Зеленая вишня

У жизни берегов не видно

Всю прошлую неделю думал, о чем написать колонку. Хотелось написать о вере, о страстях, ведь неделя так и называлась — Страстная. Но кто я такой, чтобы об этом рассуждать? Это слишком серьезно. Крестный путь, Голгофа, тяжелый крест, который тащил Спаситель на гору, а потом на нем же и был распят... Картины всякие представлял, иконы, их много написано за две тысячи лет существования христианства. В общем, если честно, то я не знал, как про все это величественное написать. В слова оно не собиралось и не складывалось... Так проходил день за днем. Я думал, представлял, но не писал. Может, потому что все это уже описано, рассказано великими художниками, писателями, поэтами и музыкантами. Книга книг — Библия — об этом.

А в пятницу я стоял в редакционном коридоре и смотрел во двор. Сто раз этот двор видел, каждый день на работу и с работы через него хожу. В пятницу солнце время от времени светило. Тепло. На железных скрипучих качелях девчонка раскачивалась, рюкзак на земле оставив. То взлетит, то опустится. Хорошо ей — молодость, одним словом. Ни забот, ни печали. Сплошное счастье и радость. Все впереди! Серый кот по двору прошел, на голубей у лужи посмотрел, а они в ответ головами покрутили. И тут из подъезда обычной пятиэтажки вышла во двор пожилая женщина. Голова седая, на плечах жилетка вязаная. В правой руке лопата, а в левой ведерко. Вернее, большая пластиковая емкость от краски. Эта женщина прошла неторопливо через двор, даже голубей не испугала. Остановилась у вишни, ведерко свое пластиковое оставила на земле, деревце обошла, потрогала шершавый ствол, одну веточку засохшую обломила, потом еще две. Взялась обкапывать вишню. Земля слежавшаяся, копалась тяжело. Камешки попадались. Обкопала, нагнулась и как–то по–крестьянски стала траву и камешки из земли выгребать. А потом начала кисточкой белить ствол. Обстоятельно, хорошо, с удовольствием. Закончила, руки тряпкой вытерла. Скрипели и повизгивали качели со старшеклассницей. Голуби у лужи топтались кучно, толкались. Кот куда–то серый ушел, может, под автомобили спрятался. Будничная жизнь текла непрерывным потоком. Без великих страстей. И берегов этой жизни я не ощущал, не видел.

Женщина сложила свои инструменты и неторопливо пошла к подъезду. Дойдя до тротуара, остановилась и оглянулась на вишню с белым стволом. Она смотрела на нее не очень долго, но с улыбкой. Может, песню вспомнила, вот эту самую: «Зялёная вiшня з–пад корня не вышла. Отдала мяне мацi, дзе я непрывычна...» Все ее знают. Там про девушку молодую, про то, как тяжело ей на чужбине, как часто она вспоминает дом и маму... Грустная песня, ее почему–то женщины во время застолья любят петь. Иногда даже плачут.

Качели опустели, за старшеклассницей приятель пришел, голуби улетели... И я стал об этой самой женщине думать, сочинять ее судьбу, биографию, всякие перипетии жизненные. Про Христа и его великие страсти забыл. Песня про зеленую вишню в голове крутилась.

В воскресенье маме позвонил, первым ее поздравил. Сказал: «Хрыстос уваскрос!» А мама меня поправила, сказав, что три раза надо поздравлять. Ее так наш дед научил. И мы с ней долго деда вспоминали. Говорили про то, что он в церкви на клиросе пел и службу хорошо знал. А когда служба заканчивалась, дед приходил домой, и можно было уже за стол садиться. Церковь от деревни далеко–далеко, через лес надо идти, а потом полем... И называлась та ранняя трапеза не завтраком, а обедом. Кстати, мама говорит не «клирос», а «крылос», по–народному...

После разговора с мамой я подумал, что религия со всеми ее страстями будет существовать всегда. До тех пор, пока люди будут умирать. И про вишню снова вспомнил, и про грустную народную песню. И о том, что нет у жизни берегов, не видно их.

Как–то встретил писатель Иван Бунин Льва Толстого. Зимой, на улице. Лев Николаевич поинтересовался у молодого Бунина, что тот пишет. Бунин пожаловался, что ему не работается, что не знает, о чем писать и как. Толстой шапку зимнюю поправил и сказал: «А вы вот об этом и напишите. Почему вам не пишется». Пожал руку и заспешил по своим делам.

ladzimir@tut.by

Версия для печати
А ведь не ваша уже, между прочим, повариха ((((( Владимиру Степану

А вот о чем я еще подумала, читая Вас Владимир: жизнь она ведь как река, течет и движется. Вода же при этом не кончается, хотя может и исчезнуть. Когда же спрашиваешь в чем смысл жизни ,то каждый человек может ответить только из своих соображений, или кому как удобно, кому как нравиться: у кого то смысл жизни в продолжении рода, у кого то получать удовольствие от жизни. Ну а для описываемой Вами женщины, обихаживающей деревце, как видно смысл жизни в том, чтобы делать этот мир прекраснее! Так вот у таких как она стареет же тело, а не душа. Господь же дает нам возможность самим выбирать и при этом от него дается лишь помощь на этом пути? В Библии же говорится нам грешным: «Выслушаем сущность всего: бойся Бога и заповеди Его соблюдай, потому что в этом все для человека; ибо всякое дело Бог приведет на суд и все тайное, хорошо ли оно, или худо» (Екклесиаст 12:13-14). Уважаю вот Вас. Вот!

Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?