Завещание полководца

КТО не знает Михаила Васильевича ФРУНЗЕ — советского государственного, партийного и военного деятеля, талантливого полководца и военного теоретика, одного из виднейших руководителей Красной Армии? Он входит в то небольшое число военачальников всех времен и народов, которые не проиграли ни одного сражения. Его удар во фланг наступавшему колчаковскому фронту был таким искусным, что дал современникам право сказать: «Одна эта операция была бы способна обессмертить ее руководителя».

Почти сто лет спустя идеи Михаила Фрунзе о территориальной обороне продолжают оставаться актуальными.

КТО не знает Михаила Васильевича ФРУНЗЕ — советского государственного, партийного и военного деятеля, талантливого полководца и военного теоретика, одного из виднейших руководителей Красной Армии? Он входит в то небольшое число военачальников всех времен и народов, которые не проиграли ни одного сражения. Его удар во фланг наступавшему колчаковскому фронту был таким искусным, что дал современникам право сказать: «Одна эта операция была бы способна обессмертить ее руководителя».

Кто вы, товарищ Арсений?

В книге известного военного историка Дмитрия Волкогонова «Триумф и трагедия. Политический портрет И. В. Сталина» есть такие строки: «Не очень броским внешне, но чрезвычайно обаятельным был М. В. Фрунзе. Сталин, прошедший через тюрьмы и ссылки, с особым уважением относился к Арсению, так иногда и после революции называли Фрунзе старые товарищи. Все знали, что в 1907 году Михаил Васильевич был дважды приговорен к смертной казни, провел долгие недели в камере смертников, затем несколько лет на каторге. Мало кто тогда в деталях знал, сколь большую работу провел Фрунзе для достижения победы на Восточном, Туркестанском, Южном фронтах. Сталин, сам обладавший недюжинной решительностью, поражался спокойной манере руководства этого пролетарского полководца, способного на высшее проявление политической и военной воли. За короткое время пребывания на посту наркомвоенмора Фрунзе очаровал всех глубиной своего интеллекта, новизной подходов к вопросам военной доктрины, реформы Вооруженных Сил, оперативного искусства в современной войне».

Многие страницы жизни и деятельности этого человека в 1916—1917 годах связаны с Белоруссией. Именно Фрунзе под фамилией Михайлов устроился вольнонаемным артиллерийской части в местечке Ивенец, а затем статистом комитета Всероссийского земского союза на Западном фронте. После Февральской революции 1917 года он стал одним из создателей Минского Совета, членом его исполкома, создателем и начальником народной милиции Минска, членом Минского комитета РСДРП(б), большевистской фракции Фронтового комитета Западного фронта, председателем исполкома Совета крестьянских депутатов Минской и Виленской губерний, руководителем делегации от Белоруссии на 1-м Всероссийском съезде крестьянских депутатов, одним из редакторов газеты «Звязда», а во время борьбы с корниловщиной — начальником штаба революционных войск Минского района.

В Лунинце Михаил Фрунзе встретил свою любовь и в апреле 1917 года женился на Софье Алексеевне Поповой.

14 марта 1924 года Фрунзе был назначен заместителем председателя Реввоенсовета СССР и наркома по военным и морским делам, а в апреле 1924 года вдобавок стал начальником Штаба РККА и начальником Военной академии. 26 января 1925 года Михаил Васильевич занимает пост председателя Реввоенсовета и наркома по военным и морским делам, а в феврале становится членом Совета Труда и Обороны.

Территориально-милиционная система, введенная декретом ЦИК и СНК СССР от 8 августа 1923 года, представляла собой такую организацию Вооруженных Сил, при которой население получало военную подготовку по месту жительства без длительного отрыва от производства.

Именно под руководством Михаила Васильевича в СССР была разработана и проведена военная реформа 1924—1925 годов, явившаяся важным этапом в строительстве Советских Вооруженных Сил.

Важнейшим элементом реформы явилось окончательное укрепление смешанной системы строительства Красной Армии (кадровая армия и территориально-милиционные формирования). Переход к смешанной системе, начатый уже в 1923 году, был продиктован сокращением численности Вооруженных Сил СССР до крайнего предела (562 тыс. человек), обусловленным экономическими (острый недостаток средств) и политическими причинами. При этом армия не могла содержать необходимого числа воинских соединений и обеспечить казарменное обучение военному делу всего годного призывного контингента. Создание территориально-милиционных частей было вынужденной мерой, которая, несмотря на серьезные недостатки (речь идет о слабой военной подготовке), являлась единственным возможным выходом из создавшегося положения и обеспечивала в основном военную подготовку военнообязанных при сравнительно небольших затратах.

