Минск
+8 oC
USD: 2.05
EUR: 2.26

Академик Евгений Бабосов — о науке и жизни

Человек в зеркале цифр

Становление и развитие социологии в Беларуси станет основной темой научно-методологического семинара, который пройдет завтра в Институте социологии Национальной академии наук. В преддверии этого мероприятия журналист «СБ» встретился с доктором философских наук, академиком НАН Евгением Бабосовым. Творец новых знаний и способов их применения на практике, фундатор-методолог белорусской социологической науки, энциклопедист и выдающийся философ — о науке и жизни.


— Евгений Михайлович, вы не только основоположник одного из направлений науки об обществе — школы социологии стратификации, конфликтов и катастроф, но и создатель профильного академического института, его почетный директор. Помните, как все начиналось?

— Со стороны Петра Мироновича Машерова было полное понимание необходимости такого учреждения в БССР, поэтому вышло постановление ЦК КПБ о развитии социологии и социологических исследований в республике. Но решение создать институт возникло лишь в конце 1980-х, и это было непросто. Я прошел отдел науки, потом Бюро ЦК КПБ. Совмину поручили подыскать для института помещение, я отправился в Москву согласовывать организационные моменты в ЦК КПСС и Академии наук СССР. Необходимо было еще решение Совета Министров СССР. В то время заместителем премьера работал Абалкин, с которым мы вместе защищались (Леонид Абалкин — советский и российский экономист, доктор экономических наук, профессор, академик РАН. — Прим. ред.). Он помог лично побывать у главы советского правительства Николая Рыжкова, с которым мы вместо выделенных мне 5 минут проговорили более 15. И вопрос с новым институтом был окончательно решен.

— Вы не только социолог, но и философ. В 1979 году в Минске вышла работа «Философская наука Советской Белоруссии», написанная вами в соавторстве. Знаю, что при ее подготовке вы столкнулись с серьезной проблемой идеологизации советской философии. В социологии, надо понимать, налет идеологии был менее заметен. Не это ли подтолкнуло вас к созданию профильного института?

— В 1977 — 1989 годах я работал директором Института философии и права, писал книги по диалектическому и историческому материализму — то, что сейчас называется философией. Со временем мне стало совершенно ясно, что весь этот диамат и истмат — схоластика. Читал лекции и все больше понимал, насколько они оторваны от жизни. И что пора переходить от общих рассуждений к более конкретному разговору об обществе. А такой разговор позволяют вести социология и политология. Но социология — это более конкретная наука о конкретных людях. Об их делах, задачах, целях, тревогах. Это выход на конкретного человека, этакая смесь социологии, психологии и философии с частичным выходом в экономику.

Социологу важно учитывать как мировоззрение людей, так и их настроения, волнения. В этом плане очень помогает так называемое включенное наблюдение — когда социолог внешне вроде и не участвует в опросе, разговоре, но при этом присутствует и наблюдает. Этот метод позволяет проводить полевое изучение индивидов в их естественной среде и в повседневных жизненных обстоятельствах, то есть изучение социальной группы «изнутри». В отличие от эксперимента включенное наблюдение свободно от внешнего контроля, этот метод хорошо подходит для выяснения внутренней мотивации людей через их деятельность, когда нет возможности узнать это напрямую.

— Ведущее направление в ваших научных изысканиях и работах составляет человек. Его нравственно-духовная структура, его интересы и устремления. Даже настроение. Это ваш принципиальный выбор?

— Я глубоко убежден: человек должен работать с душой, именно тогда результаты его труда максимально возможны. Все возможности организма — сила, воля, умение, мастерство, стремление — должны быть сконцентрированы, только это дает максимально высокий результат в работе. 

Человекоцентризм — это вектор развития. И прогресс состоит прежде всего в преображении человека, в возможности реализации его потенциала, самости, в том, чтобы каждый почувствовал себя творцом своей судьбы, своих отношений с миром, людьми. Выдающийся философ XX века Мартин Хайдеггер говорил: «Человек — сущность, которая все время ускользает за пределы себя, в будущее». Социология, опираясь на прошлый опыт, может обнаружить тенденции развития и предвосхищать события. Но для этого надо раскрыть душу человека. Так, как это делает, например, очеркист «СБ» Леонид Екель.

— А как вы относитесь к различным социологическим центрам, которые работают за пределами Беларуси и порой вбрасывают в наше информационное пространство просто удивительные результаты? Не подрывают ли они авторитет социологии как таковой?

— Подрывают, конечно. Но опытные люди обычно, даже не имея профильного образования, на интуитивном уровне улавливают попытки манипулирования ими. Что же касается находящихся за пределами нашей страны социологических центров — они просто хотят заработать. На Западе чем больше критики выдаешь на-гора — тем больше шансы на успех. И не только в социологии. Вспомните, Василя Быкова на Нобелевскую премию выдвигали — не прошел. Рыгора Барадулина выдвигали — не прошел. А Светлана Алексиевич, которая гораздо ниже их по уровню таланта, прошла. А прошла лишь потому, что говорит именно то, что нравится Западу. Нобелевская премия стала весьма ангажированной. Столь же ангажированной бывает и деятельность социологических структур.

— Кстати, о Западе. Вы неоднократно бывали за границей, научный авторитет ваш известен далеко за пределами Беларуси. Соблазна уехать не возникало?

— Социолог за пределами своей страны работать, конечно, может. Но кто может знать страну лучше, чем тот, кто в ней сам живет? Честно говоря, я не люблю тех, кто уезжает. Я бы не уехал. Меня приглашали работать в Нью-Йорк профессором Колумбийского университета (основанный в 1754 году один из известнейших и престижнейших университетов США, входящий в элитную Лигу плюща. — Прим. ред.) после выступления в Берлине с докладом по Достоевскому. Отказался. Тем более ни для кого не было секретом, что тот «русский факультет» Колумбийского университета, на который меня приглашали, готовит кадры для американских спецслужб. 

Но, надо признать, в США лучше развита прикладная социология. И публикуются любопытные научные труды. Что же касается развития социологической науки на пространстве СНГ, на первые места я бы поставил российскую и белорусскую социологию. Замыкает же тройку лидеров, с моей точки зрения, украинская социология.

osipov@sb.by

Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Фото: Артур ПРУПАС
5
Загрузка...