Язык мой – враг мой

Когда демократ говорит от души, видно, что он на самом деле не такой

Зачастую желание наших «демократов» обязательно высказаться, и максимально публично, обнажает то,  о чем они на самом деле думают. Каким образом этот процесс  у них происходит и даже что они хотели бы сделать —  не на словах, а реально.

Александр Федута жалуется на власти: «Там, где похоронена моя тетя и крестный, наведен порядок, как его понимает власть. Главная аллея благоустроена, а сойти в сторону — проблематично. Проходы заросли настолько густо, что кустарник держит за руки, не пуская пройти к могиле». Слушайте, у меня дед похоронен на Чижовском. И я сам — и многие другие сами! — каждый год рву траву вокруг могилы руками, потому что — да, не развернуться с косой. И согнув спину, точно так же чищу тропинку. А у Федуты — аж кустарник там уже встал, «задыхаясь от искренней благодарности» к ленивцу. Но виновата, безусловно, власть.

Светлане Алексиевич она просто режет глаз: «Достаточно посмотреть на лица, когда ­Лукашенко идет со своей свитой. Видно: идет эпоха, которая ушла». Алексанна (как говорят у нас в деревнях)! По секрету скажу, что от физиономий многих, окружающих вас, не исходит сияние просветления. Но это-то ладно, ваши эстетические предпочтения интересуют, пожалуй, только тех, кто безотрывно смотрит вам в рот. Вместо того, чтобы заглянуть глубже, делать выводы об эпохе вообще и о сроках ее завершения конкретно по фотографиям — это, знаете ли, такой новый способ думать. Нобелевско-демократический, полагаю.

Павла Северинца осудили на «сутки» не только за мелкое хулиганство, но и за неподчинение требованию должностного лица. Вот когда наши «демократы» осознают простую вещь: милиционер сказал не надо — значит не надо. Не согласен — иди в суд, пиши жалобы, опротестовывай, доказывай. Вы ж христианские демократы! Что означает: прости, во-первых, и используй только демократические процедуры, во-вторых. Не хотят осознавать, для них демократия — это когда все дозволено только им, демократам.

Нина Богинская в суде отказалась встать, заявив судье: «Вы для меня никто». Логика такая: я не признаю этот суд и Конституцию не нарушаю. Согласен, для многих и такая логика сойдет, но «независимые-то журналисты» должны бы заметить: либо ты признаешь и Конституцию, и суд, либо ни того, ни другого. Ведь статус суда прописан именно в Конституции. Так и не она ж одна ведь трактует Основной Закон как хочет! Правовой способ разрешить такой спор — это именно суд. Но свое мнение «демократам» дороже всего.

Иногда просто диву даешься. Геннадию Федыничу по приговору суда нельзя пить. А он решил в субботу-таки тяпнуть коньячку. То ли назло, то ли уже нету сил терпеть. Когда уличили, сказал: а что такого, у меня было давление. Шесть десятков лет человеку, а как нашкодивший школьник. Поэтому хочется задать всем нашим «демократам» скопом простой школьный вопрос: если ваше мнение (как вы упорно считаете) — единственно верное, почему вы десятилетиями (!) не можете друг с другом договориться? Ни о чем практически не можете. Ну, каким будет ваш правильный ответ?

Юрий Зиссер пишет на своей странице: «Владельцы не хотели происшедшего, понимая, что хорошо, если ресторан после этого не разгромят. Лучше… бросаться под машины силовиков, а не посетителей». Только я вижу здесь искусно скрытый призыв «на баррикады»?  

На человека, который в комментариях изумленно спросил: «Юрий, это вы к чему, собственно, призываете?», тут же набросилась сидящая в интернете свита: «Четко ведь написано: не разгромят, читайте внимательно».

Так мы и читаем вас внимательно, ваши письма издалека, ваши жалобы, ваши стоны и всхлипы. С неловко спрятанными призывами. Пахнущие желчью. При том что ваша же икона считает: «Демократия — это искусство договариваться друг с другом». Почему же вы говорите одно, но делаете совершенно другое?

Всю дорогу-то, а?


Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
2.9
Загрузка...
Новости и статьи