Срок нахождения в переменном составе вначале составлял 4, а затем 5 лет. Обучение проводилось летом методом учебных сборов, общая продолжительность которых не превышала 5, в последующем — 8 месяцев. При новой системе военному делу обучалось в три раза больше призывников, содержалось необходимое количество соединений для развертывания на случай войны, сохранялись командные кадры, являвшиеся ядром территориальных частей.

Военная реформа

Пути и методы осуществления военной реформы в войсках Западного военного округа, в который входила и территория БССР, были обсуждены на IV окружной конференции, открывшейся 30 июня 1924 года. С докладом «Перспективы и задачи военного строительства» выступил заместитель председателя Реввоенсовета СССР, член ЦК РКП(б) М. Фрунзе. Говоря о создании территориальных формирований, докладчик указал, что это единственно возможный выход в условиях серьезных экономических трудностей, переживаемых страной.

Практическое осуществление реформы началось в войсках уже весной 1924 года. В это время командующим войсками Западного военного округа в связи с уходом М. Тухачевского в штаб РККА назначили опытного военачальника А. Корка.

Военная реформа вводила территориальный принцип комплектования и подготовки соединений и частей Красной Армии. В ЗапВО новый принцип формирования распространялся на 33-ю и 29-ю стрелковые дивизии, три полка 27-й Омской стрелковой дивизии и два полка 37-й стрелковой дивизии.

В этих соединениях и частях весь старший, административно-хозяйственный, медицинский и ветеринарный состав, 15—20 процентов среднего и младшего командного и политического состава, а также красноармейцев были кадровыми. До полного штата (с надбавкой в 10 процентов) территориальные части комплектовались из населения районов, в которых они дислоцировались. В течение пяти лет этот состав призывался на сборы. Первый раз — на три месяца, а потом — на месяц в году.

В связи с тем, что большинство районов дислокации кадровых дивизий и комплектования территориальных частей ЗапВО находилось в Белоруссии, в октябре 1926 года приказом Реввоенсовета СССР Западный военный округ был переименован в Белорусский военный округ.

Переход к территориальной системе военного строительства вызвал реорганизацию органов военного управления. На основании постановления ЦИК от 9 января 1925 года губернские военкоматы были реорганизованы в территориальные управления — губернские (там, где не было штабов дивизий и корпусов), дивизионные и корпусные (в губерниях, где имелись штабы дивизий и корпусов). Территориальные управления выполняли функции военных отделов губисполкомов, находясь в то же время в подчинении военного командования.

Переход к смешанной кадрово-территориальной системе комплектования армии подтверждал правильность военной политики партии в новых условиях.

Многие идеи и мысли Михаила Фрунзе сохранили свою актуальность, получили дальнейшее развитие в процессе строительства Вооруженных Сил Беларуси.

Особый интерес вызывает его работа «Итоги и перспективы военного строительства (в связи с реорганизацией 1924 г.)». Данная статья представляет обработанную Фрунзе стенограмму его доклада на совещании начпуокров, начпуфлотов, военкомдивов и начподивов 17 ноября 1924 года в Москве. Статья была помещена в сборнике статей М. В. Фрунзе «На новых путях», изданных «Военным вестником» в 1925 году.

В этой работе Михаила Васильевича есть раздел «Военизация гражданских органов». В нем он отмечал: «Попутно с этим вопросом следует коснуться той основной линии, которая намечается в деле нашего военного строительства на дальнейшее время. Нами намечен целый ряд организационных мероприятий, направленных в сторону установления более крепкой связи частей армии с нашим тылом, с нашим гражданским аппаратом...

Эта линия строительства усвоена сейчас всеми крупными буржуазными странами. Везде и всюду бюджетные соображения в первую очередь толкают государства к тому, чтобы изыскивать дешевые пути подготовки командного состава во вневойсковом порядке. Это дело широко поставлено, между прочим, в Соединенных Штатах и Франции. В Японии проект военизации средней и высшей школ является предметом большой политической дискуссии. Эти факты говорят за то, что в общем и целом эта линия строительства при тех кадрах, которыми располагают государства, является абсолютно неизбежной и необходимой. В Красной Армии по сравнению с армиями наших возможных противников мы имеем определенные преимущества…

Ближайшая задача работников различных областей нашего военного дела — выяснить, с какими именно гражданскими органами, наиболее близкими им по роду деятельности, в каких формах и в каком виде желательно установление такой связи. Только систематическое и планомерное заблаговременное проведение в жизнь этого курса на «военизацию» гражданских органов обеспечит Советскому Союзу, даже при нашей незначительной по численности кадровой армии, полную обороноспособность».

