Заготовитель ушел в тень. Кому от этого прибыльно?

Может, именно по этому поводу великий пролетарский поэт Владимир Маяковский воскликнул: «Бедняк в одиночку былинки слабей, объединяйся в кооперацию и капиталистов бей!» Капиталистов кооператоры не били, а вот частников теснили по всему фронту. Особенно тех, кто разъезжал по деревням и взвинчивал цены на привезенные товары. В противовес им появились так называемые коробейники. В отличие от молодцев, воспетых Некрасовым, новая поросль разъездных кооператоров не соблазняла девушек на рынках и праздничных кирмашах. Они запрягали лошадь в телегу, на которой были не только «ситец и парча», но и разные изделия, бытовые товары, нужные деревенским жителям, и отправлялись в дорогу. В 1928 году по Беларуси колесило 144 коробейника. С ними в послевоенное время встречался и я. Нас, малышей, интересовали крючки для рыбалки, глиняные свистки, переводные картинки. Чем рассчитывались? Конечно, не деньгами. А отходами металла, изношенной одеждой. Выносили с подворья даже то, что нужно было для хозяйства, получая потом тумаки от родителей. Сейчас о тех коробейниках мало кто помнит. Они давно пересели на автомобили. Но потребительская кооперация по-прежнему занимается всеми видами заготовок. А полна ли их коробушка?

Дата эта нигде не отмечается. О ней практически никто не знает, даже те, к кому она имеет отношение. Но ровно 90 лет назад потребительской кооперации страны было разрешено заниматься всеми видами заготовок. Ограничений больше не существовало.

Может, именно по этому поводу великий пролетарский поэт Владимир Маяковский воскликнул: «Бедняк в одиночку былинки слабей, объединяйся в кооперацию и капиталистов бей!» Капиталистов кооператоры не били, а вот частников теснили по всему фронту. Особенно тех, кто разъезжал по деревням и взвинчивал цены на привезенные товары. В противовес им появились так называемые коробейники. В отличие от молодцев, воспетых Некрасовым, новая поросль разъездных кооператоров не соблазняла девушек на рынках и праздничных кирмашах. Они запрягали лошадь в телегу, на которой были не только «ситец и парча», но и разные изделия, бытовые товары, нужные деревенским жителям, и отправлялись в дорогу. В 1928 году по Беларуси колесило 144 коробейника. С ними в послевоенное время встречался и я. Нас, малышей, интересовали крючки для рыбалки, глиняные свистки, переводные картинки. Чем рассчитывались? Конечно, не деньгами. А отходами металла, изношенной одеждой. Выносили с подворья даже то, что нужно было для хозяйства, получая потом тумаки от родителей. Сейчас о тех коробейниках мало кто помнит. Они давно пересели на автомобили. Но потребительская кооперация по-прежнему занимается всеми видами заготовок. А полна ли их коробушка?

Черная ягода в лес заманит

Если посмотреть рапорты заготовителей, если послушать их, то да — «полным полна коробушка». Особенно красноречивы цифры. По словам руководителя управления заготовок Белкоопсоюза Оксаны Скиндер, нынче у населения закуплено сельскохозяйственной и дикорастущей продукции и сырья почти на 472 миллиарда рублей. По смородине, вишне, малине, грибам, рябине, огурцам, капусте — везде значительный рост по сравнению с прошлым годом. Заготовители заработали почти 9 миллионов долларов на чернике и 90 тысяч «зеленых» на грибах.

Растут и доходы сельчан, которые занимаются сбором ягод и грибов, помогая заготовителям и получая приличные надбавки к своим зарплатам и пенсиям. Они достигают нескольких миллионов рублей, если в лес отправляется вся семья. Об этом говорил мне исполняющий обязанности заместителя председателя правления Минского облпотребсоюза Павел Винцентович.

— Мы закончили сбор дикорастущих ягод, в частности, черники. Заготовлено ее 870 тонн. Это больше, чем в прошлом году. Часть уже пошла на экспорт, в Литву и Польшу. Цена на ягоду высокая. Я работаю пять лет, и она такая впервые в моей практике: три—пять евро за килограмм. А что касается закупочной цены, то она тоже выросла. В прошлом году была 8—12 тысяч, в этом году увеличилась в два раза.

