В суде начался допрос Втюрина по делу о взяточничестве с 16 обвиняемыми

Верховный Суд начал допрос бывшего замгоссекретаря Совета Безопасности Андрея Втюрина — одного из 16 обвиняемых по делу о коррупции при поставках в Беларусь телекоммуникационной, компьютерной техники, ПО. 

Втюрин обвиняется по трем эпизодам: в получении взяток в сумме не менее 190 тысяч долларов и в подстрекательстве к даче взятки. Он был задержан в апреле прошлого года.

Судя по материалам дела, первый эпизод, касающийся фигуранта, связан с модернизацией технических средств охраны и надзора в тюрьме № 8. По договоренности с гражданином России А.Втюрин за денежное вознаграждение взялся поспособствовать тому, чтобы в конкурсе в числе других претендентов участвовали общества с ограниченной ответственностью «ТТ-Связьком» и «Смарт Интеграция». В итоге победителем в подрядных торгах признали «ТТ-Связьком», заключив с ним договор на выполнение комплекса работ, а Втюрин получил деньги за содействие.

Несколькими годами позже этот человек, согласно обвинению, помог представителям фирмы «Смартлабс» с заключением договорных отношений с «Белтелекомом». Тогда речь шла о модернизации аппаратно-программного комплекса SmartZala, поставке абонентских приставок. Договор был подписан, Втюрин получил более 180 000 долларов. Также в материалах дела сказано, что в январе 2019-го фигурант убедил бизнесмена Казанцева заплатить гендиректору «Белтелекома» С.Сиводедову за победу представляемого Казанцевым и Горбачевым ООО «УГМК-Телеком» в тендере, касающемся модернизации существующих платформ либо новой платформы и STB-приставок для оказания услуг интерактивного телевидения. 

В суде Втюрин рассказал о правах и полномочиях, которые давала ему должность замгоссекретаря Совета Безопасности и какие возлагала обязанности.

— С Виталием Горбачевым и Сергеем Бахаевым я когда-то учился в Саратовском военном училище, нас связывали товарищеские отношения, — сказал Втюрин. — И вот они как-то (точную дату не помню, но однозначно до 2014 года) приехали в Минск, с ними был и Анатолий Маллин. На этой встрече Горбачев сказал, что у него в Минске имеются коммерческие интересы и просил помочь. Кроме того, он сказал, что постоянно приезжать в Минск не сможет, его интересы будет представлять, с его слов, «молодой и перспективный» Маллин.

На этой встрече, говорит А.Втюрин, он и познакомился с Маллиным. Кроме того, говорит, просил Горбачева дать в долг около 300 тысяч долларов на строительство дома.  Однако тогда тот сказал, что пока их нет, но поможет, когда такая возможность появится. Ошибка Втюрина, говорит он, была в том, что в тот момент они детально не проговорили, в какой форме будет оказана эта помощь:

— Я полагал, что это будет форма займа, как я и просил. Затем в Минск стал приезжать Маллин и заниматься различными проектами. Чем конкретно он занимался, я сейчас не помню. Но периодически он обращался ко мне за консультацией. Однажды он сказал, что у  него имеется интересное предложение для ДИН по техническим средствам, и предложил сделать для департамента презентацию своих возможностей. После этого я позвонил начальнику ДИН (он тоже учился в военном училище). Я был убежден, что это совместный проект Маллина и Горбачева, поэтому сказал начальнику ДИН, что ко мне обратился мой друг по военному училищу с просьбой помочь. Также сообщил, что есть интересное предложение.

Далее представителя компании пригласили в ДИН для демонстрации презентации. Компании отказали в сотрудничестве. Втюрин также зачитал выдержки из материалов дела. В них сказано, что начальник ДИН в беседе с представителем компании мог пообещать в случае объявления торгов пригласить ее для участия в конкурсе. Далее, продолжает рассказ в суде Втюрин, к нему обратился Маллин и сказал, что департамент проводит модернизацию техсредств и проводится закрытый конкурс:

—Он спросил меня, может ли его компания поучаствовать в этом конкурсе? Я сказал ему, что уточню. Хочу отметить, что не сообщал Маллину о предстоящем конкурсе. Я даже удивился, что он о нем осведомлен, и спросил об этом. Он ответил, что компаний, которые могут выполнять такие работы, не так много, они знают друг друга и общаются между собой. … Далее по просьбе Маллина я обратился к начальнику ДИН и спросил, может ли фирма знакомого моего друга поучаствовать в закрытом конкурсе, проводимом ДИН?  На это я получил ответ: «Чем больше фирм будут участвовать в конкурсе, тем лучше». После чего представителя фирмы пригласили в ДИН.

