Вместо ордена Ленина — ОТКЗ

НА ЗАСЕДАНИИ совета объединения, приуроченного к полувековому юбилею «Белагросервиса», Владимир ШАБЛЮК встретил немало бывших коллег по работе. Многих он ни разу не видел после выхода на пенсию. Поэтому, как водится в таких случаях, были дружеские объятия, воспоминания о работе, пережитых реорганизациях, вопросы о современном положении дел на предприятиях по обслуживанию сельского хозяйства. Каждый из ветеранов хотел узнать, чем живет то или иное подразделение сельского хозяйства, которому была отдана значительная часть жизни.

Так написали в наградных документах Владимира ШАБЛЮКА. Но это не означало отказать.

НА ЗАСЕДАНИИ совета объединения, приуроченного к полувековому юбилею «Белагросервиса», Владимир ШАБЛЮК встретил немало бывших коллег по работе. Многих он ни разу не видел после выхода на пенсию. Поэтому, как водится в таких случаях, были дружеские объятия, воспоминания о работе, пережитых реорганизациях, вопросы о современном положении дел на предприятиях по обслуживанию сельского хозяйства. Каждый из ветеранов хотел узнать, чем живет то или иное подразделение сельского хозяйства, которому была отдана значительная часть жизни.

Слушал их и, казалось, погружался в историю развития МТС, «Белсельхозтехники», «Белагроснаба» и «Белагросервиса». Несколько строк в ней принадлежит и заслуженному работнику сельского хозяйства БССР, кавалеру двух орденов Трудового Красного Знамени Владимиру Шаблюку, который отдал этой отрасли более 40 лет.

Совсем молодым пареньком пришел он трактористом в Милославичскую МТС Климовичского района. На западе еще гремели залпы войны, Шаблюку хотелось в армию, но в военкомате сказали «нет», нужно возрождать сельское хозяйство.

— Вы еще молодой. Пойдете на курсы трактористов, а потом — в МТС. Но учтите, там будет не легче.

Так и было. Шаблюк по сей день прекрасно помнит, как на помощь из России прислали партию тракторов. А вместе с ними после окончания курсов и молоденьких девочек. Но что они могли сделать? У некоторых не получалось даже завести трактор — сил не хватало. Если нужно было что-то починить, то обращались к нему. Бывало, дневал и ночевал около тех тракторов. На молодость никто скидок не делал.

— Вся жизнь у меня связана с работой в подразделениях по обслуживанию сельского хозяйства, — вспоминал Владимир Иванович. — В Узденском районе, куда по решению партии перевели отца-педагога, призвали в армию. Там прошел хорошую школу по ремонту танковой и колесной техники, что потом очень пригодилось в жизни.

Чем заняться на гражданке, где применить полученный опыт и практические навыки — такой проблемы перед Шаблюком не стояло. Конечно же на наших гигантах — тракторном или автомобильном заводе. Но когда решил пойти на МАЗ, то ему зажгли «красный». Даже несмотря на то, что на руках было уже направление в общежитие. А когда в открепительном талоне увидел направление в Узду, понял — упираться было бесполезно. Если партия сказала надо — значит, надо.

Первый секретарь райкома партии сразу же распорядился направить Шаблюка в Узденскую МТС, где на выбор предложили две должности — заведующего мастерскими и начальника мехотряда. Выбрал первую, более близкую и знакомую, тем более что за четыре армейских года освоил все тонкости кузнецкой, сварочной и токарной работы. Можно сказать, был готовый специалист. Не хватало только специального образования.

В МТС предложили идти учиться. Знали, не откажется. Основание для этого было довольно веское — к тому времени пленум ЦК КПСС принял решение направить лучших специалистов машинно-тракторных станций на учебу. Нужно было всерьез заниматься механизаций отрасли. Думали-гадали, на ком остановиться, и решили, что лучшей кандидатуры в МТС, чем Шаблюк, не найти. Если бы у него за плечами было 10 классов, оказался бы в Мариупольском институте, а с семью — попал в Жировичский сельхозтехникум.

