Ночью зашли в деревню и узнали от знакомого мужика, что немцы весь день увозили убитых и раненых...
Сколько же испытаний обрушилось на 19–летнего парня! Железо не выдерживало и давало трещины. Но только не дух, не сила воли. Они крепче металла... Зима 42–го была на редкость холодной и снежной. Стянув крупные силы, немцы и полицаи двинулись на кличевские леса. С теплыми землянками партизанам пришлось расстаться. Днем шли непрерывно. В лютый мороз спали на снегу. Снизу — снег, сверху — снег... Но шли упрямо. Без стонов и глухих проклятий. Разместились в деревнях Белыничского района. Отогрелись в крестьянских хатах и душой, и телом. Рискуя своими жизнями, люди не отвернулись от них, не бросили в беде. Делились и кровом, и куском хлеба. Разве такое можно забыть? А прорыв блокады в кличевских лесах в мае 43–го... После жестокого рукопашного боя Борисевич с боевыми соратниками четверо суток пробирался в Березинский район. Питались сырыми грибами да заячьей капустой. Пили воду из болот. Когда после долгой дороги Борисевич стянул наконец–то сапоги, вместе с ними с ног слезла кожа... Партизанские годы — это особая глава в жизни Николая Александровича. От них в его характере — бесстрашие и воля. Несгибаемость и верность.
А потом будут фронтовые дороги, которые доведут Николая Борисевича, рядового 539–го гаубичного артиллерийского полка 4–го арткорпуса прорыва резерва Главнокомандующего, до самого Берлина. Он участвовал в операции «Багратион». А также в Висло–Одерской и Берлинских операциях. О том, как Николай Борисевич воевал, свидетельствуют боевые награды: ордена Отечественной войны I и II степени, два ордена Красной Звезды, медали «За Победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941 — 1945 гг.», «За взятие Берлина». Но особенно для него дорога «партизанская» медаль. Но вот с войной, как поется в песне, покончены счеты. Пора домой.
В конце ноября эшелон с фронтовиками прибыл в Минск. Первым делом Николай Александрович зашел в университет. «Примут ли меня на первый курс физмата?» — спросил у проректора. «Да вы что, молодой человек! — возмутился проректор. — Сессия на носу, а вы... о приеме». — «Но у меня аттестат с отличием». — «Ну что ж, приносите документы». В декабре 1945 года Николай Борисевич стал студентом 1–го курса физико–математического факультета Белгосуниверситета. Сессию он сдавал экстерном. И стипендию получил.
Окончив Белгосуниверситет, Николай Борисевич в 1951 году поступает в аспирантуру Государственного оптического института имени С.И.Вавилова. Успешная защита кандидатской диссертации — и он снова в Минске. И, как в родную стихию, с головой окунается в науку.
Итак, лучи... В области молекулярной спектроскопии лазерной физики Н.А.Борисевичем и сотрудниками Института физики были получены результаты огромной значимости. На их основе создан новый тип лазера с перестраиваемой частотой излучения. Спектроскопия свободных сложных молекул — это новое направление в науке. За его создание Н.А.Борисевичу, Б.С.Непоренту, ученикам Николая Александровича — В.В.Грузинскому и В.А.Толкачеву — присуждена Ленинская премия. Инфракрасные фильтры — мировое достижение. За создание нового класса оптических фильтров для широкой области инфракрасного спектра Н.А.Борисевич и его ученик В.Г.Верещагин удостоены Государственной премии СССР. Важно, что ученый Н.А.Борисевич результаты фундаментальных исследований доводит до практического применения. За исследование поляризованной люминесценции свободных сложных молекул Н.А.Борисевичу, В.А.Толкачеву, А.П.Блохину и В.А.Поведайло присуждена Государственная премия Республики Беларусь.
Академик Н.А.Борисевич 18 лет (четыре срока подряд) избирался президентом Академии наук БССР. Это были годы подлинного расцвета белорусской науки. Более чем в два раза увеличилась численность АН БССР. Открылись 10 новых институтов и 5 научных подразделений в областных центрах. В Уручье на площади 150 га развернулось строительство Академгородка. А чего стоит только одна глубокая реконструкция главного корпуса Академии наук! После нее уникальный памятник архитектуры стал уникальным и внешне, и внутри.
Рассказывая о научных, организаторских и чисто человеческих достижениях академика Н.А.Борисевича, трудно обойтись без таких слов, как «уникально», «феноменально», «исключительно»... Николай Александрович не любит, когда подчеркивают его заслуги. Пусть и в связи с юбилеем. Но все–таки... Как не сказать о его научной школе? Ведь только обладая огромным талантом, можно подготовить 40 кандидатов наук, 10 докторов. (Двое из них стали академиками.) А создание поистине уникальной книги «Наука Беларуси в XX столетии»... О лучшей энциклопедии белорусской науки, пожалуй, не стоит и помышлять. И какую надо иметь известность, чтобы быть действительным членом ряда иностранных академий наук и получить их высшие награды! И, наверное, только человек–эпоха может иметь четыре ордена Ленина, ордена Октябрьской Революции и Трудового Красного Знамени...
...За окном уютного кабинета почетного президента НАН Беларуси Н.А.Борисевича, где не один час шла наша беседа, — осень. Сырой ветер срывает желтые листья и несет их неизвестно куда. Осень... Но когда в душе живет весна, как у Николая Александровича, нипочем ни осень, ни зима.
Советская Белоруссия №178 (24315). Суббота, 21 сентября 2013 года.
