«Завораживать нужно своим — самобытным, родным…»

Именно по его работам можно судить о современной полесской, да, впрочем, и всей белорусской керамике. Народный мастер Михаил Васковский пошел дальше своего наставника и сумел «запустить в производство» тысячи оригинальных глиняных фигурок. Но что, пожалуй, важнее всего — он осмыслил и запечатлел в художественной форме образ полешука. Неунывающего и самобытного... Теперь эти колоритные типажи бондарей и мельников, рыбаков и охотников, кузнецов и бортников странствуют по всему свету (добрались даже до Венесуэлы!). И давно стали фирменным полесским сувениром, столь же оригинальным, как русская матрешка или японские наборы для саке.

Мистер Эксклюзив — мозырский художник-керамист Михаил Васковский — о секретах терракотовых фигур, волшебстве с национальными корнями и будущем глиняного искусства.

Именно по его работам можно судить о современной полесской, да, впрочем, и всей белорусской керамике. Народный мастер Михаил Васковский пошел дальше своего наставника и сумел «запустить в производство» тысячи оригинальных глиняных фигурок. Но что, пожалуй, важнее всего — он осмыслил и запечатлел в художественной форме образ полешука. Неунывающего и самобытного... Теперь эти колоритные типажи бондарей и мельников, рыбаков и охотников, кузнецов и бортников странствуют по всему свету (добрались даже до Венесуэлы!). И давно стали фирменным полесским сувениром, столь же оригинальным, как русская матрешка или японские наборы для саке.

...В его руках глиняные статуэтки и впрямь оживают, начинают играть новыми красками. И у каждой из них своя, особая, запоминающаяся роль. Именно таким, уверена, и должно быть творение настоящего мастера: сделанное с душой, на одном дыхании. Тогда и глина зазвучит серебряным звоном колокольчика. А может, навеет запах парного молока из округлого «збаночка» или душистого цветочного меда? Думаете, волшебство? Магический приворот или потусторонние силы? Ничего подобного, уверяет мастер. И готов это доказать. Сегодня Михаил Васковский — гость рубрики «Субботние встречи».

— Михаил Васильевич, язык не повернется назвать ваши скульптуры глиняными безделушками. Неужели вы всерьез полагаете, что они живые?!

— Ни капельки не сомневаюсь! Как Бог из глины сотворил человека, жизнь которого очень хрупка и может оборваться в любую секунду, так и керамика. Смотришь — вроде неотесанный камень, но одно неловкое движение и... В этом и состоят ее прелесть, этакий шарм, притягательность. У каждой скульптуры — своя история, свой образ, смысл. И если это прочувствуешь, то уж точно не забудешь!

— А как подружились с глиной?

— Это чувство родом из детства. Дед частенько по выходным брал меня с собой на рынок, куда ходил продавать глиняные горшки и кувшины. Там много мастеров приторговывало: съезжались отовсюду... Вот тогда же впервые увидел образцы задымленной керамики. И... влюбился! Раз и на всю жизнь. Поэтому после армии подал документы в Бобруйское художественное училище и попал в первый набор художников-керамистов. Вот так познакомился с госпожой Глиной. И под ее «началом» работаю с 1974 года. Первые уроки мастерства получал на Оршанской фабрике, а через год перевелся на Мозырскую фабрику художественных изделий. Здесь, кстати, и прошли мои лучшие творческие годы: время ненасытного и бесконечного поиска. Как-никак, тридцать с лишним лет трудился!

— Ваш конек — именно терракотовая керамика? Что повлияло на выбор: творческий поиск или богатая «спадчына» здешних мастеров? Ведь полесский край испокон веков славился гончарных дел мастерами...

— И было за что! Чего только стоят творения Николая Пушкаря! Что и говорить, с наставником мне действительно повезло. Он был профи в области терракотовой керамики (терракота в переводе с греческого — «обожженная земля») и открыл ее для меня. Я учился у Николая Никитича буквально всему: как обжигать глину, втирать глазурь, искать образы. А однажды он сказал мне: «Михайло, знаю: мои традиции, идеи, которые «отдал» керамике, переживут меня еще на много лет. Ведь они достанутся неравнодушному наследнику. И этот человек — ты!»

Тогда я был очень горд, что учитель доверяет мне, возлагает надежды, но слепо копировать пушкаревский опыт у меня рука не поднялась. Тем более что он работал в авторском стиле, а мне нужно было тиражировать свои изделия на производстве, потому-то и подходы у нас были разные.

— И в чем же оригинальность вашего? Чем подкупают васковские фигурки?

— Прежде всего качеством и натуральностью. В этом и есть весь секрет — выработать свой стиль, свою нишу, если хотите, марку, по которой твои работы выделялись бы из тысяч других. Положим, если я занимаюсь гончарным делом и задымленной керамикой, то должен быть узнаваем по этой самой глиняной посуде и, к примеру, по свистулькам, которые, кстати, не требуют кропотливой работы. Такие только у Васковского можно купить. Тогда изделия ценятся по-другому. Не то что китайские или вьетнамские безделушки из пластмассы и пластилина, которые сегодня, к сожалению, продаются у нас на каждом углу. И своей дешевизной, «дутым» разнообразием затмевают настоящие шедевры в белорусском стиле. Хотя растиражировать и при этом не прозевать качество и самобытность каждой фигурки, скажу я вам, не так-то и легко!

— Что должно быть в творческих «закромах» современного художника-керамиста?

