Дорогая энергетика победила в Германии: в ночь с субботы на воскресенье в стране остановили последние три реактора. Германия — богатая страна. Может себе позволить дорогие вольности зеленой догматики. Другой вопрос, сможет ли она сохранить былую конкурентоспособность? В фрагментарной мировой экономике, в которой каждый регион живет по своим правилам, исходя из здравого смысла, а не каких-то идей, подыгрывающих западному миру?! Большинство-то государств смотрит с обоснованной надеждой на АЭС, понимая, что именно реакторы смогут по приемлемой цене удовлетворить растущий спрос на энергию с минимальным давлением на окружающую среду. И за счет дешевой атомной энергии третий мир может значительно подвинуть развитые страны на индустриальной арене. Недаром накануне министр экономики и окружающей среды Роберт Хабек призвал включить в очередной санкционный пакет российскую атомную отрасль. Одна история — надавить на Москву. Но, как кажется, есть и другая, более глобальная цель — притормозить развитие ядерной энергетики в различных регионах.
«Зеленые» тысячами высыпали в воскресенье на улицы, празднуя безъядерный статус государства. Весьма условный, конечно. Избавившись от мирного атома, Берлин оставил на своей территории американский ядерный контингент. Впрочем, романтичные экологи видят безопасность через искаженные розовые очки. А пока они радуются, экономисты грустят и беспокоятся. В концепции перехода на возобновляемые источники и на бумаге было много оврагов, а на деле «безуглеродный» и «безнуклеиновый» путь оказался испещренным глубокими ущельями. Чтобы их преодолеть, требуются усилия, время и огромные деньги. Вроде бы у Германии есть возможность выбросить на ветер (в данном случае это не фигура речи, а констатация факта), солнце и другие технологии миллиарды и триллионы евро. Но как это ударит по национальной промышленности? Ведь возобновляемая энергетика однозначно дороже традиционной. К коей можно отнести уже и атомную.
Расчеты расчетами, а энергетический кризис последних лет четко показал реакцию экономики на подорожание киловатт. Будем объективны: коллапса не произошло. Но исключительно за счет огромных субсидий правительства. И домохозяйствам, и корпоративному сектору. В этом году стоимость газа откатилась назад. И по объективным, и по случайным причинам: теплой зиме, например. Поэтому еще существуют риски, что энергетический кризис может вернуться. И если немецкий бюджет выдержал нагрузку в краткосрочном периоде — в конце концов, котировки газа били рекорды всего несколько месяцев, — сможет ли Берлин позволить щедрые раздачи из казны не на временной, а на постоянной основе? Сегодня почти очевиден ответ: нет. А без дотаций немецкие товары теряют свою конкурентоспособность. Даже в ЕС. Так как в содружестве есть, например, Франция, в энергобалансе которой преобладает ядерная составляющая. Соответственно, промышленность и экономика современных галлов меньше зависят от углеводородной конъюнктуры.
Сегодня почти весь мир повернулся лицом к мирному атому. А более дешевая энергия — один из факторов конкурентоспособности. Этак можно проиграть и странам третьего мира. Конечно, за счет высокого технологического развития экономика ФРГ обеспечивает себе преимущества. Но у всего есть предел.
Поэтому и озаботился Роберт Хабек развитием атомной энергетики. По статистике Международного агентства, инвестиции в ядерную энергетику в США и третьих странах превышают вложения в возобновляемые источники. И чтобы хоть на время тормознуть нуклеиновые технологии, Хабек и выступает за санкции против России. Самое интересное, что к остальным рестрикциям Германия относилась более сдержанно. И если их поддерживала, то не выступала в роли активных инициаторов.
Дело-то в том, что сегодня на Россию приходится 17 процентов производства ядерного топлива. И если его «выключить» из мирового оборота, то негативные последствия для АЭС можно предположить. Но ключевой фактор — активизация «Росатома» в строительстве станций в различных регионах планеты. В том числе в регионе Юго-Восточной Азии, который сегодня воспринимается Западом как ключевой конкурент в экономической сфере.
Предложение на рынке атомных технологий очень узкое. Станции могут строить фактически Франция, США, Япония и Россия. Учитывая, что мировая отрасль испытывала колоссальное давление в этом веке, особенно после аварии на АЭС «Фукусима-1», ядерная индустрия оказалась недоинвестированной намного раньше, чем компании, добывающие газ и нефть. Поэтому в странах развитого капитализма происходило сокращение активности в мирных атомных проектах, профильные и смежные компании сокращали производство и персонал.
Сейчас наступает ренессанс атомной энергетики. И что бы ни говорили политические экологи в Берлине, Берне и Вене (Германия, Швейцария и Австрия — самые большие противники АЭС), но все, все государства либо строят у себя атомные станции, либо собираются это делать. Спрос резко вырос. А реально мощности есть только у российских компаний. Корпорации во Франции, Японии и США тоже не дремлют. Но чтобы восстановить свой потенциал, им необходимо время. А время — самый ценный ресурс.
