Народная газета

Венера подружилась с Марсом

Современные феминистки очень любят мужчин: как изменилось женское движение

Удивительные метаморфозы порой происходят с понятиями, знакомыми нам едва ли не с детства, но дойти до сути которых большинство из нас так и не удосужилось. Взять хотя бы определение “феминизм”. Для многих мужчин оно давно стало бранным словом, олицетворяющим доминанту слабого пола над сильным и неприкрытое стремление женщин вернуть общество в эпоху матриархата. Между тем феминистки, начиная борьбу за движение равноправия, и не предполагали, до какой степени извратит гендерный вопрос современность.

Психолог, коуч и специалист по гендерным вопросам Лилия Ахремчик уверена: если первая волна феминизма и носила жесткий характер (а как иначе можно было разбить каменную стену шаблонов и стереотипов в отношении интеллектуальных способностей наших прапрапрабабок?!), то уже в 60-х годах прошлого столетия страсти улеглись. Женщины всего-то и захотели — изжить патриархальный уклад семьи.

— Проще говоря, именно в домостроевском принципе построения отношений тогда виделся основной источник угнетения женщин?

— Давайте посмотрим на эту проблему с точки зрения настоящего, а не прошлого, — предлагает специалист. — Сегодня, наконец, пришло понимание, что принцип “обязан обеспечивать семью, должен быть главным и сильным” губителен не только для женщин, но и для мужчин. Очень трудно постоянно соответствовать какому-то клише. И глупо требовать от женщины, живущей в XXI веке, тех черт, которые считались признаком аристократизма лет двести назад: мы шагнули далеко за пределы кухни и детской. Поэтому — да, просвещенное общество уже столетия назад полагало, что домострой в отношениях вредит обоим — и мужу, и жене. Феминистки не пытались быть вместо мужчин, они хотели быть вместе с ними. Они боролись за равные права в решении материальных проблем в вопросах воспитания детей, распоряжения своим телом и своей жизнью по своему усмотрению, потому что роль женщины в семье и обществе в те времена действительно была слишком ограниченна, а ее права безбожно попирались.

— Тем не менее даже в наши дни, особенно в Западной Европе и США, периодически раздаются воинствующие сексистские призывы “сильных и независимых” мужененавистниц.

— Радикальный феминизм в наши дни, безусловно, отталкивает. Многие мужчины в буквальном смысле слова ненавидят 8 Марта, называя это “шабашом феминисток”. Я считаю, что борьба делает из женщины воина, но ни один представитель сильного пола не захочет приходить каждый вечер домой к викингу в юбке. Все, что человек делает с агрессией, более того, если при этом на него непосредственно не нападают, говорит о том, что в душе этого человека есть боль, которую он пытается заглушить. Эту боль, чаще всего, ему причинили в детстве, и сделали это родители. Можно предположить, что, сражаясь со всем мужским миром, женщина на самом деле воюет со своим отцом. У нее может быть обида, может быть желание мести, может быть ощущение брошенности и тому подобное. За всем этим можно услышать отчаянный призыв: “Папа, люби меня!” Эти неосознаваемые чувства приносят душевные страдания и вызывают агрессию. Именно поэтому чаще всего радикальные феминистки — не очень счастливые женщины.

А вот разумных, целеустремленных феминисток есть за что благодарить. Многие их достижения мы воспринимаем как должное. Большинство из нас позабыло, что не так давно, всего чуть более ста лет назад, университеты были сугубо мужскими заведениями. “Я не могу признать женский пол по особенностям его конституции, умственным и душевным его качествам ни способным изучать анатомию, ни приобретать юридические сведения...” — написал попечитель Дерптского учебного округа фон Брадке в отзыве по вопросу о допуске лиц женского пола к слушанию лекций в Министерстве народного просвещения в 1861 году. В итоге доступ им в высшие учебные заведения в Российской империи был запрещен вплоть до 1869 года. Возникшее право на высшее образование, на научную и преподавательскую работу в течение XIX века неоднократно прерывалось.


— Вплоть до начала прошлого века всерьез обсуждался вопрос, могут ли женщины быть врачами. Весь драматизм этой ситуации хорошо отражен в сериалах вроде “Доктор Куин” или “Версаль”.

— Да, долгое время представительницы прекрасного пола, желавшие обучаться врачебному делу, были вынуждены делать это тайно, опасаясь судебного преследования. И только в 1901 году первая женщина-врач получила звание доктора медицины! Сегодня же профессию медика невозможно представить в ином качественном составе: более 80 процентов врачей на постсоветском пространстве — женщины.

А как вам такой пример: немецкий философ Артур Шопенгауэр утверждал, что “женщины не имеют ни восприимчивости, ни истинной склонности ни к музыке, ни к поэзии, ни к образовательным искусствам... Женщины существуют единственно только для распространения человеческого рода, и этим исчерпывается их назначение”. Полагаете, Софье Васильевне Ковалевской, математику, первой в мире женщине-профессору и члену-корреспонденту Петербургской академии наук, было легко преодолевать подобные стереотипы? А Юлии Лермонтовой, доктору химии, которую с радостью принимал сам Менделеев? Эти женщины потратили десятилетия своей жизни на то, что мы можем получить естественным ходом событий.

Самое ценное, что сделали феминистки, — они добились того, что женщина в современном мире чувствует себя человеком. Практически все, что нужно для равенства прав (подчеркиваю, прав, а не полов), уже достигнуто в большинстве цивилизованных стран. И наши законы ориентированы на гендерную справедливость и в большой степени — на защиту материнства и детства. К слову, у нас очень лояльный Трудовой кодекс к беременным женщинам и женщинам, имеющим детей.

