В Здравнево – свое «Репино»

Красота белорусской деревушки вдохновила великого русского живописца на строительство дома в стиле модерн. Илья Репин, как любой художник, мечтал о загородном доме, куда бы он мог на лето уезжать из шумного Петербурга, где бы природа вдохновляла его на создание новых полотен. Художник присматривал дом в Подмосковье, но потом, оказавшись на Витебщине, облюбовал здешнее имение Софиевка. Позже он вернул ему старое название Здравнево. Эту усадьбу Репин купил в мае 1892-го у одинокой женщины Софьи Яцкевич на гонорар за одну из известнейших своих картин — «Запорожцы», которую продал российскому императору Александру III за 35 тысяч рублей серебром. Вот так сбылась мечта художника.

Почему великий живописец купил себе усадьбу именно под Витебском, продав «Запорожцев» Александру III

Красота белорусской деревушки вдохновила великого русского живописца на строительство дома в стиле модерн. Илья Репин, как любой художник, мечтал о загородном доме, куда бы он мог на лето уезжать из шумного Петербурга, где бы природа вдохновляла его на создание новых полотен. Художник присматривал дом в Подмосковье, но потом, оказавшись на Витебщине, облюбовал здешнее имение Софиевка. Позже он вернул ему старое название Здравнево. Эту усадьбу Репин купил в мае 1892-го у одинокой женщины Софьи Яцкевич на гонорар за одну из известнейших своих картин — «Запорожцы», которую продал российскому императору Александру III за 35 тысяч рублей серебром. Вот так сбылась мечта художника.

Так сегодня выглядит усадебный дом Ильи РЕПИНА.

НО до совершенства здесь было еще очень далеко: места в округе были, да и сейчас есть, красивейшие — лес, берег Западной Двины, но сама усадьба была довольно старой, неуютной, мало походящей на дом художника. Об этом имении сам Репин писал: «Имеет вид простых рабочих хуторов». Но природа взяла верх. Об окрестностях художник не раз тепло отзывался в своих письмах друзьям: восхищался крупной землянике, более теплому, по сравнению с Петербургом, климатом. Репин шутливо приговаривал: «Я где-то между Петербургом и Варшавой».

Нравились ему и сами белорусы. «Славный народ белорусы, очень похожи на хохлов, только работящее, скромнее и добродушнее», — писал художник. Неудивительно, что среди его работ немало портретов наших крестьян — «Косарь-литвин», «Белорус».

Заведующий филиалом «Здравнево» Витебского областного краеведческого музея Алексей СУХОРУКОВ.Что касается дома, то Репин сразу понимал, что будет его перестраивать. Об этом он писал дочери Льва Толстого Татьяне:

«Дом там есть, поместительный, но невзрачный. Сначала я думал сейчас же перестраивать, приспособлять, но теперь благоразумно рассудил: первое лето пережить так, без всякой переделки… Комнаты в доме просторные, потолки высокие — работать можно». Заведующий филиалом «Здравнево» Витебского областного краеведческого музея Алексей Сухоруков рассказывает:

— Художник также писал, что из скучного неустроенного жилища он решил построить себе «нечто, приспособленное к обстоятельствам и местности». Думаю, он имел в виду то, что этот дом станет для него не только местом летнего отдыха, но и работы. Репин ведь был очень трудолюбивым. Вот и здесь в дальнейшем обустроил себе сразу две мастерские.

Илья Репин трепетно подошел к приобретенному имению — перестраивал усадебный дом почти два года, пока не получил задуманное авангардное строение. Даже по современным меркам оно впечатляет своим размахом и причудливыми формами — сразу видно, что за дело взялся художник. При этом он не сносил старую постройку, а просто надстроил над ней несколько этажей.

— Если отсечь от этого дома все, что выше первого этажа, то можно представить, каким был дом Софьи Яцкевич и каким его сделал Репин, — говорит Алексей Сухоруков.

К слову, принимаясь за строительство, Репин изначально обратился к витебским архитекторам. Однако его не устроило их предложение по модернизации усадьбы, и он решил взяться за дело самостоятельно. Возможно, ему помогал его тесть — известный петербургский архитектор Алексей Шевцов.

Разобравшись с проектом, Репин нанял строителей. Но художник настолько размахнулся с масштабом работ, что в одном из своих писем даже писал: «Боюсь, что я очень серьезно развернулся — хватило бы средств на все это. Пока ничего не пишу, все приходится тратить на покупку материалов».

По оценкам архитекторов, дом явно «показывает» влияние на художника итальянской архитектуры. Такой яркий Набросок Ильи РЕПИНА по перестройке главного дома в Здравнево. (Из архива правнуков художника, 1893 год). пример модерна. Это касается и раскраски дома. Репин писал, что выкрасил его в цвет светлого и темного дерева: шли две доски светлые, две более темные — вот такая «полосатая» архитектура. В таком виде дом был настоящей диковинкой для местных крестьян. Художник желал иметь просторную мастерскую с естественным освещением. Для этого в одной из комнат на первом этаже он сделал окно-фонарь в потолке. Вторая мастерская располагалась в восьмиграннике башни. К слову, в обзорной площадке Репин писал один из известнейших портретов своего сына Юрия.

