Возвращение из неизвестности

Окончание. Начало в №№ 123, 124.

Окончание. Начало в №№ 123, 124.


В 1996 году судьба совершенно случайно свела меня с Виталием Луневым. Когда я услышал его рассказ об останках неизвестного летчика–штурмовика и найденных при них ордене Отечественной войны и колодке от медали «За оборону Сталинграда», у меня екнуло сердце — это же Окрестин! У него были такие же награды, а район гибели совпадает с тем, о котором мне рассказывали его однополчане. Но как это доказать, если из архива пришли только отрицательные ответы? Выход был только один: ехать в Подольский архив и искать самому, искать в делах 74–го полка и 1–й гвардейской дивизии. Но оказалось, что сделать это было совсем непросто. Спонсоров для поездки я не нашел. Пришлось ждать его величества случая, однако он настал только в 2008 году.


А пока суд да дело, я собирал косвенные доказательства. Как известно, Борис Окрестин был награжден орденом Отечественной войны II степени. Он был цельноштампованным и так ровненько, прямо по силуэту красной звезды разломаться во время удара не мог. Выходит, что найденный поисковиками орден был I степени? Именно этот орден собирался из нескольких частей и при ударе мог просто рассыпаться. Однако у Окрестина его быть не должно.


Вместе с главным хранителем фондов Белорусского государственного музея истории Великой Отечественной войны Галиной Скоринко пришлось потратить немало времени и пересмотреть всю имеющуюся коллекцию орденов Отечественной войны, чтобы доказать: ордена II степени первых серий (а Окрестин награжден именно таким, еще в феврале 1943 года) были составными, то есть собирались вручную из нескольких частей. Выручил нас в этом вопросе орден Отечественной войны II степени № 625 подполковника медицинской службы Евгении Серковой.


Еще до поездки в Подольский архив мне удалось выяснить, что в приказе по 74–му гвардейскому полку от 7 июня 1944 года № 33 значится: «Исключить из списков полка нижепоименованный личный состав, погибший при выполнении боевых заданий: ...7. Командира АЭ Героя Советского Союза гв. старшего лейтенанта Окрестина Бориса Семеновича и воздушного стрелка гв. старшину Солодухина Виктора Леонтьевича, сбитых ЗА противника, погибших над целью 6.7.44 г. в районе высоты 247 Мал. Стиклево». Эта информация оптимизма у меня поубавила: где Обчак, а где Малое Стиклево! Неужели найденный летчик не Окрестин? Стало ясно, что подтверждения или опровержения нужно искать в Подольском архиве.


Документы неопровержимо свидетельствуют


Все стало на свои места только тогда, когда мне в руки наконец–то попали документы 74–го полка и 1–й гвардейской авиадивизии, которые сегодня хранятся в Центральном архиве Министерства обороны России. Правда, поначалу меня ожидал весьма неприятный сюрприз. Изучая опись дел, я обнаружил невероятное: документы по учету самолетов и авиамоторов 74–го полка в конце 1950–х годов... уничтожены! Было от чего прийти в отчаяние — все старания насмарку... Но благо, что служил когда–то в управлении той самой 1–й гвардейской дивизии. Вспомнил, что в нашем штабе велся общий учет самолетов и двигателей за все полки дивизии. И этот учет, слава Богу, за все годы войны в архиве сохранился.


Благодаря помощи заместителя начальника ЦАМО полковника Андрея Тихонова и сотрудницы архива Ольги Часовитиной удалось наконец–то найти ответ на самый главный вопрос, который целых 65 лет был настоящей болью для многих людей. У меня сердце от волнения чуть не выскочило из груди, когда в деле с перепиской по учету самолетов и моторов 1–й гвардейской авиадивизии нашлась следующая запись: «...тип мотора АМ–38Ф номер мотора 257804 с завода № 18... на 01.07.1944 года указанный мотор числится за 74–м гвардейским штурмовым авиационным полком». В этом же деле имеется донесение начальника отдела УСМ (учета самолетов и моторов) 1–й гв. шад — начальнику УСМ 1–й Воздушной армии за 07.07.1944 г., в котором говорится: «Самолеты... № 1879299 с мотором АМ–38Ф № 257804... не вернулись с боевого задания...». Цифирь 1879299 расшифровывается следующим образом: самолет выпущен заводом № 18, принадлежит к 7–й серии, имеет заводской номер 9299. Меня в данном случае больше интересовал номер мотора — 257804. Первые пять цифр полностью совпали с теми, что были обнаружены на бирке, найденной нашими поисковиками. Отсутствует только шестая цифра — 4. Смотрю на фотоснимок той самой металлической пластинки. Ну надо же, как раз на том месте, где должна была быть эта четверка, проклятая ржавчина проела сквозную дыру, похожую на пулевую пробоину.


Читаю архивные документы дальше. В приказе по 74–му полку от 24 июля 1944 года говорится: «Самолеты и моторы, не вернувшиеся с боевого задания: ... Ил–2 № 9299 с мотором АМ–38Ф № 257804 06.07.1944 г. исключить из боевого состава и списать по книгам учета самолетов и моторов». В оперсводке № 169 06.07.1944 г. штаба 1–й гвардейской авиадивизии значится: «...74 гв. шап... бомбардировочно–штурмовыми действиями уничтожал войска и боевую технику противника в районе Загорье, Застенок, Апчак, Каралищевичи. ... Боевая потеря: 74 гв. шап. — командир АЭ гв. ст. лейтенант Окрестин Борис Семенович, воздушный стрелок Солодухин В.Л., самолет № 9299 в районе выс. 247 был сбит огнем МЗА из танков». Подводит черту этой трагедии акт расследования причины боевой потери, утвержденный командиром 1–й гвардейской авиадивизии Героем Советского Союза гвардии полковником Степаном Прутковым, в котором говорится, что «летчики... пикировали до бреющего полета. На выводе из пикирования прицельным огнем из танка был сбит самолет ведущего Героя Советского Союза гвардии старшего лейтенанта Окрестина». В этом документе указано и место, где это произошло: «Самолет загорелся и упал в лес в р–не выс. 247, что 3 км. Сев. Зап. Апчак». Эти координаты полностью совпадают с теми, где и нашли в 1972 году обломки Ил–2 школьники Луговослободской школы, которые, кстати, были уроженцами того самого упомянутого в документе Обчака.