Два года пролетели довольно быстро. Знания давались легко, поэтому учебу закончил с отличием. По возвращении в родной коллектив молодому специалисту предложили на выбор несколько должностей, в том числе и главного инженера. Отказался. Попросился на старое место — возглавить мастерские. Но начальство все чаще намекало на более солидную должность. В конце концов сдался, где-то через год все-таки возглавил инженерную службу. И потом, как он заметил, пошло-поехало: спустя 12 лет после армии стал директором Узденской сельхозтехники. А когда район расформировали, возглавил аналогичное предприятие в Дзержинске, которому отдал 10 лет.

Вместе с Несвижской райсельхозтехникой оно стало опорно-показательным в СССР среди шести таких же предприятий. Сюда приезжали перенимать опыт делегации из Германии и Финляндии. Здесь проходили различные семинары и учебы, а коллектив художественной самодеятельности считался одним из лучших в отрасли. Но самое главное — Шаблюк смог сплотить коллектив, завоевал авторитет, поставил работу так, что предприятие постоянно улучшало производственные показатели. Первыми в республике освоили поверхностно-послойную заготовку торфокрошки. С подачи Шаблюка на предприятии организовали цех по ремонту двигателей, который впоследствии перерос в мотороремонтный завод. Сначала их восстанавливали для района, а потом и области. Но через некоторое время в верхах посчитали, что пользы будет больше, если выделить цех в самостоятельный завод. А чтобы хоть как-то поддержать работников сельхозтехники, дали предприятию возможность построить шестидесятиквартирный жилой дом. Правда, при условии, что половину квартир в нем получат будущие заводчане, а остальные — сельхозтехника.

После прошедшего в Дзержинске и Несвиже всесоюзного семинара добрая слава о предприятии пошла по всем регионам бывшего Союза. Шаблюк не раз выезжал делиться опытом в Горьковскую, Московскую области, другие регионы СССР.

— Наш коллектив художественной самодеятельности приглашали на юбилей вашей газеты, — с гордостью заметил Владимир Иванович. А вот сколько ей тогда было лет, не припомнил. Судя по нашим общим подсчетам — 50. — Не раз представляли и к ордену Ленина.

На бумагах о представлении к этой высокой награде Владимира Шаблюка тогдашний секретарь ЦК КПБ Федор Сурганов написал четыре буквы: ОТКЗ. Когда об этом стало известно в коллективе, председатель областного объединения сельхозтехники Степан Галай отправился в ЦК разбираться.

— Неужели? Почему отказать, в чем дело?

— Да не отказать! — ответил Федор Анисимович. — Молодой еще, только 34 года, успеет, заработает. А ОТКЗ означает другое — орден Трудового Красного Знамени.

Вторую аналогичную награду Шаблюк получил за вклад в производство продувочных котлов высокого давления для животноводческих ферм республики и высокие производственные показатели. Затем было звание заслуженного работника сельского хозяйства республики — за успехи в механизации ферм.

Когда в областную сельхозтехнику понадобился заместитель, то за кулисами уже все было решено — быть им Шаблюку. А для области катки проверки отправили в Россию выбивать туки. Не знал он об этом намерении. Но когда секретарь обкома Николай Прокопенко и руководитель облсельхозтехники Степан Галай по возвращении Шаблюка приняли положительное решение, то изменить его было уже практически невозможно. Тем более что это было мнение партии...

Богатая биография у Шаблюка. Много о чем он мог рассказывать, вспоминать работу в сельхозтехнике, как шефствовало предприятие над двумя хозяйствами. Но одной из важнейших заслуг ветеран считает вклад в увеличение плодородия почвы столичной области. Когда был руководителем областной сельхозхимии, в ней увеличилось количество гумуса. Таких регионов в Союзе было раз-два и обчелся. Для этого нужно было перевезти сотни тысяч тонн торфокрошки, пропустить ее через фермы, а потом органику вывезти на поля, которые всегда благодарили высокими урожаями.

Анатолий ЦЫБУЛЬКО, «БН», Михаил ЛУЧИЦКИЙ

Фото Николая ВОЛЫНЦА, «БН»

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?