Второе пришествие «треугольного семечка»

ПОЖАЛУЙ, ни об одной другой крупе нет столько разноречивых суждений, как о гречке. Некоторые исследователи не считают ее даже зерном. Хотя поговорки типа «щи да каша — пища наша», «гречневая каша — матушка наша, а хлебец ржаной — отец родной» известны с очень давних времен. Когда в былинах, сказках и даже летописях встречается слово «каша», то, оказывается, это всегда означает именно гречневую, а не какую-нибудь иную. Русские называют ее своей истинно национальной пищей. Мы, белорусы, гречку считаем таковой же.

Рынок гречки никогда не был ни большим, ни международным. В отличие от пшеницы или риса здесь не имеется ни биржевой торговли, ни существенных внешнеторговых потоков.

ПОЖАЛУЙ, ни об одной другой крупе нет столько разноречивых суждений, как о гречке. Некоторые исследователи не считают ее даже зерном. Хотя поговорки типа «щи да каша — пища наша», «гречневая каша — матушка наша, а хлебец ржаной — отец родной» известны с очень давних времен. Когда в былинах, сказках и даже летописях встречается слово «каша», то, оказывается, это всегда означает именно гречневую, а не какую-нибудь иную. Русские называют ее своей истинно национальной пищей. Мы, белорусы, гречку считаем таковой же.

Между прочим, немецкий археолог Стокар назвал кашу вообще «праматерью хлеба»: сначала люди научились варить кашу, а потом выпекать хлеб. Хотя с давних пор гречку считали пищей плебеев и бедняков. Аристократы ее не ели, поскольку в отличие от риса она давала «черную кашу», якобы недостойную их нежных желудков.

Но было бы ошибкой полагать, что гречка — пища исконно русская ( читай — белорусская, славянская). Это треугольное семечко из семейства гречишных пришло к нам, наряду с православием, из Византии. Но и это не ее родина. Гречку подарили миру лесные и высокогорные поляны в Гималаях, где в диком виде она встречается и по сей день. Там ее и теперь называют черным рисом, а когда эта культура распространилась в другие страны, крупа получила название черной пшеницы. Культурную гречиху в Европе первыми стали возделывать волжские болгары, и только в VII веке она проникла к финским и славянским племенам.

Ядрица, сэр!

Категорически невозможно понять, почему восточные славяне вообще едят гречку. В допетровской Руси одними из основных блюд были ржаная каша и репа. Мы и наши дети не знаем даже вкуса той самой, вошедшей в поговорку, «пареной репы». Ее место прочно занял внедренный силой в XVIII веке картофель.

Неславянский мир гречку потребляет в мизерных количествах. Для «цивилизованной» Европы эта крупа и сегодня не более чем экзотика. В Западной Европе  едят овсяную кашу. «Овсянка, сэр!» — прямо из реальной жизни. В Англии гречиху сеют в ничтожных количествах, в основном для корма… фазанов. Во Франции — ради меда. Но так было не всегда. В Старом Свете обширные гречишные поля, оказывается, были уничтожены Первой мировой войной. А поскольку, как считают европейские агротехники, эта культура не способствует восстановлению плодородия почв, ее место на полях заняли другие злаки. 

Значительное сокращение посевов гречихи в США очень показательно. До начала XX века эта страна была одним из крупнейших ее производителей в мире, а продукты из гречки — каши,  хлопья, мука и даже гречневое пиво — занимали немало места на столах американцев. А затем выяснилось, что по сравнению с пшеницей и кукурузой эта культура слабо откликается на внесение азотных удобрений. Иными словами, одна «гречневая калория» обходится значительно дороже пшеничной или кукурузной. И гречиха была безжалостно вытеснена из оборота.

Дело и в невысокой урожайности этого злака. Даже при самых благоприятных условиях гречиха дает не больше 30 центнеров с гектара. А у расчетливых фермеров каждая сотка на счету и основной инструмент — калькулятор.

Сегодня, по мнению специалистов, нечто похожее начинает происходить в Китае. Еще несколько лет назад эта страна была крупнейшим производителем гречки в мире. Но за последнее время и посевы, и урожаи этого злака в КНР сильно сократились. Причина не только в том, что китайцы начинают есть мясо, а значит, растет потребность в дешевом зерне. Есть еще сугубо китайский подход к продовольственной безопасности: страна должна обеспечивать себя рисом, а остальное можно и импортировать. Эксперты считают, что гречиха в прежних объемах на китайские поля уже не вернется.

На европейском и американском рынках доля гречневой крупы в розничных сетях столь мала, что их менеджеры говорят о ней как о мизере.

Не повод для наживы

В мире посевные площади гречихи не превышают 3 миллионов гектаров. Выращивается она в основном в Российской Федерации, Украине, Китае, Европе, США, Австралии. А лидерами по валовым сборам гречишного зерна являются Китай, Россия и Украина. Но на протяжении последних 15 лет валовой сбор гречихи в мире существенно упал. Если в 1990 году было собрано 3,6 миллиона тонн, то в 2009 — только 1,4 миллиона. А если учесть, что выход крупы составляет не более 65 — 70 процентов, становится очевидным, насколько мал «гречишный» рынок.