Памятники и память


Место героической гибели экипажа Бориса Окрестина найдено. Экипажа! Это я особенно хочу подчеркнуть. К сожалению, 65 лет никто и нигде не вспоминал воздушного стрелка гвардии старшину Виктора Леонтьевича Солодухина, который погиб вместе со своим командиром.


Минувшей осенью посетил музей минской школы № 65 имени Окрестина, но и там о Солодухине никто ничего не слышал... В архиве о нем удалось узнать не так уж и много. Родился Виктор в 1922 году в Курске. Его мама Надежда Николаевна проживала в Сталинском районе этого города по улице Октября, дом 40. Виктор в 1942 году окончил Объединенную военную авиационную школу воздушных стрелков. 17 мая 1943 года прибыл в 74–й полк. Должность стрелка на Ил–2 была жертвенной, их погибало значительно больше, чем летчиков. Броней стрелок защищен не был, поэтому его хватало на 10 — 15 вылетов... Солодухин совершил 65 (!) боевых вылетов на Ил–2, налетав при этом 76 часов 45 минут. Провел 16 успешных воздушных боев с истребителями, сбит ни разу не был. 24 января 1944 года был награжден орденом Красной Звезды. Во время операции «Багратион» ему было суждено совершить 10 боевых вылетов на штурмовку врага.


Как мы уже знаем, памятник Борису Окрестину установлен в Минске на Военном кладбище. А где же надгробие Виктора Солодухина? В списках захороненных на Военном кладбище гв. старшина Солодухин В.Л. значится под номером 453. До сего дня считалось, что его могила утрачена, в связи с чем фамилию даже нанесли на установленную на кладбище в 2005 году стелу с огромным списком тех, чьи могилы постигла такая же грустная участь. Но так ли это? Рядом с памятником Борису Окрестину находится отреставрированное в 2005 году надгробие с надписью: «Гв. ст. лейтенант Солодухин Виктор Леонович». Да это же и есть то самое «утраченное» захоронение! В далекое уже послевоенное время невнимательность кладбищенских работников привела к ошибке и «гв. старшина» стал «гв. лейтенантом», а отчество из Леонтьевича превратилось в Леоновича. Так что весь геройский экипаж теперь в сборе и через 65 лет он наконец–то возвращается к нам из боевого вылета, который оборвался 6 июля 1944 года. Возвращается теперь уже навсегда.


Дело осталось за малым: захоронить останки, которые по сей день лежат в лесу, исправить ошибки на надгробии Виктора Солодухина и выполнить обещание первого секретаря ЦК ВКП(б) Пономаренко, данное им в июле 1944 года, и установить на месте гибели экипажа памятный обелиск. Это может быть просто скромный камень с мемориальной доской: «Здесь 6 июля 1944 года при освобождении города Минска погиб легендарный экипаж самолета Ил–2 74–го гвардейского Сталинградского Краснознаменного, ордена Суворова штурмового авиаполка 1–й гвардейской Сталинградской ордена Ленина, дважды Краснознаменной, орденов Суворова и Богдана Хмельницкого штурмовой авиадивизии в составе летчика Героя Советского Союза гвардии старшего лейтенанта Бориса Семеновича Окрестина и воздушного стрелка гвардии старшины Виктора Леонтьевича Солодухина. Вечная слава героям!»


Останки летчика, которые были найдены и сфотографированы в 1990 году (по этическим соображениям фото не публикуются), к сожалению, придется искать заново. Из Бреста, откликнувшись на мою просьбу, на днях приезжал Виталий Лунев, который и нашел их ровно 19 лет назад. 30 июня мы ездили с ним на место падения самолета. Там и сегодня все усеяно его обломками. Мощным взрывом по земле разбросаны куски бронекорпуса, обшивка крыльев, детали авиамотора, обгоревшая резина колес, оплавленные куски плексигласа остекления кабины летчика... Но заветное дерево со специальной пометкой, под которым были зарыты останки, мы, увы, не нашли. Время — 19 лет! — сделало свое дело...


С помощью современной поисковой техники и специалистов управления по увековечению памяти защитников Отечества и жертв войн на месте падения самолета Бориса Окрестина надо продолжить поисковые работы. Есть надежда, что им удастся не только найти место, где лежат останки, но и сделать новые ценные находки, которые займут достойное место в наших музеях.


Редакция газеты «Советская Белоруссия» на своих страницах продолжит рассказ о том, как завершилась эта долгая, но такая нужная всем нам история, история возвращения из неизвестности экипажа Окрестина. Хочется выразить искреннюю признательность всем, кто участвовал в поиске места гибели геройского экипажа, и принести наши извинения родным и близким Бориса Окрестина и Виктора Солодухина за то, что этот поиск длится так долго.


Фото автора и из архива.

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
2.93
Загрузка...
Новости