Источник: Знамя юности
Знамя юности

Валентина Рубцова: я бы запретила всем детям регистрироваться в соцсетях

Фото из личного архива Валентины Рубцовой
Актриса Валентина Рубцова рассказала «Знаменке» о том, как она изменилась за годы, проведенные со своей героиней Таней из ситкома «СашаТаня», какие страхи появились в ее жизни с рождением дочери и почему нужно часто мыть полы в доме.

Валя, каково вам вот уже почти десять лет жить на две семьи: собственную и кинематографическую – с Андреем Гайдуляном?

– Это такая же работа, как и любая другая, ведь с командой «Стоп мотор!» я уже не Таня, а Валя и никаких шлейфов семейной жизни Тани и Саши домой не приношу, все оставляю на съемочной площадке. Хотя, встречая на улице, большинство людей все равно называют меня Таней. По природе своей я интроверт и не очень хорошо переношу, когда внедряются в мое личное пространство. Бывает, что не успеваю даже среагировать, как молниеносно подходят, хлопают по плечу: «О, это же ты!» И при этом зачастую не могут вспомнить ни имя героини, ни мое собственное. Такое поведение я, конечно же, не приветствую. Но если человек называет меня по имени, говорит какие‑то хорошие слова, соблюдает дистанцию – а сейчас особенно, то таким людям я очень благодарна за понимание и воспитанность.

– Кто больше изменился за эти годы – вы или Таня? Какие перемены в себе отмечаете? Характер ведь так или иначе меняется с годами, и не всегда в лучшую сторону…

– Безусловно, меняется и  героиня, и я сама, как любой человек. Но думаю, что внутренний стержень, который был заложен в детстве родителями, семьей, моим собственным отношением к происходящему, остается неизменным. Это жесточайшая самодисциплина в первую очередь, а в таких длительных проектах, как «СашаТаня», даже не необходимость, а самый главный залог существования и продолжения любого проекта. За время съемок в ситкоме я успела завести семью, родить ребенка, конечно же, мое отношение к происходящему вокруг меняется. Сейчас чувствую себя намного лучше, чем 13 лет назад, когда только начинались съемки «Универа». Например, я только несколько лет назад пришла к пониманию, что нужно пить чистую воду в большом количестве. Очень быстро увидела разительные перемены – и в самочувствии, и в характере, и во внешности. Только сейчас понимаю, что чистая вода – это одно, а чай, кофе и прочие напитки – это не вода, а еда. Сама я выпиваю 2,5–3 литра чистой воды в день, и по возможности теплой, это тоже очень важно.

– Утро начинается с воды?

– Да, это мой незыблемый ритуал – выпить сразу литр теплой воды. После этого делаю зарядку, а потом уже завтракаю. Мне кажется, если я когда‑нибудь начну утро иначе, то внутри меня сразу поселится хаос, настолько все в моей жизни упорядоченно и разбито по пунктикам. Встала, выпила воды, протерла льдом лицо, нанесла крем, позанималась спортом, позавтракала. У меня своя формула здоровья – завтрак нужно заслужить.

– А рождение дочери как на вас повлияло?

– Вместе с материнством появилось огромное количество страхов, в первую очередь за ребенка. Я стала осторожнее, хотя и раньше не была экстремалкой, но сейчас особенно себя берегу. До рождения ребенка у меня было невероятное желание попасть в проект «Ледниковый период», очень расстраивалась, что меня туда не приглашали. Но вот сегодня я бы туда не пошла ни за какие коврижки! У меня есть ребенок, есть моя работа, и я не могу подвергать себя опасности. Я получаю удовольствие от других вещей, мне вполне хватает утренних тренировок, когда занимаюсь йогой и растяжкой. Мне нравится чувствовать себя здоровой, гибкой, наполненной энергией. И все это могу получить у себя дома, тренируясь на коврике, мне не нужно для этого идти в спортзал, тягать железо. Как интроверт, я нашла для себя оптимальный вариант и сама себе разработала комплекс из силовых упражнений, йоги и растяжки.

– Вы с юности занимались гимнастикой и до сих пор демонстрируете чудеса гибкости. Это генетика или большая работа над собой?

– Никакой генетики тут нет! Потому что когда у меня случился перерыв в связи с рождением ребенка и спустя время я начала тренироваться, было ощущение, что я никогда в жизни до этого вообще не занималась. За несколько месяцев ушло все, что было наработано с самого детства. Я наверстывала все с нуля, и теперь папа мне пишет: «Да ты шпагат делаешь лучше, чем в 12 лет!» А я вообще терпеть не могла растяжку, когда нас заставляли это делать тренеры.

С сериальными родственниками – мужем Сашей Сергеевым и сыном Алешкой

– В еде у вас какие предпочтения?

