Верная Муся

Живет в Сураже замечательный человек, и вы его знаете по публикациям в «Р»
Сергей Ремизов — охотовед и писатель

Живет в Сураже замечательный человек, и вы его знаете по публикациям в «Р»

В жизни Сергея Ремизова — автора полюбившихся читателям «Р» новелл о жизни живой природы произошло памятное событие. В издательстве «Мастацкая лiтаратура» вышла в свет его первая книга — «Записки охотоведа», и мы от души поздравляем Сергея Дмитриевича с литературным дебютом.

Многое из того, что вошло в сборник, давним читателям нашей газеты хорошо известно, так как именно в «Р» творчество этого талантливого рассказчика представлено наиболее полно. Около двухсот его новелл, в которых с любовью описываются заповедные уголки российского Дальнего Востока, Казахстана, Узбекистана, Кавказа, Украины, Беларуси, где он охранял природу от браконьеров, увидели свет на наших страницах. И мы надеемся, что сотрудничество продолжится. Ведь, хотя годы опасных приключений и странствий у принципиального и отважного инспектора остались в прошлом, он всегда найдет, о чем рассказать.

В городском поселке Сураж недалеко от Витебска, где Сергей Дмитриевич теперь живет вдвоем с супругой, у него множество питомцев — собак и котов. Все они — герои его рассказов. В них он души не чает, и они, кажется, делают все, что в их силах, чтобы помочь своему хозяину с сюжетами.
Из-за них он, кстати, и остался в Беларуси, где проработал последние годы перед выходом на пенсию. Закончив службу, задумал было вернуться на полюбившийся ему Дальний Восток, поселиться в каком-нибудь таежном поселке и вести размеренную жизнь отшельника. И даже вроде бы начал собираться в дорогу. Но вдруг подумал, что никуда отсюда он не тронется. Отдать собак и котов некому, тащить их с собой за тысячи километров невозможно, а чтобы предать своих питомцев, многих из которых в свое время выкармливал из соски, и бросить здесь бродяжничать — такой мысли он тоже не допускал.

Впрочем, возможно, это только предлог. Ведь он, тонкий ценитель живой природы, не мог не прикипеть к этой земле. И не мог не заметить, что белорусские леса и болота дарят наблюдательному человеку не менее увлекательные сценки из тайной жизни их обитателей, чем те, что наблюдал он когда-то в таежных дебрях или плавнях южных рек. А потому нас еще ждут встречи с героями Сергея Ремизова.





Имя кошечки до ее появления в нашем доме мы с женой, конечно, не знали, ну а сейчас она Муся.
Впервые мы увидели ее с нашим песиком Ромкой в ноябре прошлого года во время каждодневной предвечерней прогулки вдоль глубокого оврага, по дну которого, извиваясь, протекает речушка Неворожка. Темная белогрудая кошечка сидела на небольшом обрывчике над водой, но при нашем появлении стремительно бросилась в высокую пожухлую траву и исчезла.


Наши встречи с ней после этого случая происходили довольно часто. И по-прежнему она всегда сидела на одном и том же месте и всегда, увидев нас, исчезала. В том, что она чья-то, я даже не сомневался, хотя несколько раз кошечка заходила и в нашу усадьбу, о чем нас сразу же извещал яростным лаем наш доберман.

Услышав его лай в саду, я сразу же выбегал из дома и уводил пса в закрытый вольер. И кошечка перестала посещать наше подворье. Но, как выяснилось впоследствии, была она беспризорной и ходила в поисках пищи по другим дворам. Тем не менее на берег, где не было ничего съестного, кошечка продолжала упорно ходить, и это было видно уже по следам на снегу.

И вот зимой, в самый разгул жестоких морозов, до тридцати и более, я увидел животное возле нашей колонки в таком ужасающем виде, что мне даже жутко стало. Это был скелет, покрытый взлохмаченной шерстью. Ни секунды не колеблясь, я позвал беспризорницу: «Иди, миленькая, ко мне. Будешь теперь у нас жить». И эта несчастная не побежала ко мне, а буквально поползла на двух передних лапках, так как задние ее уже не слушались.

