Выжить в лагере смерти «Тростенец»

О ком плачет по весне обмелевшая речушка

Огромное горе Малого Тростенца

Кто хочет своими глазами увидеть те места, где в годы войны находился лагерь смерти «Тростенец», первым делом отправится в деревню Большой Тростенец. Расположена она буквально в десяти минутах езды от Минска. Почему сюда? В память узников концлагеря здесь установлен пока самый большой мемориальный знак. Впрочем, Большой Тростенец почти не связан с лагерем смерти.

Председатель Новодворского сельсовета Николай Максимчиков поясняет мне, что слово Тростенец встречается в названии двух деревень — Большой и Малый. Именно во второй 70 лет назад и разворачивались трагические события.

Деревни находятся рядом. В годы войны располагались они примерно в десяти километрах от Минска. «А сейчас Большой Тростенец относится к нашему сельсовету, — говорит Николай Сафонович. — Малый тем временем уже давно примкнул к Заводскому району столицы».

В 1963 году обелиск с Вечным огнем появился в Большом Тростенце из тех соображений, что деревня расположена ближе к Партизанскому проспекту. С центральной трассы, по замыслу авторов, каждый сможет рассмотреть мемориальный знак. Правда, сейчас с проспекта видны лишь деревья — за 50 минувших лет они разрослись и скрыли памятник.

Несмотря на близость к дороге, здесь спокойно. Лишь шелест деревьев нарушает тишину. Вечный огонь у обелиска не горит. Зажигают его только по праздникам. О тех страшных событиях, преступлениях против человечества, которые происходили неподалеку, скупо говорит табличка мемориального знака: «Тут, в районе деревни Тростенец, немецко-фашистские захватчики расстреляли, замучили, сожгли 201 500 человек мирных граждан, партизан, военнопленных Советской Армии...» За каждым из этих слов — тысячи историй, искалеченных и уничтоженных жизней.

В местной школе на протяжении многих лет работает отряд «Поиск». Ребята вместе с учителями из года в год терпеливо и усердно собирают сведения о событиях тех лет. Тонкой нитью с Малым Тростенцом связана и сама школа. После войны в соседней деревне был открыт детский дом, воспитанники которого ходили сюда учиться — в Большой Тростенец.

Сегодня школа располагается в том же одноэтажном деревянном здании, как и в те времена. Директор Лилия Филимонова рассказывает, что возвели его до войны. Так с тех пор и стоит, достроили лишь несколько кабинетов для начальных классов, спортзал, столовую.

С того времени и собирали в школьный архив сведения об узниках концлагеря, да о тех очевидцах, которые застали страшные дни. Со многими установилась переписка. В последнюю десятилетку активно переписывались с пятью бывшими узниками. К сожалению, никого из них уже нет в живых. Лилия Николаевна перебирает письма и фотографии, зачитывает истории…

Как песня жизнь спасла

Лагерь смерти «Тростенец» занимал около 130 гектаров. Условно делился он на три части. Рядом с деревней Малый Тростенец на базе довоенного колхоза имени Карла Маркса оккупанты организовали трудовой лагерь. В урочище Благовщина, что в полутора километрах от деревни, происходили массовые расстрелы. А в урочище Шашковка дымила яма-печь, где сжигали людей. Вся территория концлагеря была обтянута колючей проволокой, круглосуточно дежурила охрана, вооруженная пулеметами и автоматами…

К 1942 году для производства продуктов в лагере было создано большое хозяйство, здесь же работали лесопилка, слесарная, столярная, сапожная, портняжная и другие мастерские. Все, что производилось, уходило на нужды оккупантов. Узников сюда свозили не только с белорусских земель, но и с Австрии, Польши, Чехословакии… Их рацион — отходы с кухни подсобного хозяйства. Жилье — первоначально старый сарай, а позже бараки, наспех сколоченные из досок. Будни — работа на износ, произвол охранников, пытки. Для тех, у кого сил на работу уже не оставалось, было два пути — в Благовщину или Шашковку… На смену им привозили новых людей. Выйти живым из лагеря было практически невозможно.

Узник Георгий Бегун, письма которого сейчас хранятся в Тростенецкой средней школе, выжил благодаря песне мамы. Каждый день в лагере он был, как и другие, на волоске от смерти. О чем думает человек в последние минуты жизни? Георгий Захарович вспоминал самое счастливое время — детство. И вдруг отчетливо всплыл в памяти голос матери, которая напевала песню о политкаторжанине Ланцеве, бежавшем из тюрьмы через печную трубу. Вмиг пронеслась мысль: «А что, если и я так же?» Однажды ночью, когда все утихло, он разобрал дымоход и сбежал...

