Вуди Аллен: я — «продукт» многих замечательных женщин

фото Global Look Press
Мы встретились с режиссером в Париже, куда он приехал представлять свой фильм «Колесо чудес» — драматическую историю о любви и предательстве.  

Аллен рассказал «ТН» о детстве в Нью-Йорке, о таланте Джастина Тимберлейка и о том, почему нужно слушаться сердца. 

— Действие вашего фильма  «Колесо чудес» происходит в 1950-е годы в парке аттракционов на Кони-Айленде, в Бруклине, в двух шагах от места, где вы родились. Вы бывали в этом парке ребенком?

— Конечно! В первый раз родители сводили меня туда в начале 1940-х. Я помню те впечатления. Живешь себе в жилом районе Бруклина, с обычными домами и школами, проходишь пару кварталов, и вдруг перед тобой возникает это волшебное место с магическими шоу и горками, где можно кататься на машинах, стрелять в тире и есть всякие вкусности — попкорн, кукурузу, хот-доги. Это потрясающе! К тому же парк стоит прямо на берегу моря — можно было валяться на пляже, плавать, а потом провести еще пару часов на Кони-Айленде. Когда парк развлечений только построили, он был просто фантастическим. А потом — знаете, как это бывает, — он становился все хуже и хуже. Ребенком я не застал его лучшие годы — они пришлись на начало 1900-х, когда я еще не появился на свет. Но все же он был достаточно интересным для мальчишки. 

Кадр из фильма «Энни Холл» (1977)
ROLLINS-JOFFE PRODUCTIONS/Rona/ТАСС
— Бруклин очень изменился с тех пор, теперь его называют новым Манхэттеном. Как вы относитесь к изменениям? 

— Что ж, Бруклин действительно преобразился. Когда я рос, этот район был очаровательным. А потом в нем появились уличные банды, и жить там стало довольно опасно. Но в последнее время из-за дороговизны недвижимости на Манхэттене люди потихоньку начали перебираться в Бруклин, и случился настоящий ренессанс. Это сразу бросается в глаза. Недавно я снимался в фильме Джона Туртурро «Под маской жиголо», где местом действия был Бруклин. Я был поражен, какими опрятными стали широкие улицы, старинные дома, как много там появилось деревьев. Бруклин сейчас по-настоящему красив, правда, теперь это не такой уж и дешевый район. 

— А вы бы хотели туда вернуться? Так сказать, замкнуть круг? 

— Видите ли, я фанат Манхэттена. Я жил в Бруклине в бедном многоквартирном доме, где один телефон на всех, который все друг другу перебрасывали. И мечтал о Манхэттене — большом районе по другую сторону моста, с пентхаусами, шампанским и белыми телефонами. А еще — с ночными клубами, театрами, операми и концертами. Мы представляли его именно таким. Я вырос на мифе о Манхэттене и не мог дождаться, когда перееду туда. Мне повезло — я поселился в этом районе, когда мне было девятнадцать лет. И с тех пор живу там. Теперь я уже слишком стар и считаю, что нет смысла переезжать обратно. Но время от времени, возвращаясь в Бруклин, смотрю на свой старый район и погружаюсь в ностальгию. Начинаю вспоминать детство и юность.

Джастин Тимберлейк и Кейт Уинслет (кадр из фильма «Колесо чудес»)
Пресс-служба кинокомпании ВОЛЬГА

— Говорят, мужчины не могут понять женщин. Вам же в «Колесе чудес» удалось создать яркие женские персонажи, которых сыграли Кейт Уинслет и Джуно Темпл. В чем секрет? 

— Сначала я, как и многие мужчины, совсем их не понимал. Писал сценарии только для себя — в моих первых фильмах звездой был я сам. А потом начал встречаться с Дайаной Китон. У нее была роль в моей пьесе «Сыграй это еще раз, Сэм!», мы подружились, стали вместе жить. Я был абсолютно погружен в нее — Дайана была такой умной, чувствительной, талантливой и знала столько всего. И я начал смотреть на мир ее глазами и писать для нее. Так я создал первые женские образы и по сей день продолжаю их писать. Женские персонажи всегда очень интересные и сложные.

— Чему вас научили ваши жены? 

