В вечном полете

История фотографии художника Владимира Савича

Художник Владимир Савич напоминает мне птицу — легкую, стремительную, настороженную, готовую сорваться с места и лететь. И зрение у него, как у птицы, — острое, цепкое. Он сразу видит главное, но при этом не упускает мельчайшие подробности. Может травинку заметить, песчинку, зернышко и при этом охватить весь пейзаж — от горизонта до горизонта. С холмами, реками, кустами и облаками...


Несколько лет назад ехали мы из Минска в Могилев и Глуск. Разговаривали про все на свете. Время от времени Владимир вытаскивал из кармана блокнот, бросал взгляд на синий указатель и записывал название населенного пункта или реки. Повторял слово, произнося его на разные лады, то тихо, то важно, как пароль. Признался, что любит старые названия деревень, местечек, станций и всего–всего, что неразрывно связано с историей Беларуси.

Потом вдруг наш автомобиль промчался по мосту над не очень широкой рекой, берега в тростниках и вербах, ветер дует, а тростник волнами ходит. Тут Савич и рассказал, как давным–давно с другом детства Толиком Александровичем отправился на рыбалку. Малые совсем были. Добрались на рассвете до водоема, а туман был такой, что и поплавка не видно. Стоят во мгле, мерзнут, перешептываются. Внезапно из тумана выходит на них женщина в телогрейке старой, да еще с топором в руках...

Меня в той истории поразило то, как просто и точно художник рассказал ее. Я и озноб того утра ощутил, и запах травы, и звуки разные услышал, и даже от холода рассветного и неожиданного появления незнакомки с топором мурашки по спине побежали.

Как художник рассказывает, так он и пишет: лаконично, просто и образно.

Сегодня без работ Владимира Савича белорусскую графику и не представить. Он придумал типаж белоруса, который стал почти каноном и разлетелся иллюстрациями по детским и взрослым книгам, став сотнями графических листов. Да, все нарисованные им персонажи неуловимо похожи на самого художника, как птенцы на птицу. Многих он одел в национальные одежды: «намiткi, андаракi, хусткi, кажухi, капялюшы, камiзэлькi». Деревенским женщинам, почти иконописным, дал в руки цветы, сделав их похожими на ангелов...

Чтобы понять, как Савич рисует, надо опять представить птицу. Вот она в ветвях поет, а потом стремительно взлетает. Мчится, почти не касаясь травы, а затем взлетает высоко–высоко, к облакам.

Его графика может быть прозрачной, как первый лед на реке, а может быть густой и контрастной, как сумрачный предзимний лес.

В последние годы он оставил графику, как солдат покидает завоеванный плацдарм, и всецело отдался живописи.

О многочисленных наградах, премиях, победах и званиях распространяться не стану — их очень много.

ladzimir@tut.by

Фото Евгения КОКТЫША

Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?

Новости
Все новости