Злодей без колдовских затей

Репортаж из-за кулис -- в Большом театре репетируют премьеру оперы «Макбет»

Корреспондент «СГ» вместе с режиссером-постановщиком Михаилом Панджавидзе оценил предпремьерную репетицию «Макбета» в Большом
СЕГОДНЯ вечером, 19 марта, в Национальном академическом Большом театре оперы и балета долгожданная премьера. Опера «Макбет». В чем  необычность спектакля, поставленного по нетленной пьесе Шекспира? Опера Верди — без обязательной для этого жанра любовной интриги. «Макбет», скорее, поэтическое повествование о человеческом пороке, когда гордость трагическим образом трансформировалась в гордыню, что в итоге приводит к кровавой трагической развязке. Корреспондент «СГ» побывала на предпремьерной репетиции «Макбета».


РЕЖИССЕР-ПОСТАНОВЩИК оперы, награжденный медалью Франциска Скорины, Михаил Панджавидзе (на снимке) все жестко держит в своих руках. Четко раздает команды, сидя в центре зала за режиссерским столиком: «Это узловая сцена. И ее нужно сделать так, чтобы все было безукоризненно». Актеры и технические работники, словом, все, кто занят в подготовке премьеры, беспрекословно подчиняются. Вопросы здесь задавать некогда — на кону премьера, все должно быть отлажено и отточено, как в работе часового механизма. Остались лишь финальные штрихи: нужно отработать некоторые мизансцены. Пьеса масштабная, поэтому мелочей для Панджавидзе, который принял решение в своей новой работе сосредоточиться именно на психологизме и драматизме пьесы, нет. 

Декорации в мрачном стиле Средневековья — фортеции и башни оборонительного назначения. Ведьмы будут летать на метлах, а в какой-то момент владения Макбета опутает «настоящая» паутина… Для актеров, занятых в постановке, сшили 260 костюмов. Шуба леди Макбет, к примеру, с капюшоном в виде лисьей головы. Весит такая обновка шесть килограммов.

Напомню фабулу шекспировской трагедии: главный герой король Макбет, который идет к власти по трупам. Череда убийств, гаданий, бесконечные предсказания — все здесь напоминает фильм ужасов, жесткий хоррор. Пролитая кровь навсегда лишает Макбета и его жену покоя и сна. Последняя ария венценосной супруги в опере — это обретение давно желанного отдыха, который может дать ей только смерть...

У Макбета и леди Макбет не только с актерской, но и с музыкальной точки зрения невероятно сложные для исполнения партии: дуэты длятся по 20 минут. Справиться с задачей, отыграть на одном дыхании такой спектакль от и до, уверяет хормейстер-постановщик народная артистка Беларуси Нина Ломанович, по силам только профессионалам высочайшего класса. Главные партии исполнят блистательные артисты Большого театра: Владимир Петров, Станислав Трифонов, Владимир Громов, Нина Шарубина, Екатерина Головлева, Татьяна Петрова…



Особая миссия в постановке у хора, причем женского. Для произведений Верди такой подход нехарактерен, обычно он делает ставку на мужские голоса. Женский хор, по замыслу режиссера-постановщика, символически олицетворяет зло в лице ведьм. И партии исполняет, что меня удивило, лежа, сидя, двигаясь.

— У нас великолепные артисты, опытные, пластичные, интеллектуальные. Ставить задачи и видеть, как четко они выполняются, для меня истинное удовольствие, — отзывается о напряженном постановочном процессе режиссер Михаил Панджавидзе. — Актеры изучали историю, разбираются в тончайших хитросплетениях сюжета. Мы всего пару раз собрались и поговорили, как расставить акценты. И этого оказалось вполне достаточно. Режиссерский замысел уяснили сходу. Основное над чем работали — чтобы максимально точно воплотить весь шекспировский драматизм пьесы.

МАКБЕТ, полагает Михаил Александрович, это такой же человек, как и все, которому от рождения до самой смерти приходится балансировать между выбором зла и добра. К сожалению, зачастую именно зло обладает для неустойчивой психики магнетической притягательностью. Однако лишь сам человек волен выбирать, погружаться ли ему в пучину дьявольских страстей либо жить достойно, по совести. Никакие высшие силы здесь ни при чем.

— Для меня король Макбет — это пример как раз того, как человек осознанно, намеренно культивирует в себе все самое низменное, полностью отдается пороку, — продолжает режиссер-постановщик. — Традиционно считается, что герой этот пал жертвой демонических женских чар. И за это Шекспира смело можно было бы упрекать в сексизме. Мол, не был бы женат, жил бы без проблем. Но попалась супруга-злодейка, сбила его с верного пути, вот и превратился тот в беспощадного убийцу. Однако на деле все не так. Царица ведьм Геката очень точно определяет суть характера главного героя: «Макбет — злодей без ваших колдовских затей. Не из-за вас он впал в порок, а сам бездушен и жесток…» Человек, который спас страну от нашествия иноземных захватчиков, обласкан властью, любим народом, вознесен до небес. Но он незаметно для самого себя превращается в выродка, изверга, теряет человеческий облик. И, в конце концов, перестает существовать как личность. Это страшная смерть. И таким людям можно только посочувствовать. 


В ответ на мой дилетантский вопрос, привнес ли он в постановку что-то оригинальное и невиданное зрителями прежде, Михаил Панджавидзе смеется:

— Все уже украдено до нас. И что-то новое придумать крайне сложно. С какого-то момента я предлагаю всем композиторам и режиссерам честно самим себе признаваться: делаешь чужое. И не особо по этому поводу переживать. Обязательно, как поставишь что-нибудь, выясняется, что где-то когда-то кто-то это уже сделал до тебя. Обычно я честно признаюсь в собственном невежестве. Но, конечно, в премьере есть мой авторский взгляд, режиссерская трактовка. Я пересмотрел многие постановки «Макбет», но не помню, чтобы хоть в одной из таких было три ведьмы, а не хор, как у Шекспира. Ну и так далее.

— А что скажете по поводу технических новинок, есть ли они в «Макбете»?

— Мы же не в цирке, чтобы поражать воображение зрителя трюками. Если пойдем этим путем, разоримся. Успевать за техническим прогрессом стоит денег, и немалых. Вот только придумали один айфон, не успели купить его, как уже новый выпустили. То же самое в театре со светом, видео, машинерией… После недавней реконструкции у нас с этим все в порядке, да и зритель не ждет от нас некоего технического «эффекта». Людям интереснее психология отношений между героями, а не оглушающие и впечатляющие декорации. Вначале, когда театр претерпел реновацию, признаю, мы баловались машинерией. И нас тоже тогда упрекали, мол, театр — это не цирк. Хотя давайте признаем: театр — это все. Мелочей здесь нет. И еще это место, где надо уметь сопереживать. Если тебе этого не надо, то на «Макбете» делать нечего.

ИНТЕРЕСНО, что…

Премьера первой редакции «Макбета» прошла в 1847 году в театре «Пергола» во Флоренции. Была хорошо встречена прессой и критиками, однако некоторые ставили в упрек композитору, мол, в опере его царит «дьявольская» атмосфера. Вторая редакция появилась через 17 лет. Новую версию Верди создал для Парижа, усовершенствовав партии леди и Макбета.

uskova@sb.by
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Автор фото: Виталий ГИЛЬ
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?
Новости
Все новости