А вот письмо Николая Валахановича. Когда его везли в лагерь смерти, о шансе выжить даже не думал. Все знали: «Тростенец» — значит смерть. Но побег «ждал» его в июне 1944 года. За несколько дней до освобождения Минска на территорию лагеря в бывший колхозный сарай сгоняли людей. Среди них был и Николай Иванович. Школьникам он потом расскажет свою историю: «Как только зашел в сарай — увидел кучу трупов. На полу лужи крови. Нам приказали повернуться в сторону трупов, и тут же раздались выстрелы. Я почувствовал удар в голову, упал и потерял сознание. Позже стал различать выстрелы и крики. Понял, что жив, только ранен. Пуля вошла сзади в шею и вышла под левым глазом». Дождавшись удобного момента, Николай Валаханович выполз из сарая и дополз до ржи, где и укрылся. Буквально через несколько минут после его побега сарай подожгли. Были слышны крики таких же, как и он, раненых. За три дня здесь погибло шесть с половиной тысяч человек…

Много свидетельств собрал отряд «Поиск» и от очевидцев тех страшных дней. Жительница Большого Тростенца Вера Свиридович, которой в начале войны исполнилось 14 лет, рассказывала, что к лагерю смерти привозили узников целыми товарными поездами. От железнодорожной станции везли их на закрытых машинах, так называемых «душегубках». В один из дней прибыл очередной состав. Толпы людей, среди которых были и дети, с удивительным спокойствием ждали своей очереди, чтобы отправиться в лагерь. Запомнится Вере маленькая девочка с большими красными бантами, которая с улыбкой на лице что-то говорила своей маме... Никто тогда не знал, что отвезут их вовсе не «на новое место жительства», как обещали ранее, а на расстрел в Благовщину.

По бокам небольшой дорожки, которая вела к лагерю «Тростенец», росли молодые тополя. Спустя считанные месяцы войны подход к концлагерю начнут называть «дорогой смерти». Пройдет по ней несколько сотен тысяч человек.

Мемориал построим вместе

Кроме обелиска, у деревни Большой Тростенец двумя более скромными надгробиями увековечена память погибших в последние дни оккупации в сарае и сожженных в Шашковке. В 2002 году в урочище Благовщина на месте самых массовых расстрелов установили небольшой мемориальный знак.

В столичном Музее истории Великой Отечественной войны событиям в лагере «Тростенец» посвящена экспозиция. Правда, сейчас посмотреть ее нельзя — музей переезжает в новое здание и откроется к юбилею освобождения Беларуси. Заместитель директора музея по научной работе Анна Галинская объясняет, что новая экспозиция будет масштабнее предыдущей. «У нас хранятся предметы, которые были доставлены в музей еще осенью 1944 года для первой экспозиции, посвященной «Тростенцу». Это личные вещи узников, найденные в урочище Благовщина, будка охранника, останки кремационной ямы-печи в урочище Шашковка и другие. А в 2002 году поисковым батальоном на месте бывшего лагеря были найдены еще некоторые вещи узников»…

На месте лагеря смерти «Тростенец» в этом году начнется строительство масштабного мемориального комплекса площадью около 130 гектаров. Для сравнения: площадь мемориала «Хатынь» — 103 гектара. Возводить комплекс начнут с урочища Благовщина, где в это воскресенье заложат капсулу с именами всех погибших в концлагере узников. В этом же году тут развернется строительство мемориала — от трассы к месту расстрелов проложат аллею, по сторонам которой установят железнодорожные вагоны с выгравированными именами убитых. Этот проект разработал недавно ушедший из жизни заслуженный архитектор Беларуси Леонид Левин. Затем приступят и к строительству продолжения мемориала на территории бывшей деревни Малый Тростенец.

На все задуманное, по предварительным подсчетам, потребуется около 10 миллионов евро. Значительную часть от этой суммы предоставит немецкая сторона. Например, более полумиллиона евро уже собрал Дортмундский международный образовательный центр, столько же выделил немецкий фонд Biteg, 200 тысяч евро поступило от немецкого Фонда по уходу за военными захоронениями. В свою очередь, Мингорисполком выделил около 200 тысяч евро на обустройство территории и открыл банковский счет для добровольных взносов на строительство мемориала…

ТЕМ временем природа уже соорудила свой своеобразный мемориал на месте бывшего лагеря. Еще в годы войны здесь протекала речушка Тростянка, которая и дала название двум деревням — Большому и Малому Тростенцам. В связи с бурной застройкой, которая развернулась в округе в послевоенное время, река постепенно обмелела. Но те места, где она протекала, дают о себе знать. Каждую весну наполняются они водой. Обычное явление природы — скажут многие. Это слезы тех, кто не дождался Победы — подумают те, кто знает историю здешних мест…

Наталья БОРИСОВЕЦ, «СГ»

Фото автора

 

Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?
Новости
Все новости