Оценки маршалов

Одним из важнейших результатов военной реформы стало создание твердой регламентированной системы комплектования Вооруженных Сил страны.

Уже при жизни Михаила Васильевича его идеи начали претворяться в жизнь.

Законодательство 1924—1925 годов по вопросам комплектования и прохождения службы было обобщено с учетом практического опыта в разработанном РВС СССР «Законе об обязательной военной службе», который по инициативе М. Фрунзе был утвержден ЦИК и СНК СССР 18 сентября 1925 года. Исходя из классовой природы Красной Армии как армии рабочих и крестьян, закон установил всеобщую обязательную военную службу трудящихся мужского пола с 19 до 40 лет, включая допризывную подготовку (2 года), действительную военную службу (5 лет) и нахождение в запасе. Действительная служба в кадровых частях складывалась из непрерывной службы в армии от 2 до 4 лет и пребывания в долгосрочном отпуске сроком до 5 лет. В переменном составе территориальных частей действительная военная служба состояла из учебных сборов общей продолжительностью 8—12 месяцев за 5 лет. Переход к нормальной, регламентированной системе комплектования армии и прохождения службы сыграл решающую роль в ликвидации текучести, которая являлась главным недостатком вплоть до 1924 года.

Смешанная система строительства Вооруженных Сил просуществовала в СССР до середины 30-х годов двадцатого столетия.

Многих читателей интересуют вопросы: как проходила военная реформа 1924—1925 годов по оценке советских военачальников? Как воплощались в жизнь идеи Михаила Фрунзе?

Предоставим слово трем Маршалам Советского Союза — Г. Жукову, А. Василевскому и К. Мерецкову.

В конце апреля 1923 года будущий четырежды Герой Советского Союза Георгий Жуков был назначен командиром 39-го Бузулукского кавалерийского полка 7-й Самарской дивизии, которая размещалась тогда в районе Гомеля. А осенью 1923 года местом постоянного расквартирования дивизии стал город Минск. Здесь и застала его военная реформа 1924—1925 годов.

Через много лет Георгий Константинович вспоминал: «Одним из наиболее важных мероприятий реформы явилось введение территориального принципа комплектования Красной Армии в сочетании с кадровым.

Территориальный принцип распространялся на стрелковые и кавалерийские дивизии. Сущность его состояла в том, чтобы дать необходимую военную подготовку максимальному количеству трудящихся с минимальным их отвлечением от производительного труда. В дивизиях примерно 16—20 процентов штатов составляли кадровые командиры, политработники и красноармейцы, а остальной состав был временным, ежегодно призывавшимся (в течение пяти лет) на сборы сначала на три месяца, а потом по одному месяцу. Остальное время бойцы работали в промышленности и сельском хозяйстве.

Такая система обусловила возможность быстрого развертывания в случае необходимости достаточно подготовленного боевого состава вокруг кадрового ядра дивизий. Причем расходы на обучение одного бойца в территориальной части за пять лет были гораздо меньшими, чем в кадровой части за два года. Конечно, лучше было бы иметь только кадровую армию, но в тех условиях это было практически невозможно».

В 1924—1928 годах А. Василевский служил командиром 142-го стрелкового полка. В мемуарах Александра Михайловича «Дело всей жизни» есть такие строки: «В 1923 году было принято решение о переводе ряда дивизий на территориально-милиционную систему. До этого в РККА имелась лишь одна милиционная бригада в Петроградском военном округе… Первые сборы переменного состава РККА состоялись осенью 1923 года.

Местом комплектования нашей 48-й стрелковой дивизии была определена в 1924 году Тверская губерния. Каждый стрелковый полк получил свой территориальный район, из ресурсов которого к полку приписывали военнообязанных переменного состава из пяти наиболее молодых возрастов. Спецчасти, а также отдельные подразделения укомплектовывались из всего дивизионного района путем персонального отбора и приписки военнообязанных через уездные военкоматы. Для руководства работой уездвоенкоматов при дивизии создали территориальное управление. Каждый батальон в полку и рота в батальоне, в свою очередь, имели собственные районы комплектования. Командный и политический состав этих подразделений нес ответственность за мобилизационную готовность и военную подготовку приписанных к ним военнослужащих.

