Минск
+10 oC
USD: 2.04
EUR: 2.27

Умер советский футболист Федор Черенков

Жизнь, как матч

Умер великий советский футболист Федор Черенков
Когда речь заходит о Федоре Черенкове, люди, чья душа помнит и томится по футбольным баталиям чемпионата СССР 1980–х, невольно светлеют лицами, а извилистые морщинки грусти при этом разглаживаются в прямые, как шоссе, линии. Каждый, кто помнит Черенкова в игре, не важно, какой он футбольной епархии — динамовской, торпедовской или спартаковской, знает, как свод пионерских законов, что Федя — лучший. Что он — велик. Что он — богом поцелованный.

черенков.png


Черенков — это удивительный уникум, каких в нашем (советском) футболе больше нет. У каждого о Федоре свои воспоминания. У меня они — детские, а потому, наверное, особенно радужные, светлые, витиеватые. Первые — обрывочные, словно сквозь сон, они прокручиваются перед глазами лентой цветного кино. Я и себя–то в то время помню смутно, а вот Черенкова, глядишь ты, запомнил. И это, думаю, о многом говорит. 1983 год. Кудрявый слегка рыжеватый парень (потом жизнь его сильно изменит) в красной футболке со знаменитой белой спартаковской полоской на груди исполнял на поле нечто невообразимое. Он закручивал такие лихие финты, что мои любимые минские динамовцы выглядели против него мальчишками со двора. За них было очень обидно, но с тех пор моей любимой командой (после «Динамо», разумеется) стал «Спартак», а любимым советским футболистом на все времена именно он — неповторимый виртуоз Федор Черенков.

В те времена информации о спортсменах было крайне мало и впечатления об игроках составлялись исключительно по их действиям на поле. Наверное, оно и хорошо. Правильно. Без лишней, ненужной шелухи. Именно поэтому, быть может, Черенков в моей памяти навсегда останется светлым и улыбчивым волшебником из детства. Это уже потом, много позже, я узнаю и о его психической болезни, которая не позволила стать действительно великим футболистом по мировым масштабам, и о многих других околофутбольных проблемах, не давших Федору шанса раскрыться в сборной СССР, где он и наполовину не был столь же ярок, как в играх за свой «Спартак». Но я помню его от и до, от начала и до конца 1980–х он прошел передо мной великой звездой, заставляя разум ликовать и восхищаться каждым движением и прикосновением к мячу. И эти воспоминания навсегда останутся со мной.

Талант — очень опасный дар. Даря его, судьба неизменно заберет что–то другое. Вот и у Федора она отняла что–то в личной, семейной жизни. О нем всегда говорили — «божий человек», намекая на некую отрешенность, на непохожесть на других, на те самые психические проблемы. Будучи великим мастером, он не нажил за свою насыщенную и неповторимую футбольную карьеру больших богатств, до последних своих дней перемещаясь по огромной и шумной Москве на метро с неприметным рюкзачком за спиной, стараясь слиться с толпой. Люди, которые раньше готовы были носить его на руках, не могли узнать в этом тучном и пополневшем гражданине в сером пальто некогда великого Федора Черенкова.

А он просто был собой. Таким и останется в истории и в наших сердцах. Земля тебе пухом, великий футболист.

s_kanashyts@sb.by

Советская Белоруссия №191 (24572). Вторник, 7 октября 2014.

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...