Рай для дауншифтеров, партизанская зона и непростые судьбы местных жителей – чем еще известна деревенька под Березино

Засвятица в истории

В глубинке немало по-особому трогательных мест, где темп жизни замедляется, интернет не ловится, а заботы и суета города отходят на второй план. Любуешься красками осени и поневоле понижаешь передачу на рычаге скорости жизни. В каждой деревне, расположенной вдали от шумных трасс, есть свое очарование. Взять хотя бы Засвятицу, что в 13 километрах от райцентра Березино. Чистая природа и размеренность жизни — основные плюсы, за которыми едут сюда современные дачники.

Здесь расположилась «медовая фабрика».

За «святам» и за светом 

75-летнюю Нину Бурко, уроженку Засвятицы, с этой местностью связывают еще и сильные эмоции: в живописном уголке, который местные называют хутором, прошло ее послевоенное детство и взрослая жизнь. Пенсионерка поделилась наиболее яркими воспоминаниями о малой родине. Вместе с ней и Любовью Забаронок, председателем Капланецкого сельсовета, мы прогулялись по засвятицким тропам. 

Любовь ЗАБАРОНОК, председатель Капланецкого сельского исполнительного комитета
— Не исключаю, что от тишины у городского жителя уши заболят с непривычки, — шутливо прогнозирует на подъезде к указателю деревни Любовь Забаронок. — Если мы никого по дороге не встретим, не удивляйтесь. Глуховатые места… Автолавка приезжает сюда только по заказу жителей. И неудивительно: всего пять человек официально прописаны в малом населенном пункте. Просто рай на земле для любителей уединения. 

Видим одну улицу и десяток домов, а в советские времена, по словам Нины Бурко, здесь было под 90 хат. Цивилизация начинается лишь через пару километров от Засвятицы — в деревне Капланцы на реке Клева вся инфраструктура: школа, магазин, новый ФАП. Приезжает по расписанию и почта на колесах.

— Места здесь очень красивые, тихие. Деревенька всегда была немноголюдной. Одна улица под названием Мирная проходит через Засвятицу. Есть и узкоколейка, по которой раз в день возят торф на торфобрикетный завод под Березино. Речушки поблизости, увы, нет. С ней было бы больше желающих обзавестись летней фазендой, — Любовь Владимировна показывает центр деревни.

Есть домики ветхие, но имеются и вполне современные. Один дворик дачников привлекает внимание необычным стилем: яркой пальмой из пластиковых бутылок и забавными рукотворными конструкциями для детей. Кажется, что кто-то сейчас выбежит на площадку, но в рабочий день хутор мирно спит:

— По выходным народ сюда приезжает, а вот на том месте когда-то собиралась молодежь. В 1960–1970-е годы летом вся деревня гудела: на каникулы к бабушкам приезжали внуки, а сейчас они сами уже пенсионеры. Кто-то в городах, кто-то переехал в поселки покрупнее. А наш домик в Засвятице повалила буря. Рядом с ним были посажены вишни и липы, которые тоже выкорчевала природная стихия, и мы перебрались с мужем Владимиром в соседние Капланцы. У нас один сын и две взрослые внучки.

Жители Засвятицы активно сотрудничали с подпольщиками во время войны. Здесь была сплошная партизанская зона. Отсюда родом Кондрат Баранов, командир партизанского отряда № 120 Могилевской области, и Семен Яроцкий, командир 3-й Березинской партизанской бригады.



Нина Бурко говорит, что потеряла отца, связиста-подпольщика, когда была еще в люльке:

— Иду по Засвятице, задумаюсь о прошлом, и сердце щемит… В семье я была младшей. Босоногое детство… В конце мая 1944-го мой отец погиб, мама осталась одна с сыновьями (старшему Васе было всего десять лет) и со мной, двухмесячной.

Воля к жизни 

Трудно себе представить, что пережила овдовевшая Александра Ивановна Бурко с пятью детьми на руках без родственников и мужа…

Жительница деревни Нина БУРКО и ее книга «Гісторыя ў лёсах».

