Язык до Благовещенска доведет

Как уроженец Барановичей Сергей Филонов стал одним из лучших китаистов мира

Советский мальчик из Барановичей: книжный и романтичный, с самого раннего детства интересовался Китаем. Тот интерес стал судьбой, сегодня Сергей Филонов — один из лучших китаистов мира. Древние китайские книги читает как родную белорусскую мову.

Китайский кипяток

Сергей Филонов родился в белорусских Барановичах.

— Наш город уникальный, до Полесья рукой подать, и колорит западной Беларуси чувствуется. Такой интересный культурный и человеческий коктейль, — улыбаясь, поясняет Сергей Владимирович.

Блистательный знаток китайского языка Сергей Филонов признается, что скучает по родной мове
фото СЕРГЕя ЛАЗОВСКого

Его мама была школьной учительницей, отец — авиационным инженером, впереди него — две сестренки и брат. Трехквартирный дом на земле, вода из колодца, самый неисчерпаемый источник детских удивительных открытий — книги. Больше всего Сергея образовывало радио: передачу «Театр у микрофона» он слушал часами. Не дыша.

Мальчик с детства интересовался неведомым и безмерно таинственным Китаем. На дворе жизни завершали свой бег шестидесятые годы минувшего века. Кровили события на острове Даманский, и отношения с Китаем были хуже некуда.

Старшая сестра–студентка привезла ему в подарок книгу о Древнем Китае, она стала настольной. Однажды Сергей решился и написал полное восторга и надежд письмо в книжное издательство блистательному востоковеду Игорю Лисевичу. Автору знаменитой книги «Литературная мысль Китая на рубеже древности и средних веков». В ответ в Барановичи прилетело теплое письмо поддержки от ученого.

Жизнь глубоко дышала в советской атмосфере. В 1983 году Сергей поступил учиться на восточный факультет Ленинградского университета. Учился запросто. Сложнейший язык древних китайских книг давался легко.

Отношения между СССР и КНР неожиданно потеплели в период горбачевской перестройки. И в 1986 году Сергей Филонов в группе первых советских студентов поехал в Пекин на языковую практику.

— Мы попали в другой, волшебный мир. Помню, что китайские студенты тогда жили очень скромно, чашка кипятка была настоящим угощением, — вспоминает ученый.

Мудрость Поднебесной

После окончания университета молодой китаист своим новым местом жительства выбрал дальневосточный Благовещенск.

Он убежден, что Благовещенск уникален своей географией для изучения языка, культуры и литературы Поднебесной.

— Семьсот метров до Китая, в самом городе всегда есть носители языка. Общайся, вникай, впитывай, — говорит Сергей Владимирович.

Его первые годы дальневосточной жизни — это работа в одной внешнеэкономической фирме. Китай стал вторым домом, пересечение границы было едва ли не ежедневным, заграничные паспорта приходилось менять несколько раз в году.

Но глубина его научной природы перетянула. Сергей Филонов перешел на преподавательскую деятельность в Амурский университет. Защитил кандидатскую, а затем докторскую диссертации. Стал профессором кафедры китаистики.

Себя профессор считает лояльным по отношению к студентам, справедливо замечая: «Отдать лучшую часть жизни изучению одного из самых трудных языков на Земле — это самое настоящее мужество».

Живет с супругой и дочерью в скромной квартире. Машина, дача — это не для него. Самое большое богатство — десятки редчайших словарей. Которые помогают добираться до потаенных тайн китайского языка, а с его помощью — открывать древнюю мудрость великой цивилизации.

На протяжении всех десятилетий амурской жизни каждый отпуск он покупает билет до Минска:

— У меня жена из Горного Алтая, половину отпуска проводим там, а вторую половину — в Беларуси. Только там я полностью отдыхаю душой.

Удивительно, но белорус Филонов на Дальнем Востоке обходится без драников.

— Настоящие драники получаются только из белорусской картошки. А картошка — это вкус земли, — убежден профессор.

Блистательный знаток китайского языка, и не просто языка, а покоритель древних и очень сложных текстов времен даосизма, он безмерно скучает по родной мове.

— Я как приеду в Беларусь, мне там дышится по–другому. Даже еще когда еду в поезде и пересекаю незримую границу между Россией и Беларусью, я уже чувствую родной воздух,– говорит Сергей Владимирович.

В приезды на родину он обожает слушать белорусское радио, говорит, что от него веет необыкновенным спокойствием и мудростью.

— Там по–прежнему идет программа «Театр у микрофона», и я ее слушаю не отрываясь. Как в детстве, — улыбается профессор.

В Беларуси здравствует отец, живет вся его большая родня. Он уверен, что белорусский язык создан для разговоров о мире.

— Его певучесть и мелодика созданы только для того, чтобы говорить о хорошем, лучше всего — за большим столом, — улыбается Сергей Владимирович.

На языке мирной жизни

Филонов недавно выиграл редкий грант Тайваньского университета и на несколько месяцев отправится в Тайбэй изучать представления о загробном мире даосизма.

Поднебесная для него — зона комфорта, он прекрасно знает язык, быт, традиции, менталитет китайцев. Несколько десятков лет учится у них мудрости, терпению и не похожей ни на что китайской глубине философии жизни.

— Но настоящий покой и полную гармонию моя душа находит только в родной Беларуси. Там все лечит, лес — и тот целебный. Подушка листьев под ногами по–особому шуршит, умиротворенно, — прихлебывая остывший чай, замечает Сергей Владимирович.

Ученый, посвятивший свою жизнь изучению языка и литературы одной из самых загадочных стран мира, сделал очень редкое сравнение:

— Белорусская мова чем–то похожа на шуршание листвы в Полесье. Ровно, тихо, умиротворенно, иногда чуть треснет веточка — и дальше шумит и баюкает, — говорит Сергей Филонов.

А после предстоящей тайваньской командировки у него будет очередной отпуск. Ровно половину которого он проведет на той земле, где ему спели первую калыханку детства, в том городе, куда много лет назад сестра привезла книгу о мудром Китае.

Александр Ярошенко

Yaroshenko68@mail.ru

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?