Минск
+6 oC
USD: 2.05
EUR: 2.26

В «Верхнем городе» прозвучит «Реквием» композитора Сергея Хвощинского, удостоенный золота Всемирной хоровой олимпиады

«Все стало музыкой»,  такими словами он подытоживает шестьдесят прожитых лет. И так называется его авторский концерт, который состоится 26 октября в «Верхнем городе». «Реквием», изначально посвященный памяти жертв теракта в минском метро, на сей раз прозвучит в память о белорусском дирижере Алексее Шуте, и в этом нет ничего случайного.

Слева Сергей Хвощинский

 Алексей Александрович  замечательный человек и музыкант, добрый гений белорусской музыки. Он дал путевку в жизнь многим сочинениям Сергея Бельтюкова, Дмитрия Долгалева, Андрея Мдивани, Андрея Ходоско и моим говорит Сергей Хвощинский.

В 1992 году Алексей Шут, ученик народного артиста Беларуси профессора Михаила Дриневского, создал музыкальную капеллу «Сонорус». Сначала в ней был только хор, затем, как это было в капеллах Радзивилла, добавился оркестр. Идеальный состав для исполнения белорусской музыки! Капелла долгое время квартировала в Молодечно и до сих пор приписана к Минской области, но ее гастрольные маршруты помимо белорусской глубинки охватывают всю Европу.

После безвременной смерти Алексея Шута в капелле работают два дирижера: молодой амбициозный Александр Хумала и Марина Третьякова, чуть ли не единственная на постсоветском пространстве женщина-дирижер. Это продолжение замечательной традиции, ведь именно в Беларуси на протяжении 50 лет жила и работала первая в СССР женщина-дирижер Татьяна Коломийцева.

Алексей Шут и Сергей Хвощинский

Концерт музыки Сергея Хвощинского в Верхнем городе  инициатива Третьяковой, и она же будет дирижировать в этот вечер. Приятная, но и ответственная миссия, ведь хоровую музыку Хвощинского исполняют лучшие коллективы во всем мире.

 Сочинять я начал еще в детстве рассказывает композитор.  Свою первую песню я сочинил в первом классе на переменке. В четыре года, когда по телевизору играл симфонический оркестр, я вскарабкивался на стул и размахивал карандашом, как дирижерской палочкой. Моей любимой пластинкой был Первый фортепианный концерт Чайковского в исполнении Вана Клиберна. С тех пор Чайковский  моя композиторская совесть. Живя и работая в Америке, я не стесняюсь в музыке глубоких чувств, берущих начало в простой красивой мелодии.

Его родители были инженеры, но, заметив музыкальные способности мальчишки, купили ему баян и привязывали к стулу, чтобы он прилежно занимался. На дворе был 1964 год, с детьми особо не церемонились. Год спустя в Минске открылась 102-я школа  первая в БССР с музыкальным уклоном. Сейчас это 17-я гимназия, и, что странно, там уже не помнят самого знаменитого своего выпускника. Зато Сергей Хвощинский частенько вспоминает красные стены бывшей гимназии Рейман и свою первую потешную пьесу «Свинья на вертолете».

Сергей Хвощинский на уроке у А.В. Богатырева

В десятом классе он окончательно решил, что будет поступать в радиотехнический, но оказался почему-то в Белорусской консерватории  сперва в классе баяна, а потом и композиции, где его педагогом стал наш классик Дмитрий Брониславович Смольский.

 Годы учебы, годы общения с такими композиторами как Глебов, Богатырев, Лученок, Смольский стали самыми яркими в моей жизни вспоминает Сергей Хвощинский. —После окончания консерватории эти люди принимали меня в Союз композиторов БССР. Волновался сильно, но меня приняли с первого захода. Я был счастлив.

Ансамбль песни и пляски КБВО (1982). Виктор Игнатович, Сергей  Хвощинский, Игорь Оловников

Семь лет после консерватории он работал музыкальным руководителем «Хорошек». Сделал для них полсотни всевозможных работ. Вместе с Валентиной Гаевой начинал работу над «Полоцкой тетрадью». Потом еще семь лет работал в Государственном ансамбле танца Беларуси, для которого сделал еще порядка 50 партитур. Большинство из них до сих пор в репертуаре:

 Сложно ли быть композитором в Америке? Думаю, да. Здесь слишком много композиторов. Сочинил что-то — ты уже композитор. Здесь очень хорошо работает американская композиторская организация American Composers Forum, членом которой я являюсь уже много лет. Эта организация помогает композиторам в их карьере: организует конкурсы, ищет спонсоров, занимается пропагандой. С победы на конкурсах началась моя композиторская карьера в Америке. Победил  исполнили  увидели — стали покупать музыку, заказывать, причем не только в США. Можно ли прожить в Америке, только сочиняя музыку? Наверное, нет. Большинство композиторов еще где-то работают. У меня масса заказов, но моя основная работа  музыкальный директор в епископальной церкви.

Сергей Хвощинский на премьере своей рождественской кантаты

Живя в США, Сергей постоянно сравнивает американскую композиторскую школу с белорусской, и сравнение оказывается не в пользу американских коллег:

 В академических жанрах у нас замечательная школа! Наши белорусские классики — Глебов, Богатырев, Смольский — могли бы стать в одном ряду с Аароном Коплендом, Домиником Ардженто, Джоном Корильяно. У американских композиторов помоложе, на мой взгляд, не хватает выучки. Избыток звуковой оригинальности в противовес яркой красивой мелодике, глубине чувств. Надо отдать должное американским дирижерам, которые обязательно включают в свои концерты произведения современных американских композиторов.

У нас с этим далеко не так благополучно. Тот же Хвощинский звучит в Беларуси гораздо реже, чем в Южной Африке. Вспоминаются лишь изумительные по красоте средневековые кантаты, которые Хвощинский специально аранжировал для юбилейной программы «Купалинки». А еще полуджазовая «Аллилуйя», которая два года назад замечательно прозвучала в одном из концертов «Классики у Ратуши».

 Я рад, что несколько лет назад на празднике Победы мою пьесу исполнял специально приехавший в Минск оркестр Гленна Миллера. Что мои песни, написанные в соавторстве с моим другом поэтом Федором Боровым, частенько транслируют по Белорусскому радио. Теперь я хотел бы подарить белорусскому зрителю еще больше своей души,  признается композитор.

В концерте будут и джаз, и поп, и классика, и даже фан. Будет и хоровая симфония, в которой всего два слова  «Господи, помилуй», произносимые на пяти языках.

 Это мое эмоциональное отражение того, что происходит сегодня в мире,  говорит композитор.

Но заканчивается он одним из самых ранних и красивых его сочинений «Свет Любви», которое несет людям любовь и надежду.

Фото из личного архива

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
4.85
Загрузка...