За камерой, как за стеной

80-летний оператор ОНТ – про опасность, мистику и секреты его прекрасной формы

Ивана Скоринова на ОНТ знают все, ведь он там старожил. Но спроси у кого, сколько этому человеку лет, мнения разойдутся. Кто-то даже и не догадывается, а кто-то просто не хочет верить, но легендарному оператору на днях исполнилось восемьдесят: выглядит максимум на шестьдесят. Интересный, умный собеседник, стильный, импозантный мужчина. Таким место как раз перед телекамерой, но всю жизнь он прячется за ней. Мы исправили эту ошибку судьбы и решили ближе познакомиться с ним перед объективом нашего фотокорреспондента.

Когда-то кадры, снятые Иваном СКОРИНОВЫМ, смотрел весь Советский союз
Фото Артура ПРУПАСА

— Иван Адамович, глядя на вас, кажется, что вы должны были стать артистом или телеведущим, а не телеоператором…

— Еще в старших классах школы увлекся фотографированием. У меня была немецкая трофейная леечка. А когда в армию ушел, там занялся этим плотнее: когда кому-то надо было сделать какие-то документы, то привлекали меня. Я служил в военно-морском флоте на Севере и собирался связать свою жизнь с этим делом, даже документы в военное училище подавал. Но в итоге я вернулся домой в Минск. И как-то мой сосед, тоже, кстати, моряк, и говорит: «Нам на телевидении люди нужны, приходи!» Потом поступил во ВГИК на кинооператора, но проучился там только два года. Меня пригласили работать в корреспондентский пункт, и я согласился. Снимал материал для программы «Время». Очень интересные годы. Мне грех на судьбу жаловаться.

— Не жалеете, что бросили ВГИК? Могли бы стать известным кинооператором.


— Скорее, я бы стал кинорежиссером. У меня был интерес к этому. Времени на учебу не хватало, поэтому и бросил институт. В жизни что ни делается, все к лучшему. Потом я много лет проработал в «Телефильме». На кинопленку снимал все музыкальные коллективы: «Песняроў», «Сяброў», «Хорошак» и т.д. Много у меня и документальных фильмов. К тому же я снял 33 серии фильма «Проклятый уютный дом» с Володей Орловым. 

— На ОНТ пришли, когда вам было 64 года. Многие в такие годы заслуженно сидят в кресле-качалке, а вы и по сей день в строю.

— Меня позвали заниматься подготовкой ребят, ведь тогда профессионалов сюда перешло мало, в основном техники, которые, по сути, раньше были просто помощниками операторов. К слову, меня звали преподавать и на операторские курсы в Академию искусств, однако мне не хотелось из практика превращаться в теоретика. Но я уже года три как перешел на студийную работу. Признаюсь, надоело бегать c камерой по полям. Хотя раньше мне это нравилось. Это ведь общение с людьми. В годы, когда работал на программе «Время», был близко знаком со всей партийной верхушкой. Машеров мне очень нравился. Как только он ехал по полям, я тоже с ним. Когда он погиб, меня сразу отправили снимать на место происшествия. Я на все это смотрел со слезами. 

— Уверена, в вашей жизни было много интересных случаев. Расскажите самые яркие.

— Как-то для «Интервидения» нам с режиссером поручили снять на широкую пленку зарисовку, в которой были бы именно белорусские мотивы. Мы для себя решили, что там обязательно должны быть аисты. Едем по кольцевой и видим на окраине кладбища ель, а на ней огромное гнездо. Подъезжаем ближе, и действительно: подлетает аист и кормит птенцов, те подпрыгивают – мы о такой удаче даже не мечтали. Ставим камеру, начинаем снимать. Вдруг из калитки выходит старушка с палочкой на плече, а на ней авоська. Мы переждали, пропустили ее, чтобы она к нам в кадр не попала. Сняли — такая красота получилась! Приехали в телецентр, проявляем пленку. Смотрим: до той старушки есть материал, а после нее — нет. Мистика какая-то. 

Или такой был случай. Надо было в цирке снять эпизод, как дрессируют медведей. Поехали. Зверь что-то в тот день был не в духе, капризничал. Мы в амфитеатре пристроились и снимаем оттуда. Вдруг он срывается и прет на галерку, там дверь была открыта, и он чувствовал, что оттуда идет воздух. А мы как раз стояли в той стороне. Поняли, что это опасно, сами выскочили в ту дверь и держим ее. Но наш художник-постановщик остался на арене. Слышим стук и понимаем, что надо открыть, чтобы спасти человека. Отпускаем, а на нас медведь. Чуть ноги унесли.

— Иван Адамович, признайтесь, в чем секрет вашей прекрасной формы. Здоровый образ жизни, правильное питание?

— Утром выпиваю кружку горячей воды, две ложки меда — и на прогулку с собакой. Мы с ней проходим, а где-то и пробегаем, километра три. Потом уже что-то готовлю: люблю кукурузную и пшенную каши. Готовлю вкусный плов с бараниной, но делаю его по выходным, когда дочка с семьей приезжает. Люблю кофе, пью по три-четыре чашки в день. Поэтому мое питание вряд ли можно назвать здоровым.

Помните песню Марка Бернеса «Я люблю тебя, жизнь»? Так вот это про меня: я очень люблю жизнь. Люблю все красивое. Наслаждаюсь молодыми людьми, которые находятся рядом. Мне повезло на людей. В моей жизни было много хороших руководителей, которые с уважением относились к профессионалам. Наверное, поэтому я до сих пор в строю.

stepuro@rambler.ru


Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...
Новости