«За пять дней меня таранили дважды!»

ДНЕВНИК аса вражеских военно-воздушных сил (Люфтваффе) Вольферта — лучшее доказательство того, что хотя Советский Союз и не был готов к Великой Отечественной, но летчики Красной Армии заставили держаться стервятников Геринга в напряжении с первых же моментов войны. Страницы личной тетрадки немца — красноречивый, в чем-то циничный (четко показывающий типичные умонастроения фашистских захватчиков) документ событий тех дней. Они писались «для себя», и враг доверял бумаге сокровенные мысли. То, о чем нельзя было сказать даже в тесном дружеском кругу — гестапо, тайная полиция Рейха, имело указание ловить каждого, кто публично засомневается в превосходстве арийца над недочеловеком-славянином.

Летчик-истребитель фашистской Германии Ральф Вольферт не ожидал встретить в июне 1941-го отчаянное сопротивление.

ДНЕВНИК аса вражеских военно-воздушных сил (Люфтваффе) Вольферта — лучшее доказательство того, что хотя Советский Союз и не был готов к Великой Отечественной, но летчики Красной Армии заставили держаться стервятников Геринга в напряжении с первых же моментов войны. Страницы личной тетрадки немца — красноречивый, в чем-то циничный (четко показывающий типичные умонастроения фашистских захватчиков) документ событий тех дней. Они писались «для себя», и враг доверял бумаге сокровенные мысли. То, о чем нельзя было сказать даже в тесном дружеском кругу — гестапо, тайная полиция Рейха, имело указание ловить каждого, кто публично засомневается в превосходстве арийца над недочеловеком-славянином.

19 июня 1941 года, аэродром Гештойне (Гжыш), территория Генерал-губернаторства (Польша):

…«Стало окончательно известно — со дня на день начнется масштабная заваруха. Все-таки Зеггерс из четвертого штаффеля (эскадрильи. — Авт.) был прав, и я проспорил ему кучу денег. Бензовозы снуют по взлетной целыми вереницами: наверное, мы уже забрали половину запасов Плоешти (месторождение нефти в Румынии, из которого фашистская Германия черпала сырье для производства топлива)».

20 июня 1941 года, Гештойне:

…«Поспорил с Куртом и Ральфи в походном кабаре. Те были в Испании, сражались с республиканцами в небе над Гвадалахарой. Они говорят, что русские — неплохие бойцы, хотя их И-16 давно устарел. Тем лучше — небо будет наше».

22 июня 1941 года, Гештойне:

…«Вылетели тремя штаффелями на сопровождение «юргенов» (средневысотный бомбардировщик «Юнкерс-88». — Авт.). Под нами — стена огня, причем стрельба идет не только с нашей стороны. Видимо, большевики огрызаются. Ничего, танкисты покажут, что тут не Монголия и не Китай (имеются в виду театры боевых действий 1936—1939 годов, где советские войска разбили японцев. — Авт.), а Европа, где им не место! Наши «Юнкерсы» отбомбились по красным как нельзя лучше — аэродром в куски, не взлетел ни один их самолет. Что, боев в воздухе не будет? В ходе дня сделали еще три вылета — такого не помню ни по Польше, ни по Франции! Тяги руля слушаются плохо — надо будет сказать механикам. Вечером в штабе полка меня ждет плохая новость: Вилли Боймер не вернулся. Горючее кончилось, или заблудился — и сел на какой-нибудь поляне? Вдали грохочет — наши дают русским прикурить».

24 июня 1941 года, Гештойне:

…«Потрясающая новость — самолет Вилли нашли на только что отбитой у русских территории! Его тело пробило пулями вне кабины разломанного «мессершмитта»: пилот вылетел оттуда после удара о землю! Неужели их ВВС еще дышат?»

Четыре часа спустя:

…«На наш аэродром налетели огромные бомбардировщики, видимо, ТБ-3. Несколько самолетов разбито — ведь мы даже не спрятали их в капониры (полевые укрытия. — Авт.). Убиты Ганс Шмидт и его техник, а также адъютант полковника. У них есть самолеты! Поразительно! Видимо, в Берлине у «борова» (на сленге летчиков — командующего Люфтваффе рейхсмаршала Германа Геринга, именуемого так из-за большой массы тела) что-то не сошлось по бумагам!»

25 июня, Гештойне:

…«Вылетели на свободную охоту в район Лида — Гусово. Сверху, со стороны солнца, навалилась тройка И-16. Штайнер-младший сбит сразу же! Становимся в «карусель» (круговой оборонительный порядок. — Авт.), вызываем подмогу. Хаген и Тилльштоф пытаются зайти русским в хвост, но у них ничего не выходит. Через пять минут приходит на подмогу весь третий штаффель, и русские уходят на малой высоте на восток. Топливо у нашей тройки почти кончилось. Идем домой. Веселье подпорчено — охота не получилась».

…«Нас ждут плохие новости: первый штаффель потерял двух воздушных бойцов — сбиты зенитками в районе какого-то поселка с непроизносимым русским названием. Вот тебе и прогулка на Восток! Мой техник Вальтер Шарновски прикидывает, что таких потерь не было ни в Норвегии, ни во Франции. Шестеро за несколько дней!»

26 июня, Гештойне — Березовка:

…«При перебазировании на новый аэродром нас атакуют советские истребители ЛаГГ. Один из них чуть не задевает мой кок крылом, потом — винтом. Сумасшествие или отчаяние?»

27 июня, Березовка:

…«Нет времени. Четыре вылета за сутки! Русские дерутся у Минска, Барановичей, ими переполнены леса. В воздухе чуть снова не столкнулся с И-16. Все прояснилось: большевики пытаются таранить. Лейтенант Зондернштерн менее удачлив: машина со звездами проломила ему центроплан, и они, загоревшись, упали в лес. За пять дней меня таранили дважды!»

ВМЕСТО ПОСЛЕСЛОВИЯ

Ральф Вольферт будет сбит в 1943-м под Рославлем, потеряет ногу. Летная карьера для него закончится. Всего за июнь 1941 года Лювтваффе лишатся более 30 пилотов. Мало кто понимал тогда, что это — грозный призрак будущих огромных потерь...

Денис ТРОФИМЫЧЕВ, «БН»

НА СНИМКЕ: отвоевались...

Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?

Новости
Все новости