— Желание мамы жить и сохранить жизнь детям — пример ее стальной силы воли. Трудилась с утра до ночи, держала немаленькое хозяйство. Она отрабатывала трудодни в колхозе, ткала и обшивала нас и жителей других деревень. Несмотря на тяжелые будни, жизнь впроголодь, никогда не замыкалась в себе, была приветливой с соседями, вырастила нас открытыми и не обозленными. Росла я слабой, тяжело переболела рахитом и менингитом. Стойкая мама делала все, чтобы я выжила. Помню ее компрессы из распаренного в печи муравейника. В послевоенные годы овдовевшим женщинам предлагали отдавать детей на гособеспечение в дома-интернаты, но она категорически отказалась, и я счастлива, что осталась с ней. Мамочка прожила долгую трудную жизнь. Ушла, когда ей было 79 лет.


Братья Нины Матвеевны после семилетки подались в города на учебу в профтехучилищах и на подработки. Позже все получили высшее образование, стали уважаемыми людьми. И сама Нина Бурко была отличницей, отучилась в Высшей партийной школе, стала педагогом, работала в сельской школе, потом в сельсовете. 

Летопись хутора

Наша собеседница показывает изданную книгу воспоминаний, в которой много страниц посвящено Засвятице и драматичным эпизодам из жизни хутора военной поры. До слез трогает история ее соседей — Ивана Федоровича и Ольги Тарасовны. 

Иван овдовел в конце войны. Накануне Пасхи его супруга, мама шестерых детей, напекла пирогов и отварила мяса, покрасила яйца, но появились пришлые бандиты с автоматами и потребовали отдать им все припасы. Они пустили в замешкавшуюся женщину автоматную очередь, следом убили ее свекровь, выгребли из дома всю провизию. Так красная суббота стала для двух крестьянок кроваво-красной. Детки вмиг осиротели. 

Через некоторое время в деревню пришла Ольга Тарасовна, молодая вдова с тремя детьми, которая была узницей в Германии. Она приняла шестерых малолетних ребятишек как своих. О ее материнской отваге Нина Бурко отзывается с восхищением:

— Помню, как Ольга самоходом пригнала из Западной Беларуси в Засвятицу кобылу, единственная на селе занималась пчеловодством, держала много гусей и другой живности. Была настолько смелой, что могла одна ночью с палкой сквозь волчьи стаи прийти из соседней деревни на родной хутор. Иван Федорович стал заведующим местным магазином после войны, и многодетная семья жила хорошо.


В годы войны в ближайших Капланцах стоял немецкий гарнизон, но маленькая деревня-хутор не пострадала, в отличие от соседней Утешино, которую в июне 1942-го фашисты уничтожили вместе с частью населения. 

На месте бывшей деревни в 1989 году установили памятник. Едем на него посмотреть. По дороге интересуюсь у собеседниц:

— Утешино, Засвятица, Капланцы — благозвучные названия. А есть ли легенды про них? 

В ответ мне предлагают заглянуть в ГУО «Капланецкий учебно-педагогический комплекс детский сад — средняя школа», чтобы полистать книги памяти.


История в раритетах

Возвращаемся в Березино через Капланцы. Наталья Бальчунас, учительница истории в местной школе, призналась, что в документах каких-то захватывающих топонимических историй о местности, известной своим партизанским движением, не обнаружено. Однако, по ее словам, хутор всегда назывался Засвятицей, был светлым «засвятым» уголком.

Краеведческий кружок ведет учитель истории Наталья БАЛЬЧУНАС

— Этот пятачок белорусской земли взрастил немало интересных личностей. В конце ХІХ столетия здесь родился Николай Равенский — фольклорист, композитор, автор религиозной музыки. Кстати, в нашей школе хранится несколько его личных вещиц, которые в 1980-е годы привезла дочь композитора, даже песню его исполняла «Люблю мой край, старонку гэту», — учительница показывает нам и учащимся шестого класса очки, футляр, письма и фото одаренного хуторянина. — Сморишь на эти раритеты и понимаешь, что наглядно изучать историю родного края гораздо увлекательнее…

Памятник жертвам Великой Отечественной войны

shimuk@sb.by
Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Фото: Владимир ШЛАПАК