— Я был женат трижды, и у каждой из моих жен я научился чему-то. Первая, Харлин Розен, изучала философию и привила мне интерес к этой науке. Мы были детьми, когда поженились: ей — семнадцать, мне — девятнадцать. По сути, мы просто съехали от родителей. Мы по-прежнему хорошо общаемся. Вторая жена, Луиза Лассер, была девушкой моей мечты. Когда я жил в Бруклине, мечтал о женщине, которая, как в кино, живет на Манхэттене, на Пятой авеню, в дуплексе — доме на две семьи. Познакомившись с Луизой, я сразу понял: вот она! Она жила в дуплексе на Пятой авеню и была очень утонченной, красивой и умной. У нее даже была ученая степень в политологии. Мы восемь лет встречались, а потом поженились. Луиза очень поддерживала меня в тот момент, когда я только начал выступать на сцене. У нее я научился тому, как жить в Нью-Йорке. 

На съемках фильма «Колесо чудес» с Кейт Уинслет и Джуно Темпл
фото Пресс-служба кинокомпании ВОЛЬГА

— А чему вас научила третья жена — Сун-и? Она же гораздо моложе вас.

— У нее совершенно другой жизненный опыт. Сун-и родилась в Сеуле, и ей пришлось пройти через ужасные испытания, которых мы даже представить себе не можем, потому что никто из нас не был сиротой в Корее. В пять лет она оказалась на улице, где так голодала, что даже съела кусок мыла — думала, что это еда. Я узнал от Сун-и о другой жизни. 
Вуди Аллен с женой Сун-и и дочерью Беше
фото Gettyimages.ru

Мне вообще несказанно повезло: все женщины, которых я встретил на своем пути, были замечательными и внесли огромный вклад в развитие моей личности. Я всем обязан им. И в первую очередь моей кузине Рите. Она старше меня на пять лет и, когда я был маленьким, все время брала меня с собой — и в парк на Кони-Айленде, и в кино, и везде-везде. Приобщила меня ко многим вещам. Так что я — «продукт» многих замечательных женщин. И очень благодарен им за это. 

— Вы бывали в Сеуле с Сун-и?

— Нет. Она, конечно же, очень хочет, чтобы я туда съездил. Но я не был ни в Китае, ни в Японии, ни в Индии. Эта часть мира — загадка для меня. Путешественник я никудышный — никогда не был в Южной Америке, даже в Мексике. Только однажды ездил в Канаду, когда мне было 65. И это страны, граничащие с США. Я предпочитаю находиться у себя дома, на Манхэттене. Не люблю приключения, а Сун-и, наоборот, обожает рисковать. Если бы она могла, то прямо сегодня отправилась бы в Сеул. Или Пакистан, или даже Афганистан! Ей не страшны никакие путешествия. Я бы с радостью с ней съездил, но надеюсь, что умру раньше, чем представится возможность. (Смеется.) 

— Если вам так не нравится путешествовать, как вы оказались в Париже? 

— Этот город я обожаю, получаю огромное удовольствие от прогулок по его улицам. В первый раз я оказался здесь в 1965 году и потом часто возвращался сюда. Для меня Париж — второй дом. 

— Раньше вы все-таки больше путешествовали, например, со своим джаз-бэндом?


— Да, мы записали несколько пластинок, но потом завязали с этим. Я не уверен, что когда-либо отправлюсь еще в один тур. Люблю играть на кларнете, но мне не нравится ездить по миру, собирать чемоданы, регистрироваться в отелях. Все это не для меня. 

— Но вы продолжаете выступать в Нью-Йорке? 

— Да, играю в нескольких кварталах от дома, в отеле Carlyle. Могу дойти туда за десять минут. Выступаю каждую неделю по понедельникам. Там собираются такие замечательные люди — я по-настоящему получаю удовольствие. 

— К вам приходил Джастин Тимберлейк? Вы играли вместе?

— Нет, я не очень хорошо знаком с его музыкой, потому что мое музыкальное развитие закончилось в конце 1950-х. Я лучше знаю Джастина как актера. Зато я играл с Джеймсом Белуши. Однажды Джеймс пришел в бар, когда мы выступали с группой, и у него была с собой губная гармошка. Он сыграл вместе с нами. (У Белуши более 20 лет своя музыкальная группа, они регулярно гастролируют по США. — Прим. «ТН») Не думаю, что мне было бы под силу сыграть вместе с Джастином — он превосходный музыкант.  

Вуди Аллен играет на кларнете с новоорлеанским джаз-бэндом Эдди Дейвиса (2011)
фото Legion Media

— А как вам Джастин-актер? Вы говорили, что у него есть классический шарм, как у Кларка Гейбла и Хэмфри Богарта. 