– Люблю по утрам полезный легкий завтрак. У меня есть стандартный комплекс, который ем почти каждый день. Делаю себе гуакамоле: перемешиваю авокадо, соль, перец, лимон и оливковое масло – и делаю бутерброд с цельнозерновым хлебом. Могу добавить пару желтков, огурчик, помидорчик, получается очень вкусно и сытно. И обязательно чай матча с сушеной хурмой. Если этих продуктов нет, то, считай, день не задался.

– Какие‑то женские слабости у вас есть, чем можете себя побаловать?

– Для меня мой образ жизни не является ограничением в чем‑либо и не доставляет дискомфорта. Меня удив­ляет, когда люди спрашивают: «Ну, что на выходных будешь делать, пойдешь куда по­тусить, вкусно поесть?» Вкусно поесть я могу в любой день, заказываю специальное сбалансированное питание. Алко­голь не приемлю вообще никакой, попробовала в 16 лет и поняла, что это не мое, так же как и сигареты. Меня тошнило после них так, что на всю жизнь пропало желание пробовать. У меня свои варианты отдыха и расслабления, в первую очередь семья: муж и ребенок – мои самые лучшие антидепрессанты. Выпиваю чашку чая матча и чувствую такой прилив энергии... Многие меня не понимают, говорят: «А как же ты расслабляешься?» А я не настолько напрягаюсь, чтобы мне нужно было снимать напряжение алкоголем. Я настолько перестроила свои рецепторы, что мне абсолютно все равно, кто что ест и пьет, пусть и рядом со мной, мне ничего этого не хочется. Да, я могу съесть кусочек домашнего торта, зная, из каких продуктов он приготовлен, но не более того.

– Ну хоть какие‑то поблажки в своем перфекционизме вы себе делаете?

– Иногда, конечно, нужно отпускать себя и немного расслабляться, например не мыть полы по вечерам после работы, но я же так не могу. Вчера вот проснулась в пять утра, отработала 12 часов, вернулась ночью и перемыла все полы в доме. Аргументирую тем, что утром я проснусь и у меня все вокруг будет чисто. Проснулась, сделала зарядку, а потом вдруг увидела объявление на подъезде, что у нас отключают воду. И поняла, какая я молодец, что не стала лениться и прибралась вечером. Да и потом, уборка для меня тоже часть медитации, мозг разгружается, даже когда просто моешь полы.

– Вы только к себе так критичны или домашних тоже достаете контролем?

– Признаюсь, иногда достаю, но в основном стараюсь держать себя в руках. Я склонна думать, что людей не переделать, и стараюсь даже не пытаться. Только сам человек может себя изменить, если сильно постарается. Ни мужа, ни ребенка никогда не пилю за разбросанные вещи и игрушки. С ребенком у нас только диалог, мы разговариваем обо всем, никогда не повышаем голос, тем более не ругаем. Насилие по отношению к ребенку я считаю крайне недопустимым.

С семьей
– Ваши дети практически ровесники – киносын Алешка и родная дочь Софья. Дочка не ревнует вас к экранному ребенку?

– У меня, наверное, самый мудрый ребенок в мире. Софья так формулирует свои мысли и свое отношение к окружающему, что я порой пребываю в приятном шоке. Соня очень умная девочка и никогда меня ни к кому не ревновала. Недавно забавная история произошла: едем на съемках с Артемом (который играет сына Сергеевых Алешку) в машине, и он мне сообщает, что у него шатается нижний зуб, и показывает какой. А я смеюсь в ответ: «Артем, ты не поверишь, но у моей Сони шатается ровно такой же клык, только с другой стороны». И по характеру дети похожи – оба спокойные, рассудительные. Пока они, правда, не знакомы, моя дочка живет в Сочи, а Артем – в Москве. Пару лет назад Соня была у меня на съемках, наблюдала весь процесс, но Артем в тот день не снимался. Тогда дочка не проявила большого интереса к кинематографу, а сейчас уже начинает активно вникать, расспрашивает меня обо всем, что на съемочной площадке происходит.

– Сейчас в школе, а ранее в детсаду имя известной мамы давало Соне какие‑то преференции? Многие хотят подружиться?

– В садик дочка не ходила, у нас не было такой необходимости, она прекрасно проводила время дома с родными. Сейчас дочка учится в третьем классе, и мы заранее попросили директора школы и педагогов, чтобы никто не акцентировал внимание на том, кто у Сони мама. Когда прихожу забирать ее, вижу, что мальчики иногда рассматривают со стороны, могут спросить: «Это твоя мама?» – но не более. Да и потом, сейчас дети такие, что для них человек из телевизора не является чем‑то сверхъестественным, не то что в пору нашего детства.

– Соне первого декабря исполнилось девять лет. А вы до сих пор не показали ее лица, не выходите с ней в свет. С чем это связано?