— В области около двух тысяч стационарных торговых точек, — говорит Павел Винцентович. — Им раздается на сезон тара. Устанавливаются расценки на оплату труда. И каждый житель села может приносить и сдавать дикорастущую продукцию. К этому сезону набрано 340 разъездных нештатных заготовителей. Из них около ста человек имели личное авто. Мы с ними заключили договора, дополнительно оплачивали все расходы на горюче-смазочные материалы. И соответственно шла оплата за килограмм собранной ягоды. Зарплата у них была на порядок выше, чем у заготовителей райпо. Но у нас становился шире охват ресурсной территории.

Спору нет, успехи белорусских кооператоров-заготовителей впечатляют. Это прекрасно, что заготовлено столько черники, других ягод, что получена большая прибыль. Но надо думать и про завтрашний день, вырабатывая стратегию многовекторности в работе, не забывая и о других видах деятельности, которые разрешены с 1921 года.

И против лома есть приемы

А вот с другими видами деятельности не все на должной высоте. Тот же Павел Винцентович не очень охотно говорит о них, но не скрывает своей озабоченности. Узнаю, что за килограмм сданного тряпья, макулатуры сельчанин получит от 100 до 150 рублей, а за стеклобой и того меньше: всего 80 рублей. Конечно, за такие деньги никто не понесет, тем более не повезет битое стекло в далекие стационарные пункты.

Приведем другой пример. В этом году почти в три раза выросли цены на лом черных металлов. И начался настоящий бум. Если макулатура стоит 150 рублей, то килограмм металла — 1300. Тяжелее килограмм по деньгам…

Но даже поднятие цен не решит проблему заготовки другой продукции: яблок и мяса. С дарами садов все ясно — неурожай, в следующем году, даст бог, ситуация может измениться. А вот со второй — горизонт в тучах. На подворьях сельчан сегодня мало живности. За шесть лет число буренок уменьшилось почти в два раза, поросят тоже большинство держит только для себя. Было их больше миллиона, сейчас примерно 850 тысяч. Так что значительных излишков у населения нет. И если сдаются они, то уж тем, кто предложит приличную сумму денег и сразу выложит ее на стол.

— Да, объемы заготовок мяса падают, — сетует Павел Винцентович. — Сокращается и количество заготовленного кожевенного сырья. Была надежда на картошку, но, боюсь, она не оправдается. Да и с той, которая поступит, будут проблемы. Постоянные дожди сделали свое недоброе дело. Картошки мы должны заложить 4 тысячи тонн. Это больше прошлогоднего объема на 15 процентов. Но сохраним ли ее — вот вопрос?

— В области 22 потребительских общества, и в каждом из них имеется свое овощехранилище, — продолжает Павел Винцентович. — Ежегодно вкладываются деньги, чтобы их модернизировать, но это не те суммы, которые требуются. В нынешнем году мы модернизировали шесть овощехранилищ, обеспеченных активной вентиляцией и охлаждением. Теперь можем хранить в надлежащих условиях 2000 тонн продукции. Но мы закладываем на зиму 8 тысяч тонн овощей и фруктов. Значит, шесть тысяч тонн пролежат только до марта, а потом возможны потери.

Аналогичная ситуация и по стране. Во время встречи Оксаны Скиндер с журналистами раздали пресс-релиз. А в нем черным по белому написано: «емкости единовременного хранения по стране 56,5 тысячи тонн. Из них только 22,2 тысячи тонн обеспечены активной вентиляцией и охлаждением». Следовательно, заготавливаем, заготавливаем и хорошо заготавливаем, а по весне подсчитываем, что испортилось и сгнило.

«Заготовители? Нет, еще не приезжали»

Посмотрим на работу отрасли с другой стороны. Слышны призывы: отделяйте стекло, бумагу, картон, пластик и металлические отходы от остального мусора и сдавайте в приемные пункты вторичного сырья. Поступая так, вы заработаете и деньги, а также поможете окружающей среде. Переработка отходов сберегает до 90 процентов энергии и ресурсов, которые понадобились бы для производства нового изделия. Убедительная цифра!

Появилось желание помочь родному садоводческому товариществу и у меня. На дачной мусорке столько добра скапливается: старые холодильники, телевизоры, стиральные машины. У председателя голова болит, как погрузить это на прицеп трактора, как отвезти на полигон? А тут узнаю от знакомого: в их товариществе уже практикуется раздельный сбор и сортировка мусора. С заготовителями заключен договор. Все забирается, за все деньги платятся. Почему бы и нам, подумалось, не практиковать доброе дело?

Решил найти ближайший приемный пункт вторичного сырья в нашей местности. А конкретно — в Молодечненском районе. По справке узнал адрес райпо. В приемной потребительского общества долго размышляли: какой телефон мне дать? Дали в конце концов телефон заготконторы, который упорно молчал. Как выяснилось через несколько дней, ошибочка вышла.

Тогда решил сам пройтись по ближайшим деревням, кто-кто, а местные люди все знают. Сошел на станции Пролески, здесь большой населенный пункт, несколько магазинов, был в свое время даже базар, где можно было все купить. В первом доме от вокзала во дворе встречаю хозяина Валентина Ивановича. В разговоре выясняю интересную деталь: да, приезжали к нему в прошлом году заготовители на машине. Но не из Молодечно, а из Украины. Был большой урожай яблок, до местных кооператоров не дозвонился, поэтому обратился в соседнюю страну, к знакомым. Мог бы и еще машину яблок продать, да покупатели почему-то не приехали. А своих заготовителей в глаза не видел. Не видели их и все те, с кем я потом беседовал: местные жители, муж и жена из поселка Олехновичи, которые продавали около станции яблоки, продавцы двух магазинов: частного и дорорсовского.

Не получив нужных сведений, отправился в деревню Вязынка, на родину Янки Купалы. Но и там меня ждало разочарование. Первой я встретил Татьяну Серафимович. Она только что вернулась из Ждановичей. Ездила туда за салом. В местном магазине его давно нет. А по поводу заготовителей — не встречала их. То же самое сказала мне Елена Афельдер:

— Не дружат они с нами, не дружат с нами и кооператоры. В магазине бедный ассортимент. Хорошо, что в деревню иногда заскакивает автолавка. Там дороже, но все есть.

Жаловался на ассортимент и местный житель Александр Янковский. Три недели нет в магазине спичек. А заготовители? Не появляются. Металлолома, стеклобоя хватает, на мусорках тонны «добра». Можно сдавать, но нет объявлений, нет никакой информации. Обида на заготовителей и у Евгения Бизюка: «Может, они где-то и бывают, но только не у нас. В прошлом году у меня столько яблок уродило, никто не приехал».

Нашел номер сотового телефона начальника отдела заготовок Молодечненского райпо Тамары Сенько. Из разговора с Тамарой Александровной понял, что напрасно затеял поиск. На весь район только один приемный пункт. В Молодечно, конечно. А почему нет информации, почему местное население в неведении об этом? Руководительница удивилась: мы всегда вывешиваем объявления в магазинах. Но, видимо, продавцы недорабатывают. А потом настала очередь мне удивляться: на весь район, оказывается, только один заготовитель с машиной. Не потому ли сельчане его так редко видят и даже не знают, что есть такая служба. Правда, во время заготовок черники, грибов и яблок заказываются еще автомобили. Но это сезонная работа.

Тамара Сенько также сказала, что не выполняются объемные показатели по некоторым видам заготовок. По яблокам, например. В прошлом году приняли от населения 3300 тонн витаминной продукции, в нынешнем всего 740.

А вот у фермера-садовода Вадима Януша из поселка Чисть нынче отменный урожай, но сдавать яблоки местным кооператорам он не желает.

 — Целый год выбивал свои же деньги, — говорит садовод. — Больше с ними связываться не желаю.

И вспомнился мне послевоенный кооператор-заготовитель, который объезжал на лошади все деревни, останавливаясь возле каждого дома, и кричал: беру каравки, железо, тряпье! Сегодня коробейники пересели на авто. Но их машины так и не домчались до каждой деревенской хаты. Не случайно фермер Виктор из деревни Городок того же Молодечненского района, который нашел дорогу на наши дачи и продает молочные продукты, на мой вопрос о заготовителях сказал крылатую фразу:

— Нет, они еще не приехали!

Такая ситуация и в ряде других районов страны.

Дело бы делать, а не подступаться к нему…

О стоимости металлолома мы уже говорили. Только не рассчитывайте, что его везде можно сдать без проблем. Так, недавно от ворот поворот получил житель Лепеля Николай Шалак. В местной заготовительной организации, как выясняется, нет никакого порядка с приемом и хранением металлолома. База райпо не оборудована в соответствии с требованиями, нет собственного транспорта для вывоза заготовленного от населения лома.

Или вот такой факт. Позвонил житель одной из деревень Житковичского района. У него в апреле уже вырастают огурцы в теплице. Своих заготовителей не видел, приезжают перекупщики из Минска. Но больше всего стараются люди кавказской национальности. Их фуры выстраиваются рядами в Ольшанах. Этот населенный пункт в 18 километрах от села, где живет наш абонент. Продукцию берут без ограничений, говорит он, и увозят в Россию, а почему не проявят инициативу наши заготовители?

