Минск
+18 oC
USD: 2.04
EUR: 2.26

В стороне от большака

О деревне с неброским названием Гаевка вы, поди, и не слышали.
О деревне с неброским названием Гаевка вы, поди, и не слышали. Между тем расположилась она у самой дороги на границе Полоцкого и Миорского районов. С трассы видна, а весной и осенью в распутицу 300 метров, что отделяют ее от асфальта, и не осилишь. Собрали сельчане по паре тысяч, в прошлом году засыпали разбитую колесами глину песком, а как дождь - опять непроезжей становится извилистая дорога от большака до околицы.

Мы приехали в Гаевку в самую сушь, машина, хоть и натужно гудела, но преодолела путь в горку. Первое впечатление - здесь никто не живет. Вишни, усыпанные ягодами, склоняются до земли. Ветки груш и яблонь под тяжестью богатого нынче урожая едва не ломаются. И тишина такая, что слышно, как где-то летают пчелы. Идем по дворам, но везде на нас смотрят висячие замки на дверях.

- Что в наших краях потеряли? - вдруг слышим голос из одного подворья. На тропинку выходит крепенький дедок. Объясняем: мол, интересуемся житьем-бытьем нынешней Гаевки. Дед отвечает, что обратились по адресу. Он здесь и местный, и старожил. Знакомимся: Николай Яковлевич Метла.

- Жизнь свою я, почитай, тут и прожил. Родился в 1922 году, при поляках это было. Ни школы, ни магазина на моей памяти не было тут никогда. А название деревня еще при царе получила от корчмы, что стояла у дороги. Старики рассказывали, что местных в Гаевке не было вовсе, - все приезжие. В 1836 году холера всех "тутэйшых" выкосила подчистую. Но место бойкое, при дороге, вот и заселили. До войны в деревне было больше 30 дворов. В школу ходил в соседние Кадушки, это один километр сто метров. Откуда так точно знаю? Польский учитель как составлял план, так заставлял нас, мальцов, все измерить досконально своими шагами. В четырехлетней школе училось больше 50 человек. "За польским часом" у нашей семьи было 4 гектара земли. Пахали, сеяли... в общем - жили. Стояла у нас застава польского корпуса охраны пограничной. 17 сентября 1939-го отбивались они отчаянно, потом мы погибших хоронили. Весной в 1940-м создали колхоз, работали.

Поведал Николай Яковлевич и о войне. Как полгода рыл окопы в немецком лагере. Как хотели немцы дважды деревню спалить, да спасли священник и староста. Как в 1944-м призвали. Прошел рядовой Метла фронтовыми дорогами до Данцига, а моря так и не увидел - ранило. В 1946-м, дважды раненный, демобилизовался из Омска - последние военные дни охранял базу. Показал фотографию, где, как в пословице, "десять девок, один я". Всю жизнь до пенсии отработал в колхозе полеводом, бригадиром. Вырастил двух дочерей. Мы застали ветерана за ремонтом дома, правда, 80-летнему подлатать фронтон помогал сосед-дачник.

- Дачником меня не зовут, - оправдывается Иван Маркевич, - я как дом здесь купил, так уже пять лет живу постоянно. Среди сельчан я самый молодой - 1941 года рождения. Двадцать семь лет отработал на Новополоцком нефтеперерабатывающем заводе, а как вышел на пенсию, купил тут дом. Может, в баньку? Вон топится, самая лучшая в Гаевке, все хвалят.

Мы отказались от приглашения Ивана Адамовича, зато узнали, что сбросились соседи вчетвером и купили коня, выкопали ставок, и в нем караси с ладонь; что приезжает автолавка, что телефоны в деревне есть. Земли в округе пустующей много, паши - не хочу. В 20 минутах ходьбы течет Двина, и рыбалка в этих местах знатная. В округе спокойно, не шалят и не воруют, хотя до Новополоцка каких-то 28 километров.

Прошлись мы по деревне. На домах прибиты таблички с номерами, на многих окнах - решетки. Рядом с жилищами добротные кирпичные гаражи, почти в каждом дворе вырыты глубокие колодцы и погреба.

Сегодня в Гаевке живут всего 9 хозяев, которые держат коров. Самый старый из четырех местных стариков - Михаил Метла, он 1916 года рождения. Мужики, родившиеся в 1932-м, 1935-м годах, считаются тут молодыми. 30-40-летних здесь нет, все подались в город. Пустующих и разваливающихся домов почти не видно, усадьбы используются наследниками под дачи. Перед отъездом мы решили сфотографировать ветерана Метлу. Чувствуя важность момента, Николай Яковлевич исчез в хате, а спустя минут десять появился... гладко выбритым. "Дисциплина", - говорит.

Если вы захотите посетить деревню, не ищите дорожный указатель - его нет. Но есть верный ориентир. Грунтовка отходит от большака как раз посередине между стелами Миорского и Полоцкого районов.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...