Аналитики подчеркивают, что годовые экспортные и импортные поставки этой крупы не имеют четко выраженной тенденции или, другими словами, тренда, они колеблются из года в год. В 2009—2010 сезоне импортировано более 120 тысяч тонн этой крупы. Основные импортеры — Япония (47 процентов мирового экспорта), Франция и Италия. Главные поставщики гречки в Японию — Китай, США и Австралия. Доля этих стран в январе — сентябре 2010 года превысила 95 процентов.

Мировой экспорт гречки в 2009—2010 сельхозгоду — чуть более 130 тысяч тонн. Ведущие экспортеры — Китай и  США. В мировом экспорте этим странам принадлежит почти 70 процентов, из которых на долю Китая приходится 45, США — 21процент.

По данным Минсельхоза России, производство гречихи в 2010 году составило около 750 тысяч тонн и превысило объемы предыдущего года вдвое. Таким образом, на сегодняшний день Россия выращивает и собирает половину мирового урожая гречихи, причем сама же весь его практически и съедает. В мировом рейтинге стран-экспортеров в 2009-м, неурожайном, году она занимала 11 место. А вот в январе — сентябре 2010 года экспорт сократился, правда, незначительно — на 2,3 процента. Поскольку «гречишный» рынок в последние годы стал практически чисто российским, в случае серьезного неурожая сбалансировать в Федерации предложение за счет импорта практически невозможно. А неурожай как раз и случился. Причем двухлетний. И если в 2009 году ситуация еще не была критической, то в 2010-м в России гречихи было собрано втрое (!) меньше, чем в 2007 году. Центральные регионы страны и Поволжье поразила засуха, а по Алтаю ударили ураганные ветры, и около 15 процентов зерна просто осыпалось. Поэтому цены на гречневую крупу неминуемо должны были вырасти. Что и случилось: гречка изрядно подорожала, а то и напрочь исчезла с полок магазинов. Тем не менее подорожание гречневой крупы в 2010 году не было совершенно уникальным событием. Одновременно происходило резкое подорожание пшена.

Уменьшаются посевы гречихи и в Украине: с 2000 года ежегодно они снижались процентов на 11 — с 712 тысяч гектаров в 2001-м до 210 тысяч в 2010 году. Соответственно, недосчитались и урожая: он упал с 480 тысяч тонн до 165 тысяч. Розничные цены на крупу выросли в шесть раз. В нынешнем году сбор урожая гречки в Украине вдвое больше и превысил более 300 тысяч тонн. Поэтому нынче, как говорят наши соседи, политической она не станет.

Лучше вырастить, чем завозить

В Беларуси производство своей гречневой крупы в расчете на одного жителя республики до настоящего времени составляло около 1 килограмма в год, или 20 процентов от потребности. Собственной гречневой крупой население не обеспечивалось даже по минимальным медицинским нормам. Поэтому мы импортировали примерно две трети всей гречки, которая потребляется внутри страны. Дефицит и повышение цен на нее в 2010—2011 году были связаны с недопроизводством гречихи в России и Украине — основных производителях этого продукта. Ажиотаж у наших соседей бумерангом ударил и по белорусскому потребителю. По данным Белстата, в 2010 году организациями торговли продано 14,5 тысячи тонн гречневой крупы, что на 0,7 процента больше, чем в 2009. И это при том, что цены повысились за год в 4—5 раз. Следует отметить, что за 2010 год цены на все крупы выросли в среднем на 39,2 процента. Резкое подорожание популярных у нас круп — гречки, а за ней и пшена, которые в основном завозятся из ближнего зарубежья, — и заставило в нынешнем году вернуться к забытой за последние десятилетия практике выращивания этих культур в Беларуси.

Перед нашими аграриями была поставлена задача обеспечить рынок собственной гречневой крупой. Принятые меры позволили получить высокий намолот зерна. Была увеличена площадь под гречиху во всех категориях хозяйств до 40 тысяч гектаров, что на 16,8 тысячи больше, чем в 2010 году. Валовой сбор зерна гречихи в Беларуси составил 60 тысяч тонн против 25,2 тысячи тонн в прошлом. Выросла и урожайность до 15,1 центнера с гектара против 10,3 годом ранее.

По состоянию на 25 ноября перерабатывающим организациям хлебопродуктов поставлено свыше 25,1 тысячи тонн зерна гречихи, или 142 процента к уровню прошлого года. В Минсельхозпроде отмечают, что отечественный рынок будет насыщен белорусской гречкой, хотя коммерческие магазины могут продавать и импортный продукт. И действительно, на прилавках магазинов уже появилась отечественная крупа по 15700 рублей за килограмм.

Важно отметить, что на базе возделывания гречихи можно вести специализированные многоотраслевые хозяйства, практически совершенно безотходные и производящие гречневые крупу и муку, мед, воск, прополис, маточное молочко (апилак), пищевой и технический поташ. Все эти продукты нам нужны, все они рентабельны и стабильны в смысле спроса. И, кроме всего прочего, не следует забывать, что гречка и мед, воск и поташ всегда были нашими национальными продуктами, точно так же, как рожь, черный хлеб и лен.

Ирина ГЕРМАНОВИЧ, «БН»

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?