Приписной состав территориальных частей проходил военную подготовку на учебных сборах. В год призыва военнообязанные усваивали курс допризывного обучения по военной, политической и физической подготовке. Учеба шла в местных районах в специальных пунктах, оборудованных заботами командования полка, батальонов, рот. А также местных партийных, советских и общественных организаций. К началу обучения (как правило, в зимний период) командный состав подразделений прибывал в районы. Туда же из полка направлялось все необходимое боевое и учебное оружие, приборы и пособия. Будущие призывники считались военнослужащими, размещались казарменно в общежитиях, подчинялись всем требованиям воинских уставов…

Хотя в целом по качеству боевой подготовки территориальные части, особенно специалисты, уступали кадровым частям. Но, как свидетельствовали итоги ежегодных инспекторских смотров, войсковых учений и маневров, боеспособность этих частей по тому времени могла считаться все же вполне удовлетворительной».

Во время военной реформы будущий маршал Кирилл Мерецков служил начальником мобилизационного отдела Московского военного округа. Через много лет он напишет: «1923 год практически вошел в историю РККА как год начавшейся военной реформы, хотя формально начало ее датируется февралем 1924 года. Реформа эта была вызвана двумя обстоятельствами — теоретическим и практическим…

Еще в 1923 году план военной реформы был принят в общем виде, а в дальнейшем этот план частично видоизменялся и совершенствовался…

В основном реформу осуществили в 1924—1925 годах, хотя отдельные преобразования затянулись до 1928 года. Я принимал участие в реформе. Как все командиры и комиссары РККА, выполняя на своем посту общие предначертания. Когда я находился на непосредственных командных должностях, это выражалось в обучении и воспитании нового пополнения по двум линиям: регулярной и милиционно-территориальной. Когда я вел штабную работу, это выражалось в методах комплектования, размещения, материального обеспечения и организации военно-учебного процесса конкретных частей и соединений.

1925 год вошел в историю Московского военного округа, да и всей РККА, как год частых и разнообразных организационных мероприятий. Упомяну здесь о наиболее важных. Во-первых, на разных командирских уровнях занимались изучением территориальной системы. Во-вторых, проводились опытные мобилизации, частично охватывавшие крупные зоны внутри округа, с тем, чтобы затронуть весь округ, проверив действенность плана на случай войны. При этом местную мобилизацию осуществляли уездные военкоматы, а территориальными частями ведали губернские военкоматы, ставшие территориальными управлениями. В-третьих, проводили большие маневры регулярных частей с привлечением территориальных. В-четвертых, под непосредственным руководством М. В. Фрунзе прошел ряд деловых совещаний об изменении штатной структуры штабных служб. В-пятых, штаб округа организовывал многочисленные инспекторские поездки…

Реформа осуществлялась успешно. Опыт перестройки РККА и законодательство о прохождении службы были обобщены в Законе об обязательной воинской службе, принятом в сентябре 1925 года…»

Хорошо забытое старое

Об актуальности и развитии идей М. Фрунзе, воплощенных в военной реформе 1924—1925 годов, свидетельствует трактовка термина «территориальной обороны» во втором томе «Военного энциклопедического словаря», изданного в Российской Федерации в 2001 году. Нельзя не согласиться, что «территориальная оборона — это составная часть военных и общегосударственных мероприятий, проводимых в целях защиты объектов и коммуникаций на территории РФ от действий противника, его террористических и диверсионных фактов, а также для установления и поддержания военного положения. К основным задачам территориальной обороны относятся: надежная охрана и оборона важных народнохозяйственных объектов и коммуникаций; борьба с диверсионно-разведывательными и террористическими силами противника; установление и поддержание режима военного положения на всей территории военного округа или в его отдельных районах».

Не потеряли актуальности идеи Михаила Фрунзе и в наши дни. Белоруссия, одной из первых приступившая к реализации советской военной реформы в 1924—1925 годы, почти столетие спустя снова вернулась к «хорошо забытому старому» теоретическому наследию военачальника и практическим результатам той реформы.

Сегодня на практике успешно реализованы многие наработки талантливого полководца, касающиеся вопросов укрепления обороноспособности суверенного государства. Свидетельство тому — масштабные учения по территориальной обороне, недавно прошедшие на белорусской земле.

Эммануил ИОФФЕ, военный историк, доктор исторических наук

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?
Новости
Все новости