— Многие из нынешнего поколения мастеров более легкомысленно и даже корыстно относятся к своему ремеслу: жажда заработать быстрее и побольше отбрасывает на задний план творческий стержень, фантазию. Потому-то и получается: выбор — шикарный, а выбрать что-то стоящее не из чего. А вот если «покопаться» в старинных белорусских традициях, то уж точно впросак не попадешь.

Сегодня некоторые мастера изобретают что-то сверхъестественное, хотят удивить всех. А эффект обратный: все работы на один «капыл». Поставь без подписей, так и не отличишь, где приложилась рука россиянина, где — прибалта. Так вот завораживать нужно своим родным, самобытным, уникальным! Такая палочка-выручалочка не помешает художнику-керамисту для волшебства над своими ваяниями.

— А вы частенько пользуетесь ей?

— Я не волшебник, просто учусь (смеется. — Авт.)! А если серьезно, то в белорусских народных сказках и былинах «живут» герои и героини моих работ. Кстати, и первая, которая появилась в 1978 году, тоже оттуда родом. Хитроватый Нестерка — неугомонный шутник. С того времени в моем творческом «сундуке» поселилось более тысячи работ: кувшины, горшки, вазы, декоративные сосуды, пивные кружки, посуда для ухи, даже целые тематические серии. К Олимпийским играм, которые проходили в Москве в 1980 году, я создал коллекцию терракотовых спортсменов — футболистов, штангистов, лучников и многих других. А на выставке ВДНХ в 1978 году получил за разработки в области терракотовой пластики серебряную медаль, а тремя годами позже — бронзовую.

Многие изделия были представлены на выставках в Бельгии, Югославии, Финляндии, Индии, Италии, Польше, Ираке. В каждой из стран они оставляют частичку белорусского быта и культуры. Национальной души...

— Есть ли среди работ любимые?

— Все самое лучшее, что есть во мне, я стараюсь донести своими работами. Особенно это касается авторских. Главное — зафиксировать идею, а остальное каждый домыслит сам. Хотя, бывало, некоторые задумки противоречили современным устоям, но оттого становились еще интереснее и дороже. Так случилось и со скульптурой «А мне летать охота!». Она родилась во времена перестройки, когда зарплаты упали, а люди не знали, чего им ждать завтра... Мне же, напротив, захотелось взлететь, воспарить над житейскими проблемами. Наверное, оттого эта работа в числе моих фавориток...

— ...И в числе тех, которым «выпала честь» представлять нашу страну в Венесуэле в 2007 году?

— Она как бы «возглавляла» все остальные двадцать четыре из моей коллекции. В Венесуэле белорусские мастера, среди которых были и резчики по дереву, и керамисты, и гончары, и соломоплетенщики, в прямом смысле слова заворожили местных ценителей народного творчества. Успех был ошеломляющий! Почти целый день возле нас собирались очереди: люди хотели не только обзавестись сувенирами из далекой синеокой страны, но и ближе познакомиться с белорусской культурой, ее традициями. А Уго Чавесу я лично вручил оригинальную керамическую вазу от всех белорусских гончаров. Вот это была честь!

— Иностранцам пришлись по вкусу глиняные шедевры мозырского мастера. А насколько их ценят соотечественники?

— Керамическим изделиям сегодня просто-таки не хватает рекламы! В журналах, по телевизору, на билбордах в крупных и небольших райцентрах, агрогородках должна красоваться наша продукция! Ведь это обязательно будет работать на имидж Беларуси. Если раньше на «Славянском базаре», на заре его существования, у меня за первые полдня расходился весь товар, то сейчас и через неделю можно не продать. Народ уже не так охотно покупает.

— А земляки, мозыряне, знают ваши работы, так сказать, «в лицо»?

— Многие из них украшают наш город. Возле центрального универмага я соорудил корчагу в современном стиле. И еще одну отреставрировал. Старинную, ей две тысячи лет от роду: хранилась доселе в музее, что на Замковой горе. А теперь вот ее хотят на солнышко «вытащить погреться». Но для начала пришлось привести предмет в порядок. Да и к уличному убранству Мозыря руку приложил: декоративные фонарики, светильники, сказочные водолеи и цветочные башмаки — васковские!

— Раз есть спрос, значит, у белорусского глиняного искусства есть завтра. Но каким оно будет?

— В профессиональном выражении керамика была, есть и будет. Сейчас среди молодежи развелось много «охотников» за секретами гончарного круга и лепки. Но интерес этот в большинстве своем — поверхностный, ненастоящий и, как я уже говорил, зачастую откровенно корыстный. А тех, кто заставит звенеть глину, — единицы. Мастеров нужно поддерживать. И прежде всего рублем, ведь рабочий материал не так-то дешево стоит. Да и электроэнергии нужно много. Но это еще полдела... В Беларуси нет ни одного государственного предприятия, которое бы выпускало готовую глиномассу! Уверен, покупатели на нее тотчас бы нашлись!

Вообще, неплохо бы еще со школьного возраста приучать ребят к настоящему искусству и тем самым прививать любовь к белорусской культуре. Именно в ее лабиринтах я ищу, живу и творю. Кстати, хочу поэкспериментировать — попробовать сочетание лозы и керамики. Есть задумка изготавливать сувенирные лозовые сундучки, украшенные ажурными гербами областей. А внутри можно спрятать макет старинной церкви. Такой сувенир не стыдно подарить, скажем, иностранной делегации на память о белорусском крае. Чтобы во всех уголках мира узнали нашу Беларусь — синеокую красавицу!

Беседовала Надежда ЯНЧЕНКО, «БН»

НА СНИМКЕ: Михаил ВАСКОВСКИЙ и его глиняные шедевры.

Фото автора

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?