Можно проявить инициативу еще в одном деле. Наша газета уже писала о виноградной улитке, рассказывала, какая она полезная, как дорого стоит на западном рынке. В Литве, например, большие деньги зарабатывают на ней. Есть и в Гродно частная фирма, которая собирает солнечного моллюска, но в небольших объемах. Естественно, в редакции раздались звонки, люди интересовались, как стать заготовителем, куда сдавать? Ничего определенного мы им не ответили. Позже спросили об этом у начальника управления заготовок Белкоопсоюза Оксаны Скиндер. Оксана Ивановна честно призналась: подступались к этому делу, да не получилось. Почему? Не стала распространяться.

«Заинтересуйте материально хозяев подворий»

«Где еще непочатый край работы у заготовителей, сулящий прибыль?» — спросили мы у известного кооператора Александра Мацулевича, отмеченного правительственными наградами, проработавшего в отрасли многие годы на высоких должностях. Он и сегодня живет заботами заготовщиков, зная о них все, радуется их успехам и переживает за неудачи. Александр Викторович отметил следующее:

— Велосипед не надо изобретать. Давно говорят о садах сельчан, что они старые, что их обновлять надо. А что конкретно сделано в этом направлении? Да ничего. Проедьте по деревням, посмотрите. Закладываются сады по сто гектаров и более, но это в хозяйствах. Пусть растут они. Однако надо, чтобы и под окнами деревенского дома цвели высокосортные яблони, груши и вишни. Это только на пользу делу, — считает Александр Викторович. — В свое время, как только отменили сталинский налог на сады, такая работа была проведена! Яблоки тоннами грузились в вагоны и мчались они во все уголки Союза. Тогда сумели это сделать, а что сегодня мешает? Тем более что есть государственная программа по развитию садоводства.

Или такой вопрос. Вот пошел я на рынок, долго искал кроличье мясо. Нашел, но посмотрел на ценник и прошагал мимо. А ведь раньше этого мяса было полно. И не в столь далекие годы, лет 15—20 назад. Оно полезное, диетическое, поставлялось в санатории и детские учреждения. Мы закупали у населения более 2 миллионов кроликов. Они разводились практически в каждом дворе. И больших забот людям не приносили. Надо было только поддерживать этот процесс. Но его загубили. Или помогли загубить?

А найдете вы сейчас в магазинах хорошее свиное сало?.. Сельчане, когда били кабанов, сало аккуратно снимали, продавали его, оставляя мясо себе. По сто тонн и более закупали его заготовители Мяделя, Клецка, Несвижа, гродненские коллеги. За этим салом приезжали из Москвы и других городов Союза. Прибыль приличная была.

— Александр Викторович, вам могут возразить: но тогда какие подворья были, сколько людей жило в деревнях, были целые стада коров, а сколько разводилось живности, сколько садов цвело!

— Все правильно. Но то, о чем я говорил, не приносили к нам на блюдечке с голубой каемочкой. Мы ездили по деревням, встречались с людьми, конкретно договаривались о той продукции, которую сельчане будут выращивать, об излишках и что получат они за свой труд. Можно и сегодня попытаться возродить определенные виды деятельности, которые были прибыльны в прошлом. Далеко не на всех подворьях свели живность, наоборот, сейчас обязательно найдутся люди, которые захотят тесно сотрудничать с заготовителями и зарабатывать на этом деньги. Опыт с черникой доказал это. Материально заинтересуйте, поддержите. И население откликнется. Простор для заготовок широк. В послевоенные времена ростовские кооператоры даже вылавливали в водоемах лягушек и поставляли их в страны Запада, получая оттуда добротные товары и валюту. Почему бы и виноградной улиткой не заняться? Любой вид заготовок хорош, если он на пользу делу.

Гуси спасли не только Рим…

Полностью согласен с Александром Викторовичем: материально заинтересуйте, поддержите, и народ откликнется. На своем опыте убедился, что это так. В не столь далекие времена лично собирал макулатуру и нес ее в приемный заготовительный пункт. Нашел туда дорогу не только я, но и многие минчане. Очереди выстраивались на сдачу. А чем завлекли нас кооператоры? Редкими книгами. Тогда в свободной продаже их мало было. Вот и несли мы газеты и тетради, использованную оберточную бумагу и картон. Зато я гордился и горжусь своей библиотекой.

