Я – Дубровский

Интервью с актером Виктором Васильевым

Недавно в Минске завершились съемки сериала «Мухтар. Новый след», в котором роль начальника следственного отдела полковника Дубровского исполнил наш блистательный актер Виктор Васильев. На его счету не только десятки киноработ и театральных ролей, среди них «Спасти или уничтожить», «Деточки», «Семейный детектив», но и работа режиссером — «На безымянной высоте», «Последний бронепоезд», «Майор Ветров». Профессиональным мастерством Васильева в свое время восхищались Иннокентий Смоктуновский и Евгений Леонов. А сегодня Виктор Игоревич играет на сцене молодежного театра. Его можно увидеть в культовой постановке «Козий остров», например, и в спектаклях «Бесприданница», «Двоеженец» и «Семейный уикенд». Васильев также читает курс лекций о работе режиссера с актером в Белорусской государственной академии искусств. Является членом комиссий и экспертного совета по кинематографии Министерства культуры. А еще этот добрый, скромный, неравнодушный ко всему человек уже десятый год возглавляет Белорусский союз кинематографистов.

Фото Владимира Шлапака.

— Стать актером — мечта с детства?

— Да нет, что вы! В детстве, не скрою, я участвовал в самодеятельности. Но мечтал стать врачом. Мне очень хотелось лечить людей, их души. Однако вышло иначе. Сразу после школы пошел работать на Свердловскую студию телевидения — сначала осветителем, потом механиком съемочной техники, потом ассистентом режиссера. Но даже тогда не задумывался о том, чтобы быть актером. На студии выполнял не только свои обязанности, но и помогал режиссеру, костюмерам, гримерам. Мне было интересно все! Меня заметила редактор одной из программ — очень талантливая и красивая женщина (к сожалению, не помню ее фамилии). И однажды по дороге на съемки, когда мы проезжали мимо Свердловского института театра и кино, она вдруг попросила остановить машину, повернулась ко мне и сказала: «Иди и поступай в институт!» Очень благодарен ей, потому что она определила мою судьбу. Нужно признаться, что я в то время был довольно безалаберный. Представьте: поступал в театральный институт и даже не подумал подготовиться. А в комиссии были мэтры — Владимир Кадочников, Александр Попов, Анатолий Быков. Кстати, на вступительных экзаменах произошла забавная история. Меня спрашивают: «Кто ваш любимый художник?» Я отвечаю: «Васильев!» Они на фамилию мою смотрят: «А кем вы ему приходитесь?» Я отвечаю, мол, никем, просто однофамилец. «Хорошо, а кто из актеров вам нравится?» И я снова: «Васильев». «А кто интересен вам в балете?» Я опять: «Васильев». Ну и, естественно, на вопрос, какой писатель мне нравится, дал тот же исчерпывающий ответ. Проницательный Кадочников, которому я, видимо, чем–то понравился, понял мой хитрый замысел и лукаво спросил: «А вы, значит, Виктор Васильев, собираетесь продолжить этот список знаменитостей? Ну что ж, в таком случае спойте нам!» На что я ответил, что не только спою, но и станцую. Члены комиссии расхохотались. Видимо, им понравилась моя непосредственность. Так я и стал студентом.

— Вы родом из Свердловска, а как попали в Беларусь?

— По окончании института меня брали в один из московских театров, но мой педагог посоветовал поработать в Уральском театре драмы — в ту пору там был очень крепкий коллектив. Честно говоря, идти в этот театр мне не очень–то хотелось. Но именно там я начал впитывать нюансы профессии, научился уважительно относиться к партнеру по сцене, выживать в этом суровом мире, отстаивать себя, свое имя и свою личность. Если говорить откровенно (а это не только мое мнение, думаю, под ним подпишутся многие), в театре нет друзей, там только коллеги. И каждый из них считает себя талантливым. В Уральском театре я отработал три года. При постановке спектакля «Пугачев» режиссер Театра на Таганке Борис Глаголин заметил меня и посоветовал перебираться в какой–нибудь из столичных коллективов. Во время отпуска я приехал в Минск и пришел показываться в театр имени Горького, но там меня увидел Витас Григолюнас и пригласил в Альтернативный театр (первый негосударственный театр в Минске, просуществовал около 10 лет. — Прим. авт.). Я согласился. Так и остался.