— С другой стороны, и перекосов хватает: до сих пор в декретный отпуск по уходу за ребенком в 99 процентах случаев идут мамы, а после развода суды крайне редко оставляют ребенка с отцом.

— В данном случае срабатывают общественные стереотипы, потому что законодательно (если говорить о правах) подобных ограничений нет. Судьбу одних людей вершат другие люди, ограниченные собственным восприятием жизни и собственными (нередко, патриархальными) убеждениями. Плюс к этому, если говорить о большинстве населения, то с детьми в отпуске по уходу за ребенком папы не сидят не потому, что не хотят этого, а потому, что на мамину зарплату два-три иждивенца, коим становится и супруг, существовать не смогут. В целом женщины в нашей стране зарабатывают меньше мужчин.


И снова вернемся к стереотипам: если отдельный конкретный папа и согласен воспитывать ребенка, пока мама зарабатывает деньги и строит карьеру, то его осудит большинство людей из окружения семьи: “Ты не мужик!” Патриархальное устройство общества вынуждает мужчину изображать из себя добытчика, хотя на деле не может обеспечить его работой с доходом, позволяющим полноценно содержать семью. На микроуровне, на уровне семьи у нас работают оба супруга, чаще всего, и нередко так бывает, что женщина зарабатывает даже больше мужчины, однако на макроуровне разговоры о партнерстве и равноценности в отношениях вызывают у многих людей раздражение и отторжение. Сильны общественные установки и ожидания.

Но все меняется. Люди стали больше путешествовать, во время зарубежных поездок впитывают новое от разных культур и ментальностей. Занимаются обучением и саморазвитием, в том числе становятся клиентами психологов, психотерапевтов-коучей, посещают психологические тренинги, чтобы разобраться в себе и причинах своих проблем. Растет психологическая культура населения. Люди учатся мыслить самостоятельно, избавляясь от родительских сценариев. Общество медленно, но уверенно становится более открытым и свободным. А ведь нужно только десять процентов людей, мыслящих иначе, чтобы сработал принцип “домино”.

— И все же нередко на публичном, медийном пространстве сквозит сексизм по отношению к женщинам...

— Действительно, частенько можно прочитать или услышать фразы, унижающие женщину интеллектуально, эмоционально, физически. Это все отголоски тех самых времен, когда считалось, что “курица — не птица, баба — не человек”. Убеждение, осевшее в умах не очень далеких и не очень образованных мужчин, продолжает жить и ранить людей. Ведь достаточно только ознакомиться с психологией личности, с различиями в психологии, восприятии мира и мышлении мужчин и женщин, чтобы понять, что ни один из двух полов не хуже и не лучше. У нас есть схожие потребности, желания, цели и мечты, не обусловленные навязанными представлениями о мужском и женском предназначении. Мы разные, но мы равноценные. Для полноценности бытия нужны и мужчины, и женщины, как равнозначные структуры мироздания.

По правде говоря, в отношении мужчин в обществе тоже присутствует сексизм. Например, в нашей стране мужчины обязаны проходить воинскую службу, женщины — нет. Да, женщины рожают детей в отличие от мужчин. Но ведь при этом ни в одной цивилизованной стране нет закона, обязывающего каждую даму фертильного возраста при наличии здоровой репродуктивной системы производить на свет потомство. Единоличное право, делать аборт или нет, есть только у женщины.

Даже на ментальном уровне общество отказывает мужчине в том, чтобы он был человеком. Живым, эмоциональным, реагирующим. Ему нельзя переживать и показывать свои чувства. Ему нельзя быть слабым, нерешительным, неуверенным. С одной стороны, он должен вести себя, как стальной Робокоп, игнорируя чувственную сферу, а с другой — ему нельзя проявлять свою природную агрессию. Чем не двойные стандарты?

От мужчины ждут ответственности “за себя и за того парня”, то есть — за инфантильную женщину, которая не хочет ничего решать, а хочет новое платьишко. Сдается, многие мужчины прилично устали от такой модели женского поведения и ищут настоящих спутниц жизни: уверенных, надежных, целеустремленных и одновременно нежных и добрых.


— Какова сегодня роль женщины в том, что традиционные семейные ценности претерпевают серьезные изменения? “Гражданский”, “открытый”, “гостевой” брак, движение чайлдфри, пропагандирующее бездетность, многократно возросшее количество разводов, идеология “одиночки” — это ведь тоже результат того, что слабый пол вырвался из границ кухни и детской?

— В мире все может быть и все должно быть представлено. Важно, что появляется множество моделей поведения, отношений, способов существования. При должном уровне общественной терпимости каждый человек может найти себя в той модели, которая сделает его счастливым, будь то мужчина или женщина. Главное, чтобы пару устраивал сделанный ею выбор. Зависит ли такое разнообразие от ощущения свободы самой женщины? Да. В далекие времена выбор был предопределен и однозначен.

В ТЕМУ

История мирового женского движения традиционно подразделяется на три этапа.

Первая волна — относится главным образом к суфражистскому движению XIX и начала XX века, в котором ключевыми вопросами были права собственности для замужних дам и право избирательного голоса для всех женщин.

Вторая волна связана с женским освободительным движением, которое начало развиваться с 1960-х годов и выступало за полное юридическое и социальное равенство женщин и мужчин.

Третья волна начинается в 90-е годы прошлого столетия. Ее характерные черты — антирасизм, интернационализм и дестигматизация женской сексуальности (в частности, отношение к порнографии как к одному из способов эксплуатации женщин, характерное для второй волны, в третьей сменяется на разнообразные, в том числе диаметрально противоположные точки зрения).

konopelko@sb.by

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?