– Я категорически убеждена, что ребенку в медиапространстве до 18 лет делать нечего, так же как и в соцсетях. Я бы запретила на законодательном уровне регистрацию несовершеннолетних в любых социальных сетях. И своей дочери я также не разрешу создавать никаких аккаунтов – в TikTok, Instagram и прочих: ни сейчас, ни через год-два-три. Но я объясню ей, почему так поступаю. Объясню, чем отличаются реальные и подмененные ценности, что такое настоящий человек и что такое человек, который хочет выглядеть тем, кем он не является, а лишь хочет казаться. Конечно, дочка пользуется интернетом, играет в игры, которые мы все вместе выбираем. Дочка очень любит рисовать и сама нашла для себя несколько программ по рисованию. Подобную образовательную часть я поддерживаю, потому что понимаю, что за онлайн-образованием будущее, оно с нами останется навсегда. Но я против влияния соцсетей на неокрепшие детские умы и против весьма неоднозначных кумиров из того же TikTok. Я своей дочке объясняю, что популярность и талант – две разные вещи. Что человек, который действительно обладает особым даром, крайне редко становится популярным, и большое чудо, когда два этих момента совпадают.

– Не боитесь, что, так тщательно оберегая своего ребенка, вы не подготовите его к реалиям окружающей действительности?

– Опасение всегда есть, и я его не скрываю. Как я уже сказала, с рождением ребенка мы живем с множеством разных страхов. Но в любом случае дочь ходит в школу, там происходят главные коммуникации. Она общается со сверстниками, слышит слова, которые в нашей семье не произносятся, видит отношение разных людей к миру. Все моменты, которые важно объяснить девочке ее возраста, мы Соне, конечно, объясняем. Уберечь от всего невозможно, но, если есть хотя бы малейшая возможность задать правильный вектор в жизни ребенка, надо всеми силами постараться это сделать. Хотя бы для того, чтобы потом сказать самому себе: «Я сделал все, что мог». Именно поэтому мы не показываем ребенка, отказываемся от всех совместных съемок на телевидении и в журналах. Зачем такая повышенная нагрузка на неокрепшую психику? С мужем у нас абсолютная солидарность в этом вопросе, мы все решаем обоюдно. Когда Соня подрастет, она сама сможет сделать осознанный выбор, а пока за нее решаем мы, родители.

– Как вы провели этот непростой год, как встраивались в новую реальность?

– Я интегрировалась в нее совершенно спокойно и комфортно, потому что я интроверт. Все последние годы я очень много работала, а тут выдалось время, когда могу побыть с семьей, никуда не лететь, не спешить, высыпаться, правильно питаться, заниматься ребенком.

– Может, какие‑то новые блюда освоили?

– Ну вот чего не дано мне, того не дано, не умею я готовить. И муж мне говорит: «Ну зачем тебе это нужно, лучше я сам». Артур прекрасно готовит и делает это с удовольствием. Единственное мое кулинарное достижение – я научилась делать панкейки для дочки.

– Редкий муж мирится с тем, что жена не стоит за плитой…

– Мой муж вообще потрясающий, уникальный человек, очень заботливый и внимательный. Заботится обо мне бесконечно, закрывает глаза на все мои недостатки. Если честно, я вообще не понимаю, как муж меня терпит столько лет.  

– А вы на какие недостатки своей второй половины готовы закрывать глаза?

– Да у моего мужа нет недостатков, вот в чем проблема! Я бы, может, и хотела к чему‑нибудь придраться, но он даже поводов не дает.

– В следующем году 20 лет со дня вашего знакомства, и за это время вы не дали ни одного повода для сплетен. На чем держится ваша семь­я?

– Счастье любит тишину – фраза, может быть, шаблонная, но очень верная. Я не приветствую бесконечную демонстрацию своего счастья. Иногда вижу, что люди делают это искренне, но чаще все‑таки чувствуется фальшь, словно пытаются доказать всем, что у них все хорошо. Поэтому я очень дозированно рассказываю о нашей семейной жизни и практически не выкладываю ее в соцсети. У меня есть профессия, благодаря которой меня знают, а семейное счастье – это мое личное дело. А основа семьи, безусловно, в бесконечной любви, взаимном уважении и доверии.
ВАЛЕНТИНА РУБЦОВА

Родилась: 3 октября 1977 года в Макеевке (Донецкая область)

Образование: РАТИ ГИТИС

Карьера: с 1999 по 2003 год была солисткой группы «Девочки» продюсера Игоря Матвиенко. Работала в мюзиклах «12 стульев», «Кошки», снималась в программах «Слава Богу, ты пришел!» и «Большая разница». Известность получила с ролью Тани Архиповой в сериале «Универ». Проект стал успешным, последовало продолжение «Универ. Новая общага», а потом и отдельный сериал «СашаТаня».

Семья: замужем, дочь Софья (9 лет)
Лика БРАГИНА, ООО «ТН-Волгоград» (специально для «ЗН»)

Фото из личного архива Валентины Рубцовой
Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter