В партизаны он пошел со швейной машинкой, а школу после войны строил своими руками

ВОТ все наше скромное хозяйство: огород, дюжина ульев да кошка, — проводит меня по двору радушный хозяин. — Еще пару лет назад корову держали, но сейчас тяжело — возраст не тот. Но пчел своих оставить ни за что не могу, очень уж мне нравится это занятие… Возраст у Михаила ИВАНОВА, жителя деревни Поречье, что в Пуховичском районе, и в самом деле почтенный — 24 ноября ему стукнуло 98!

Многое пришлось пережить Михаилу Иванову из деревни Поречье Пуховичского района

ВОТ все наше скромное хозяйство: огород, дюжина ульев да кошка, — проводит меня по двору радушный хозяин. — Еще пару лет назад корову держали, но сейчас тяжело — возраст не тот. Но пчел своих оставить ни за что не могу, очень уж мне нравится это занятие… Возраст у Михаила ИВАНОВА, жителя деревни Поречье, что в Пуховичском районе, и в самом деле почтенный — 24 ноября ему стукнуло 98!

Судьба Михаила Сидоровича — сюжет для сценария кинофильма, и не одного. Он рано остался без родителей: мать умерла при родах, а спустя несколько лет на советско-польской войне погиб отец. Некоторое время мальчишку воспитывали родственники, но вскоре он оказался в детском доме в Витебске, где окончил семилетку. Оттуда, уже подростком, его направили в Могилев, в трудовую школу. Там он получил сразу две профессии — столяра и портного. Распределился в Пуховичский район.

— В те времена в Пуховичах и Марьиной Горке стояло сразу несколько военных отрядов: летный, конный, танковый... И портной им был очень кстати. Годы-то лихие, никакого особенного производства не было, вот и перелицовывал я военным их обмундирование. Распорешь френч, от пыли почистишь, подлатаешь-починишь — и все почти как новое, — вспоминает Михаил Сидорович.

Работа портного нравилась, но он мечтал учиться дальше. Здесь же, в Пуховичах, чтобы получить среднее образование, ходил в вечернюю школу. А когда в 37-м увидел объявление о наборе на курсы учителей, засобирался в Минск.

В район вернулся уже в 39-м — завучем школы в деревне Выемка. Здесь его и застала война. Чтобы прокормить семью, Михаил Сидорович вернулся к профессии портного, перешивал односельчанам старую одежду, за что его благодарили кто чем мог, и это позволяло не умереть с голоду. Однако вскоре его умение потребовалось в партизанском отряде, куда он отправился прямо со своей швейной машинкой.

С гордостью демонстрирует мне Михаил Иванов машину-«партизанку», с которой был в отряде. Она и сегодня не простаивает без дела: здесь подшить, там прострочить — служит ему верой и правдой.

А тогда, в партизанах, строчить приходилось день и ночь: попробуй-ка один подшей-подгони одежду для всего отряда. И, несмотря на то, что на задания портной не ходил, с немцами сталкиваться приходилось.

— Однажды зимой пришел я в деревню навестить семью, — рассказывает Иванов. — Жена случайно в окно выглянула и испугалась: немец с автоматом. Я быстро надел маскхалат, выскользнул из дома и по-пластунски пополз к колхозным дворам, спрятался за сараем. Немец сперва в дом зашел, потом стал сараи обшаривать. Не знаю, может, кто предупредил, что партизаны в деревне… Я уже приготовился, кинжал достал. Думаю, если в мою сторону пойдет, прыгну на него внезапно, может, не успеет выстрелить… К счастью, все обошлось.

 Не обошлось в другой раз, когда носил еду бойцам на наблюдательный пункт — немцы его заметили с противоположного берега реки и дали три очереди. Он успел упасть в траву, но все равно зацепило. Следующий раз Иванова ранило на польской реке Нарев, когда после освобождения Пуховичского района он с действующей армией в составе 327-го артиллерийского полка отправился на запад. Там был контужен и потерял глаз. Однако после выздоровления вновь вернулся в полк: заряжал орудия и даже был ветеринаром — лечил коней, ведь артиллерия тогда была конной. Войну закончил в Германии, в городе Росток.

Когда вернулся домой, назначили директором школы в деревне Синча. Но жить там с маленькими детьми было негде — деревня сожжена немцами, и Михаил Сидорович попросился в школу в Поречье. Так с 1948-го по 1989 год в ней и проработал — преподавал труды, черчение и рисование.

Школу, кстати, тоже отстраивали своими руками, толокой: учителя, ученики, родители. Сегодня в Поречье, как и во многих соседних деревнях, где до войны или после нее были школы, их нет. За учениками приходит школьный автобус и везет в Ветеревичи. В объезд получается почти 20 километров, напрямик вчетверо короче, да дороги нет. Поречье пустеет. Учеников в окрестностях — всего один, сетует Иванов, да еще двое подрастают. Стареет село, молодежи мало. Вот уже и его родной деревни Хобнище Шумилинского района нет на карте. Несколько лет назад Михаил Сидорович приезжал туда с супругой, посмотрел на заброшенные хаты и запустение — тяжелое впечатление осталось…

Активный и небезразличный характер Иванова заставляет его вечно находиться в центре жизни деревни: был старейшиной, пока здоровье позволяло, и до сих пор присматривает за могилами партизан и памятниками, которые установлены прямо на холме напротив его дома. Один из памятных знаков — в честь партизанской бригады имени Калинина, которая базировалась в этих местах. Второй установили в благодарность жителям деревни бывшие узники гетто — дети, которых во время войны деревенские жители спасли от гибели.

— Подпольщики заманили в деревню машину с 40 детьми еврейской национальности. Немец-водитель, когда понял, что привез детей не в лагерь, а к партизанам, бросил машину и пытался убежать, но не успел… А жители деревни, рискуя жизнью, приютили детей у себя в домах, — говорит Михаил Иванов.

Две девочки воспитывались и в семье тещи Михаила Сидоровича. За этот гражданский подвиг многие жители деревни удостоены звания «Праведник мира». Часто сюда приезжают свидетели тех событий, их родные и близкие, представители посольств и международных общественных организаций. И обязательно заглядывают на огонек к Иванову.

О событиях войны, подвигах героев, которым был свидетелем, послевоенном восстановлении деревни, о своих односельчанах и их трудовых буднях Михаил Сидорович писал в нашу газету. Он вспоминает, что над первым материалом в «Колхозную правду», о подготовке к севу в 1951 году, работал всю ночь. А после этого были еще статьи, рассказы и даже стихотворения. В июне «БН» опубликовала очередной его материал — о трагической судьбе деревни Пристань Пуховичского района, в которой во время войны фашисты расстреляли и сожгли более 260 человек.

В творческих планах автора — статья о деревне Поречье, о забытых моментах ее истории. В своих архивах бережно хранит Михаил Сидорович эксклюзивные снимки из деревенской жизни. В свое время он увлекался фотографией, вот и запечатлел памятные места Поречья, важные моменты в жизни деревни.

За долгую жизнь Михаилу Сидоровичу не раз приходилось хоронить самых дорогих ему людей. Умерла жена Галина, с которой душа в душу прожили почти 60 лет, не стало сыновей…

На счастье, встретился на его жизненном пути еще один хороший человек — нынешняя супруга, Тамара Константиновна.

— Я хорошо знала их семью, — рассказывает она, — квартировала у них, когда приезжала из Марьиной Горки в Поречье по работе. Очень хорошие, добрые люди. Галина ко мне всегда тепло относилась, внимательно. И я им отвечала тем же. А несколько лет назад Михаил Сидорович меня разыскал, позвонил, в гости пригласил. Я все никак собраться не могла, но все же один раз выбралась, потом зачастила, а вскоре и осталась. Так и живем вместе уже семь лет.

В свои 98 лет Михаил Сидорович полон энергии и планов. Держит руку на пульсе событий в жизни двух внучек, одна из которых живет в Борисове, другая в Марьиной Горке, троих правнуков. Он всегда в курсе того, что происходит в деревне и районе, а о событиях в стране и мире рассказывает ему давний и верный друг — газета «Белорусская нива», с которой Михаил Иванов обещает встретить столетие, чего мы ему искренне желаем.

Юлия БОЛЬШАКОВА, «БН»

Фото автора

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?
Новости
Все новости