В усадьбу часто приезжали другие художники, ученики Репина, которые также здесь работали. Но, к сожалению, недолго новый дом в стиле модерн радовал и самого Илью Репина, и местных крестьян. После революции младшая дочь художника Татьяна Ильинична отдала две комнаты дома начальной сельской школе, в которой преподавала вместе со своей дочерью. Последние Репины покинули дом летом 1930 года, когда отсюда, дабы не быть раскулаченными, уехала семья Татьяны.

— Дом они продали местным крестьянам на дрова, поскольку он был уж очень ветхим. Призывы и самого Репина, и его дочери к властям помочь с ремонтом, не нашли отклика, — говорит Алексей Сухоруков.

Словом, усадьбу буквально растащили по бревнышку, и от былого величия остался лишь плохо сохранившийся фундамент.

— По другой версии, которую нам озвучил один из посетителей, чей дед жил в этих краях, дом во время войны взорвали немцы. По ведущей сюда и заминированной в те дни дороге фашисты гнали местных жителей впереди колонны своих танков. В отместку партизанам они заложили мины в усадебный дом и взорвали его. Но эта версия не подтверждена, — рассказывает Алексей Сухоруков.

Портрет средней дочери художника.  На рентгене за зонтом увидели написанный ранее дом в Здравнево.После войны, в усадьбе живописца размещался пионерский лагерь от трамвайного депо. Он так и назывался — «Репино». Правда, с художником его мало что связывало — здесь стояли бараки и трамвайные вагоны, где и жили пионеры. В те же годы многие были озабочены судьбой усадьбы великого живописца. Предлагали заняться ее восстановлением и Якуб Колас, и Бялыницкий-Бируля. Но только в 70-х, при поддержке обкома партии, за дело взялись всерьез. Изначально хотели обустроить целый комплекс, включавший и восстановленный дом, и места для размещения художников, которые могли бы здесь работать. Архитекторы даже подготовили проектно-сметную документацию. Но денег, как это часто бывает, на все не хватило. Остановились лишь на восстановлении усадебного дома, а это работа не на один год, ведь чертежей и планов строительства самого Репина не сохранилось. Поэтому дом восстанавливали по рисункам-наброскам и фотографиям. Занимался этим минский архитектор Павел Краколев.

Было всего два рисунка-наброска Репина, по которым сложно что-то построить. Поэтому Павел Павлович очень кропотливо работал и в Питере, и в Москве — искал хоть какие-то следы от старой усадебной застройки. Ему удалось найти некоторые фотографии. Наиболее ценную из них прислала женщина из Тулы, чей муж-геодезист был в Здравнево в конце 20-х годов и, очевидно, сделал один из последних снимков усадьбы. Увидев его, Павел Павлович сказал: вот теперь-то мы восстановим дом с точностью до доски.

Помогли восстановлению и рисунки тестя Ильи Репина, и снимки известного витебского фотографа Сигизмунда Юрковского. Сохранились фрагменты фундамента, по которым очертили контуры дома. Поэтому сегодня восстановленная усадьба Репина стоит на своем исконном фундаменте, первые камни в который заложены еще в середине XIX века. Воссоздать планировку дома помогла внучка художника Татьяна (та самая, что преподавала здесь крестьянским детям вместе со своей матерью), которая из Франции прислала начерченные по памяти от руки планы дома. Музейщики собрали множество экспонатов, воссоздали примерный интерьер дома великого художника. Поэтому сегодня, приехав в Здравнево, даже не думаешь о том, что перед тобой восстановленный, а не подлинный усадебный дом. Жаль только, что невозможно здесь воссоздать почерк Репина: в своем доме он вместе с сыном расписал фресками несколько стен и филенки дверей. Кстати, одна из них (филенка) до сих пор хранится в Петербурге в Доме-музее Бродского.

Илья Репин провел в Здравнево более десяти лет. За это время он написал здесь множество картин. Но, к сожалению, ни на одной из них не изобразил свой авторский дом.

— У него есть портрет средней дочери Надежды, который сейчас хранится в Третьяковской галерее. На рентгене музейные работники увидели, что за черным зонтом, который Надежда держит за спиной, первоначально была нарисована его здравневская усадьба. Но потом художник почему-то решил скрыть ее и нарисовал поверх зонт, — рассказывает Алексей Сухоруков.

Все приезжающие в Здравнево отмечают какую-то ни с чем не сравнимую атмосферу. Вот и нас в дождливый день здешние места встретили заливистым пением птиц. Наверное, и Репина они когда-то также притянули. В этом году здесь будут отмечать 170-летие со дня рождения великого живописца и 25-летие его Дома-музея — отличный повод лично убедиться, чем витебский лес и Западная Двина так покорили Илью Репина.

Яна МИЦКЕВИЧ, «СГ»
Фото Павла ЧУЙКО, «СГ»

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?