— Джастин — настоящая кинозвезда. На роль спасателя Микки мне нужен был актер, который бы выглядел как человек, который может действительно спасать жизни. Мужественный и спортивный, а не такой спокойный и маленький, как я. Кто-то предложил Джастина, и я подумал, что это отличная идея. У него особое обаяние. Живи мы в 1930-х или 1940-х, он бы точно стал одной из звезд той эпохи. 

— Дети понимают, какую важную роль ваши фильмы играют для многих людей? 

— Не думаю. Они уже взрослые. Мы их никогда не ориентировали на шоу-бизнес. Так что дети не видели большинство моих фильмов, для них я просто домашний парень, который, как они говорят, «не в теме». Знаете, у них очень трезвый взгляд на меня: до него не доходит, он это не знает, он не может расслышать, что происходит. А Сун-и вечно с ними соглашается: «Да, он старше, поэтому он не понимает». И часто меня подкалывает. Вот такая у меня жизнь дома. Понятно, они видят меня в халате, в кровати, как я смотрю в пижаме бейсбол по телевизору. Они любят меня, но не пребывают от меня в восторге.

— Но вы же именно такой и в своих фильмах!


— Конечно. Люди считают, что я и есть тот персонаж, которого они видят на экране. Если посмотреть на Чарли Чаплина в обычной жизни, это успешный бизнесмен, настоящий интеллектуал и композитор. А на экране все по-другому — шляпа и усы. Но я так не делаю. Я появлялся на экране в том же самом, что и сейчас на мне надето, и делал то же самое, что и в обычной жизни, — гулял по Нью-Йорку, ходил по ресторанам. Поэтому люди считают, что я такой же, как мои герои. Но нет! Мои герои легкомысленнее и, надеюсь, смешнее меня. Я не такая интересная личность. Встаю ут­­ром, езжу на велосипеде, работаю, играю на кларнете и гуляю по парку. Веду обычную жизнь типичного представителя рабочего класса. Днем — работа, а по вечерам сижу напротив телевизора и смотрю игры с мячом: американский футбол, бейсбол, баскетбол, теннис, гольф… Все подойдет. Я даже могу смотреть соревнования лесорубов. Просто люблю спорт. 

— В вашем фильме герой Джастина мечтает стать сценаристом и использует книги, чтобы соблазнять женщин. А какие книги порекомендовали бы вы? 

— Всегда советую то, что нравится мне самому. Я никогда не был читателем — мой список литературы очень банален. Люблю, когда груз развлечения висит на писателе, я не хочу проделывать за него всю работу, как в «Улиссе» Джеймса Джойса. Мне нравятся сравнительно простые книги. Чехов — хороший пример. От его сюжетов получаешь удовольствие: они всегда эмоциональны, и ты понимаешь, к чему он клонит. 

— Но часто в его историях мрачные финалы.

— А мне всегда нравились мрачные вещи. Я ведь не собирался быть комедийным автором. Как и Джастин в моем фильме, я хотел быть следующим Юджином О’Нилом, Артуром Миллером, Теннесси Уильямсом или Антоном Чеховым. Но у меня другой талант. Вот почему время от времени я стараюсь сделать что-то серьезное, но по большей части у меня выходят комедии.

— Одна из ключевых фраз «Колеса чудес» — «у сердца свои собственные правила». Но разве не для того нам дан разум, чтобы противостоять чувствам?

— К счастью или к несчастью, мы все жертвы наших эмоций. И каким бы вы ни были рассудительным и логичным, сердце управляет вами и вашими чувствами. Очень сложно брать верх над сердцем.

Хейвуд (вуди) Аллен

Родился: 1 декабря 1935 года в Нью-Йорке (США) 

Семья: жена — Сун-и Превен (47 лет), актриса; сын — Ронан Фэрроу (30 лет), политический активист, журналист. Приемные дети: сын — Мозес Фэрроу (39 лет), фотограф, психолог; дочери — Дилан Фэрроу (32 года), актриса; Беше Аллен (19 лет); Мэнзи Аллен (17 лет) 

Образование: учился в Нью-Йоркском университете 

Карьера: сценарист, режиссер, актер, музыкант. Снял более 50 фильмов, среди которых: «Энни Холл», «Ханна и ее сестры», «Вики Кристина Барселона», «Матч-пойнт», «Полночь в Париже». Четырехкратный лауреат премии «Оскар»
Лидия АГЕЕВА  

Париж

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...
Новости