А у моего друга появилась другая мечта. Он хотел купить хорошую машину. И для этого использовал отцовский сад. Товарищ постоянно ездил из Минска под Дятлово, нас приглашал в дорогу, ухаживал за каждой яблонькой. И всегда получал хорошие урожаи. Яблоки сдавал в потребительскую кооперацию. За вырученные деньги не одну машину купил.

А мои земляки другую возможность использовали, чтобы деньги заработать. Возле деревни есть большое озеро. Так они стали разводить стада гусей, много уток. Гуси были, так сказать, на вольном поселении, с весны до поздней осени жили на берегах водоема. Только с первыми заморозками возвращались в родной хлев. Вся эта живность сдавалась потом заготовителям. И хорошие дома в деревне — свидетельство тому.

Думаю, что и сегодня можно заинтересовать сельчан и даже горожан рядом дефицитных товаров и просто деньгами. Народ откликнется. Мне уже один знакомый говорил: раньше бомжи, встречая меня у пригородного дома, просили пару рублей, а сегодня говорят: нет ли у вас ненужного металлолома?

То есть простор для заготовительной деятельности широк. Надо только дерзать. Меня долгое время удивляло, почему кооператоры не берут у сельчан яблоки, которые не годятся для длительного хранения. Ведь эти яблоки ни разу не обрабатывались ядохимикатами, в отличие от польских, которые опрыскиваются до 15 раз. Они экологически чисты, сок из них высоко ценится на Западе. Его обязательно надо производить. И производить в больших количествах. Хорошо, что сейчас по этой проблематике ведутся переговоры с одной из крупных западных фирм. Пока не сошлись в цене, однако не надо падать духом, завтра будет лучше, чем вчера, найдется более надежный покупатель.

Кстати, заглянув в Белкоопсоюз и побеседовав со специалистами, я сделал открытие для себя. Думаю, и сельчане намотают на ус. Оказывается, заготовители должны принимать и опад, то есть упавшие на землю яблоки. А сколько нам говорили и писали о том, что они годны только для корма буренок и домашнего вина. Кто? Те же заготовители.

Видимо, будут и другие отрадные подвижки. Руководители отрасли надеются, что скоро вырастут заготовительные цены и на макулатуру, и на пэт-бутылки, и на тряпье, и на стеклобой. Ведь не так давно гомельчане на этом стеклобое валюту имели, приобретя хороший пресс, сортируя и отправляя отходы на Запад. Здесь большой науки не требуется, нужны предприимчивость и организаторские способности. Неспроста начальник управления заготовок Белкоопсоюза Оксана Скиндер подчеркивает: именно этого не всегда хватает нашим людям, не хватает знаний и находчивости.

Конкуренция лучше монополии

А такие качества сегодня очень необходимы. У работников отрасли появились конкуренты, которые наступают на пятки. Например, заготовители коммунальной службы Солигорска открыли даже свое предприятие по раздельному сбору отходов. Его директор Михаил Тарасевич подчеркивает:

— Сегодня в районе установлено 1709 контейнеров. Есть они даже в отдаленной деревушке Ананчицы. Туда приезжают наши машины и забирают «груз». До недавнего времени эта деятельность нас финансово не радовала. Но вот уже три месяца, как мы получаем прибыль. Надо уметь договариваться с предприятиями.

И с людьми надо уметь договариваться. Неплохо иметь в каждой деревне и даже в садоводческих товариществах, которых много по стране, своих нештатных заготовителей, свой актив. Хорошо, что во время сезона заготовок создаются временные приемные пункты. А после сезона что? Пусть этими пунктами станут сельские магазины. Они и обязаны вести заготовительную деятельность. Но не все продавцы озабочены этой проблемой.

Надо избавляться и от порочной замкнутости. Почему отсутствует информация о работе заготовителей? Не записки в сельском магазине нужны, написанные мелким почерком, а агрессивная реклама. И в газетах, и на радио, и на телевидении. Тот же Александр Мацулевич вспоминает: сколько раз брали с собой в командировки журналистов, сколько раз проводили с ними праздники. И делали это не для самовосхваления. С помощью корреспондентов мы решали проблемы, поднимали острые вопросы. А главное, нас знали, нам помогали, и мы не оставались в долгу.

На знамени белорусских кооператоров сегодня начертано: жить заботами сельчан. Пусть этот девиз воплощается в дела. А у заготовителей пусть всегда будет полна коробушка с ситцем и парчой, и со всем остальным, что приносит деньги.

Евгений КАЗЮКИН, «БН»

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?
Новости
Все новости