Также Втюрин акцентировал внимание на том, что победу в конкурсе фирме никто не гарантировал, не обещал. «Я не давал указаний в организации приглашений для участия в конкурсе, — уточнил допрашиваемый, —а лишь спросил о возможности участия. И не просил оказывать содействия».

По прошествии какого-то времени Втюрин узнал от Маллина, что его фирма выиграла конкурс. Также в показаниях прозвучало, что цена услуг победившей компании была ниже, чем у других претендентов.

Позже к Втюрину снова обратился Маллин с вопросом, почему фирме не оплачивают работы. Тот связался с начальником ДИН, тот ответил, что оплата поступит по завершении работ.

— Приблизительно весной-летом 2017 года в Минск приехал Горбачев и сказал, что у Маллина появились проблемы и он скрылся, — продолжал в суде Втюрин. — Также он сказал, что теперь в Минске вместо Маллина будет Казанцев, и попросил оказывать ему помощь, если тот будет обращаться. На этой же встрече я сказал Горбачеву, что у Маллина остались невыполненные обязательства перед ДИН, имея ввиду незаконченные работы.

Далее была встреча с Казанцевым. Он просил Втюрина о встречах для консультаций. В одну из встреч, вспоминает допрашиваемый, Казанцев передал ему сверток:

— Я положил его в карман пиджака. Я полагал, что это деньги от Горбачева в рамках нашей с ним договоренности о его денежной помощи в виде займа. Позднее я пересчитал деньги, было около 9 тысяч долларов. Я удивился, так как ожидал ровную сумму —10 тысяч, 15 тысяч. Поэтому 9 тысяч для меня было странной суммой.    

Рассказывая про второй эпизод по делу, сообщил, что узнал от Горбачева, что в «Белтелекоме» будет проводиться конкурс:

Горбачев сказал, что если он заработает на этом конкурсе, то поможет мне деньгами, как мы раньше с ним и обговаривали. Также сожалею, что не проговорил с Горбачевым конкретно, в какой форме будет эта помощь. Я полагал, что она будет в форме займа… В августе 2018 года я был в Москве, в отпуске, предложил Горбачеву встретиться. Мы встретились в кафе. Понимая, что он передаст мне деньги, попросил подписать договор займа на 150 тысяч долларов. Что мы и сделали.

Далее Андрей Втюрин рассказал, что в начале 2019 года ему позвонил Горбачев, предложил встретиться в Минске. Встреча была в кафе, там один снова передал другому деньги.

—Мы не прятались. Я полагал, что это законно. Горбачев достал деньги, я их забрал. Я полагал, что эти 34 400 долларов он дал мне в рамках договоренности. Позже, на встрече с Казанцевым он сообщил, что якобы были нарушения в конкурсе, в котором участвовала его компания. Сказал, что по каким-то причинам не мог связаться с Сиводедовым, и попросил меня позвонить ему и попросить принять Казанцева, выслушать его о возможных нарушениях. Хочу заметить, что никаких указаний Сиводедову не давал, тем более по организации, заключению, исполнению договора. О результатах этой встречи я узнал уже от следователя.

Фигурант рассказал и о том, как ему предложил встретиться Горбачев. На встрече он передал Втюрину пакет с деньгами:

— Понимая, что эта сумма превышает ту, которая была оговорена в договоре займа, я предложил подписать еще один. Горбачев подписал договор. Мы поговорили, допили чай, я взял пакет и ушел из ресторана.

Потом Втюрин был задержан сотрудниками КГБ.

При задержании дома и в рабочем кабинете Втюрина было изъято более 210 тысяч долларов и 25 тысяч евро. «Дом я не построил, на участке находятся стройматериалы, — говорит фигурант. — Для строительства использовал кредит, займ. Дом я строю долго, с 2013 года.  

Чистосердечное признание Втюрин написал сразу после задержания.

В коррупционном деле, касающемся 8 руководителей банков и госорганов, а также 8 коммерсантов, разбиралось следственное управление КГБ. Выяснилось, что список того, за что брали взятки при поставках в страну телекоммуникационной, компьютерной техники и программного обеспечения, достаточно широк. Тут и договора по модернизации аппаратно-программного комплекса, и поставки абонентских приставок со встроенным модулем Wi-Fi, и закупки лицензий для оборудования, его поставка и монтаж и многое другое. По предварительной информации, только у взяткополучателей было изъято более 1 650 000 долларов (в том числе в облигациях), 62 000 евро, более килограмма золота.


Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Фото: Алексей МАТЮШ