— Вы играли на сценах Альтернативного театра, Театра–студии киноактера, молодежного театра, много снимались в кино. А любимые роли у вас есть?

— У меня каждая роль — любимая. Если у кого–то есть нелюбимые или незапоминающиеся роли, значит, схалтурил, не выложился на сто процентов, не разделил свою душу и сердце со зрителем. Да, мне случалось играть негодяев, но даже их надо показать таким образом, чтобы зритель увидел в них людей. В каждую роль, даже очень маленькую, должна быть вложена душа.

— А что нового вы привнесли в образ полковника Дубровского в сериале про Мухтара?

— Я очень благодарен телеканалу НТВ и руководителю кинокомпании Green Studia Сергею Зыгмантовичу, которые поверили в меня и утвердили на эту роль. Да, я не первый исполнитель роли Дубровского. И потому должен был создать своего полковника. А чтобы сотворить нечто новое, нужно пожить жизнью уже созданного образа и только потом, почувствовав персонаж изнутри, добавить то, что ощущаешь сам.

— Существует расхожее выражение: «Искусство требует жертв». А вам приходилось жертвовать чем–то важным ради профессии?

— Конечно! И прежде всего своим временем, здоровьем, семьей. У меня был спектакль «Трехгрошовая опера», где я играл сразу две роли, по ходу действия нужно было бегать, прыгать, танцевать. И вот однажды, буквально за несколько часов до начала, я сломал пальцы на обеих руках. Боль адская. Но что сделаешь? И вот с такими опухшими, сломанными пальцами и поехал в театр. Никому ничего не сказал и отыграл спектакль. Был и еще случай: позвонили мне как–то из Театра–студии киноактера, попросили срочно заменить заболевшего артиста. Ситуация безвыходная: театр едет на гастроли в Гродно, все билеты на спектакль проданы, а второго состава нет. Поехал и сыграл. Но при этом пришлось отказаться от съемочного дня в кинокартине, в которой я тогда снимался, и за это меня вообще сняли с роли.

— Вы читаете в Академии искусств курс «Работа режиссера с актером». А какова, на ваш взгляд, современная молодежь — будущее белорусского кинематографа?

— Современные молодые люди очень шустрые, подвижные, эрудированные. Как говорится, они знают все, кроме профессии. Ну а я с удовольствием делюсь с ними опытом, знаниями, ощущениями, тонкостями актерского мастерства. Общеизвестно, что неумение режиссера (даже очень талантливого) работать с актерами оборачивается для фильма катастрофой. Конечно, можно сказать: «Плохой актер». Но это не выход! Хороший режиссер — всегда пастырь. Он должен не только управлять процессом и задавать вектор роли, но и вдохновлять. И главное — он должен обязательно любить актера.

— Не первый год вы возглавляете Белорусский союз кинематографистов. С какими трудностями пришлось столкнуться?

— Первое, что постарался сделать, возглавив союз, — это сохранить саму организацию и убрать все конфликты внутри ее. И еще — собрать вокруг себя людей, которые хотят делать что–то не только для себя, но и для других. Наша главная задача — сохранить отечественный кинематограф. Скажем, не так давно в московском Доме кино совместно с Министерством культуры Беларуси и Министерством культуры России мы провели Дни белорусского кино. Проводим фестивали, мероприятия, поездки, поддерживаем режиссеров и актеров. Причем финансово опираемся только на себя. Да, деньги важны, но главное все–таки не в них. Настоящий художник способен на жертвенность. А ремесленник — нет. Может, именно поэтому многие современные режиссеры просто безымянные в отличие от таких удивительных творцов, как Туров, Нечаев, Пташук, Добролюбов. Я убежден, что без жертвенности и любви нельзя снять настоящий фильм. Профессиональный, качественный — можно. Но любить и помнить такое кино не будут.

Елена МИНЧУКОВА.

cultura@sb.by
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?