Первым делом мы с женой накормили грязную, дурно пахнущую кошечку, которую сразу же назвали Мусей, кусочками рыбы и мяса. Затем напоили молоком. Много на первый раз не дали. И только после этого хорошенько выкупали ее и уложили в мягкую постельку на широкой лавке возле горячей печки. Целую неделю Муся прижималась к кирпичам, как прилипшая. Еду мы ей прямо в постель подавали. Потом слезла потихоньку и уже на четырех лапках подошла к двери и попросилась на улицу. В тазик с опилками категорически отказалась ходить.

Вернувшись с улицы и взобравшись на свое место, Муся уже игриво хватала лапкой проходящих мимо нее кошек Катерину, Юлю и здоровенного, ласкового и добродушного кота Леньку. Кошечки со страхом отпрыгивали, а Ленька останавливался и с большим интересом начинал разглядывать нового члена нашего семейства. Ленька у нас стерилизованный и поэтому, несмотря на то что ему уже на второй десяток перевалило, остается игривым, как котенок, нянькой и другом остальных наших кошек и продолжает вместе с ними активно ловить мышей, крыс и кротов. Это он в рассказе Ленька, а так мы его Ленечка называем. Всегда помогает разные работы по хозяйству делать. А чтобы мне удобнее было работать, запрыгивает на плечи и прочно там сидит, как бы я ни пытался стряхнуть его.

За эти дни в том месте, где долгое время сидела кошечка, под обрывчиком нашли вмерзшую в лед погибшую женщину. Судя по всему, это была ее хозяйка, которую верная Муся не могла покинуть, несмотря на то что очень страдала от холода и голода. Погибшая жила в другом конце нашего поселка, и как кошечка нашла место ее гибели, остается неизвестным, как остается тайной и то, как женщина оказалась в том месте.

Но время — лучший лекарь. Через месяц нашу Мусю было уже не узнать, она из истощенного существа превратилась в холеную кошку зрелого возраста, но с таким веселым характером, что, даже оставаясь дома вне компании своих сородичей, устраивает на нашем с ней диване настоящий раскардаш. На улице же она часто носится с распушенным хвостом, расшвыривает под деревьями листья или катает впереди себя камешки. Ее характер, правда, имеет и обратную сторону: она не терпит, когда что-то делается вопреки ее желанию. Когда берем ее на руки, она нежно мурлычет и обнимает лапками. Но стоит опустить Мусю на пол или на землю, как она гневно разворачивается и дважды бьет лапкой по обуви со злым шипением.

Впрочем, эти выходки мы ей, как и всякой красавице, прощаем. А красоты она стала необыкновенной: палевый с черными пятнами окрас от головы до полосатого хвоста и черная полоса также от самой головы, обрамленная с двух сторон двумя извилистыми полосками. Мордашка у нее тоже темная, но с белыми щечками. Горло, грудь, живот и лапки белые. Только на передних лапках темные полосатые «ботфортики».

Спит Муся только рядом со мной, возле головы. А когда ей ночью на улицу нужно выйти, тихонько хлопает лапкой меня по носу. Жене, правда, спать немного похуже — на ее диване три кошки.

Когда она начала выходить из дома во двор, я взял ее на руки, подошел к большому псу Тимке и сказал: «Это теперь наша кошечка, не обижай ее».

Этого было достаточно, чтобы пес не преследовал Мусю. И когда она сначала с опаской пробиралась мимо него в огород и на поляну, Тимка делал вид, что не замечает ее. Подошел и обнюхал лишь тогда, когда Муся освоилась и перестала его бояться. А вот с Ромкой дела посложнее обстоят. Когда Муся впервые вышла во двор, он радостно бросился к ней знакомиться, но кошка так цыкнула на него, как маленькая петарда, что Ромка пулей отлетел в сторону метра на два. С той поры он проходит мимо нее со страхом. А Муся поняла, что Ромка трусишка, и даже из засады на него выпрыгивает. На прогулки она ходит с нами вместе. Но дальше того злополучного места в овраге не заходит.

Сергей РЕМИЗОВ
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...