Если говорить про Германию, то она вообще не заинтересована в развитии атомных проектов в других странах. Берлину выгоднее продавливать свою любимую тематику по возобновляемым видам энергии. В этой сфере они объективно одни из мировых лидеров. Несомненно, инвестировать будут во все виды энергетики. Но сегодня атом по объемам уже опережает зеленые проекты. Несомненно, потенциальные санкции против российского ядерного сектора могут тормознуть ряд проектов в разных регионах. Что выгодно немецкой экономике. Во-первых, отодвигается момент, когда другие страны получат дешевые киловатты. Во-вторых, есть надежда, что инвестиционный вектор с АЭС сместится на ветряки или солнечные батареи. Поэтому инициатива рестрикций ФРГ против «Росатома» и других профильных компаний не экологический, не политический, а исключительно экономический сюжет. Стоит напомнить, что немцы уже давно пытаются перекроить правила игры в энергетическом секторе. То через попытку протолкнуть на международный уровень свои стандарты, то через активное навязывание концепций ESG… И предложения по санкциям — новый куплет старой песни.
volchkov@sb.by
Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
«Зеленые» тысячами высыпали в воскресенье на улицы, празднуя безъядерный статус государства. Весьма условный, конечно. Избавившись от мирного атома, Берлин оставил на своей территории американский ядерный контингент. Впрочем, романтичные экологи видят безопасность через искаженные розовые очки. А пока они радуются, экономисты грустят и беспокоятся. В концепции перехода на возобновляемые источники и на бумаге было много оврагов, а на деле «безуглеродный» и «безнуклеиновый» путь оказался испещренным глубокими ущельями. Чтобы их преодолеть, требуются усилия, время и огромные деньги. Вроде бы у Германии есть возможность выбросить на ветер (в данном случае это не фигура речи, а констатация факта), солнце и другие технологии миллиарды и триллионы евро. Но как это ударит по национальной промышленности? Ведь возобновляемая энергетика однозначно дороже традиционной. К коей можно отнести уже и атомную.
Расчеты расчетами, а энергетический кризис последних лет четко показал реакцию экономики на подорожание киловатт. Будем объективны: коллапса не произошло. Но исключительно за счет огромных субсидий правительства. И домохозяйствам, и корпоративному сектору. В этом году стоимость газа откатилась назад. И по объективным, и по случайным причинам: теплой зиме, например. Поэтому еще существуют риски, что энергетический кризис может вернуться. И если немецкий бюджет выдержал нагрузку в краткосрочном периоде — в конце концов, котировки газа били рекорды всего несколько месяцев, — сможет ли Берлин позволить щедрые раздачи из казны не на временной, а на постоянной основе? Сегодня почти очевиден ответ: нет. А без дотаций немецкие товары теряют свою конкурентоспособность. Даже в ЕС. Так как в содружестве есть, например, Франция, в энергобалансе которой преобладает ядерная составляющая. Соответственно, промышленность и экономика современных галлов меньше зависят от углеводородной конъюнктуры.
Сегодня почти весь мир повернулся лицом к мирному атому. А более дешевая энергия — один из факторов конкурентоспособности. Этак можно проиграть и странам третьего мира. Конечно, за счет высокого технологического развития экономика ФРГ обеспечивает себе преимущества. Но у всего есть предел.
Поэтому и озаботился Роберт Хабек развитием атомной энергетики. По статистике Международного агентства, инвестиции в ядерную энергетику в США и третьих странах превышают вложения в возобновляемые источники. И чтобы хоть на время тормознуть нуклеиновые технологии, Хабек и выступает за санкции против России. Самое интересное, что к остальным рестрикциям Германия относилась более сдержанно. И если их поддерживала, то не выступала в роли активных инициаторов.
Дело-то в том, что сегодня на Россию приходится 17 процентов производства ядерного топлива. И если его «выключить» из мирового оборота, то негативные последствия для АЭС можно предположить. Но ключевой фактор — активизация «Росатома» в строительстве станций в различных регионах планеты. В том числе в регионе Юго-Восточной Азии, который сегодня воспринимается Западом как ключевой конкурент в экономической сфере.
Предложение на рынке атомных технологий очень узкое. Станции могут строить фактически Франция, США, Япония и Россия. Учитывая, что мировая отрасль испытывала колоссальное давление в этом веке, особенно после аварии на АЭС «Фукусима-1», ядерная индустрия оказалась недоинвестированной намного раньше, чем компании, добывающие газ и нефть. Поэтому в странах развитого капитализма происходило сокращение активности в мирных атомных проектах, профильные и смежные компании сокращали производство и персонал.
Сейчас наступает ренессанс атомной энергетики. И что бы ни говорили политические экологи в Берлине, Берне и Вене (Германия, Швейцария и Австрия — самые большие противники АЭС), но все, все государства либо строят у себя атомные станции, либо собираются это делать. Спрос резко вырос. А реально мощности есть только у российских компаний. Корпорации во Франции, Японии и США тоже не дремлют. Но чтобы восстановить свой потенциал, им необходимо время. А время — самый ценный ресурс.
Если говорить про Германию, то она вообще не заинтересована в развитии атомных проектов в других странах. Берлину выгоднее продавливать свою любимую тематику по возобновляемым видам энергии. В этой сфере они объективно одни из мировых лидеров. Несомненно, инвестировать будут во все виды энергетики. Но сегодня атом по объемам уже опережает зеленые проекты. Несомненно, потенциальные санкции против российского ядерного сектора могут тормознуть ряд проектов в разных регионах. Что выгодно немецкой экономике. Во-первых, отодвигается момент, когда другие страны получат дешевые киловатты. Во-вторых, есть надежда, что инвестиционный вектор с АЭС сместится на ветряки или солнечные батареи. Поэтому инициатива рестрикций ФРГ против «Росатома» и других профильных компаний не экологический, не политический, а исключительно экономический сюжет. Стоит напомнить, что немцы уже давно пытаются перекроить правила игры в энергетическом секторе. То через попытку протолкнуть на международный уровень свои стандарты, то через активное навязывание концепций ESG… И предложения по санкциям — новый куплет старой песни.
volchkov@sb.by
Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Нравится читать наши новости и материалы? Добавьте нас в «Google Рекомендации» по ссылке.
