В июле 1941-го

Недавно в Институте национальной безопасности Республики Беларусь состоялся очередной выпуск слушателей. Вот уже многие годы это учебное заведение является кузницей кадров для органов государственной безопасности и пограничной службы

В ДЕКАБРЕ 2011-го Институт национальной безопасности Республики Беларусь отметил свое 65-летие. А начиналась его история со школы оперативного состава во Львове. Потом была школа в Могилеве, Минске, затем Высшие курсы КГБ СССР. Но как бы ни называлось это учебное заведение, его историю невозможно разделить на некие разрозненные довоенные и послевоенные периоды.

Отнюдь не случайно на базу расформированной в 1954 году в ходе хрущевских «реформ» 301-й школы КГБ (бывшей Могилевской межкраевой школы НКВД-НКГБ-МВД-МГБ СССР, геройски защищавшей Могилев на днепровском рубеже в июле 1941-го и возрожденной в 1944 году) была передислоцирована Львовская 302-я школа КГБ, от даты основания которой (27 декабря 1946 года) и ведет отсчет своей истории ГУО «ИНБ Республики Беларусь»...

...Начало Великой Отечественной войны обнажило многие проблемы безопасности страны. Ведь мысль о том, что буквально через несколько дней Могилев может стать прифронтовым городом, еще 22 июня 1941 года никому из военных, а тем более гражданских руководителей разных рангов и в голову не приходила. Поэтому оборонительные мероприятия сводились в основном к вопросам ускоренного и организованного проведения мобилизации и усиления охраны объектов промышленности и транспорта, в особенности таких важных, как Осиповичский и Могилевский железнодорожные узлы.

Между тем оперативно-боевая обстановка менялась стремительно, и 28 июня фашисты захватили Минск. Руководство республики к тому времени уже переместилось в Могилев. В Могилевской межкраевой школе во исполнение директивы Центра в те дни в войска отправлялись обученные курсанты, шла подготовка к организации обороны города.

Уже на второй день войны, 23 июня 1941 года, руководитель МКШ Н. И. Калугин направил в Могилевский обком партии секретаря парткома Могилевской межкраевой школы НКГБ СССР А. И. Удальцова, который проинформировал руководство обкома КП(б)Б о решении собрания курсантов и преподавателей создать полк народного ополчения. В обкоме Удальцов встретился с первым секретарем ЦК КП(б) Белоруссии П. К. Пономаренко, Маршалом Советского Союза Б.М. Шапошниковым и командующим Западным фронтом генералом армии Д. Г. Павловым (в последующем арестованным по указанию И. В. Сталина и расстрелянным согласно приговору Особого совещания). После чего весь личный состав школы начал действовать уже в составе истребительных батальонов, ведущих борьбу с вражескими парашютистами.

СОВМЕСТНЫМИ действиями чекистов и курсантов Могилевской МКШ за время обороны города были выявлены более двухсот диверсантов, шпионов, вражеских парашютистов и сигнальщиков. К сожалению, сражаясь с ними, личный состав истребительных батальонов и школы нес потери.

— Еще 25 июня весь состав школы был выведен на девятый километр за город. Мы рассчитали людей на сотни, выделили командиров. А на следующий день они уже успешно действовали в качестве истребительных отрядов по борьбе с вражескими парашютистами. Из числа командно-преподавательского состава школы были выделены люди, которым было поручено помочь бойцам, отступавшим небольшими группами или выходившим из окружения, влиться в действующие воинские части. Они в первые дни войны сделали полезное дело. Красноармейцев, которые отбились от своих частей, наши люди собирали в группы и направляли на пункты, где создавали из них новые подразделения...

В начале июля второй секретарь ЦК КП(б)Б П. З. Калинин (с 1942 г. начальник Белорусского штаба партизанского движения) провел совещание партийно-советского актива, на котором было принято решение о немедленном создании партизанских баз и подготовке к подпольной борьбе на оккупированной врагом территории. Лично я хотел попасть в партизанский отряд, когда придет для этого время, но получил разъяснение, что подчинен непосредственно НКГБ СССР и возможно мне будут даны особые указания, — вспоминал майор госбезопасности Н. И. Калугин.

Вместе с тем срочные меры в начале войны, которые осуществлялись в соответствии с директивой Совнаркома СССР и ЦК ВКП (б) от 29 июня 1941 года, суть которой изложил И. В. Сталин в речи по радио 3 июля 1941 года, являлись запоздалой реакцией на сложившуюся ситуацию, которую надо было предвидеть до войны, осуществляя конкретные организационно-мобилизационные мероприятия и подготовку к партизанской войне на собственной территории…

И если Брест стал образцом беспримерного мужества на первом рубеже, пограничном, то на втором стратегическом рубеже — реке Днепр — очагом еще более упорного сопротивления являлся Могилев. Его оборона сыграла значительную роль в мобилизации сил на отпор врагу. Героические защитники города приковали к себе четыре пехотные дивизии, третью танковую, часть сил 10-й моторизованной дивизии СС «Дас Райх», полк «Великая Германия». Под стенами Могилева они понесли весьма чувствительные потери, что не могло не сказаться на общем темпе наступления нацистских орд. Недаром автор бессмертного романа «Живые и мертвые» Константин Симонов, завещавший развеять свой прах над Буйничским полем, в своем военном дневнике отмечал: «Мне остается перешагнуть из июля в декабрь, из-под Могилева в бои под Москвой. Тем более что, по моему глубокому убеждению, сложившемуся тогда, к концу сорок первого года, начало будущего разгрома немцев под Москвой было положено именно в тех кровавых июльских боях».

В докладной записке НКГБ БССР об организации разведдеятельности партизанских отрядов и групп от 5 июля 1941 года, направленной в Центр наркомом Л. Ф. Цанавой говорилось: «После захвата некоторой части территории Белорусской ССР противником для нанесения поражения немецким войскам в тылу ЦК КП (б) Белоруссии совместно с работниками НКГБ и НКВД, центрального аппарата и курсантов межкраевых школ 26 июня 1941 года было приступлено к организации партизанских отрядов в районах, частично занятых противником и прилегающих к фронтовой полосе, с целью поднятия на борьбу с врагом всего населения. В партизанские отряды подбирались работники из числа храбрых и смелых»…

В целом с началом войны органы НКГБ БССР с пятидневным опозданием по существу с нуля были вынуждены разворачивать зафронтовую (разведывательную, контрразведывательную и диверсионную) работу в немецком тылу. Остро стоял и вопрос содействия в организации и формировании на начальном этапе войны партизанских отрядов.

Исходя из директивы ЦК ВКП(б) и СНК СССР партийным и советским организациям прифронтовых областей от 29 июня 1941 года и Постановления ЦК ВКП(б) от 18 июля 1941 года «Об организации борьбы в тылу германских войск», главными задачами чекистов Беларуси являлись: подготовка и заброска в тыл наступающих германских войск партизанских отрядов и разведывательно-диверсионных групп из числа чекистов и партийно-советского актива с целью нанесения ударов по противнику на его коммуникациях; создание диверсионно-разведывательных резидентур в неоккупированных районах республики с задачей начать активную деятельность в случае занятия этих районов противником; организация чекистских групп и истребительных отрядов в прифронтовой полосе для борьбы с немецкой агентурой.

ПЕРЕД работниками НКГБ, переводимыми на нелегальное положение, в качестве основной ставилась задача организации совместно с органами НКВД партизанских отрядов и боевых групп для борьбы с врагом на оккупированной территории Беларуси. Необходимо было также оказывать всемерную помощь РККА в разведке противника и противодействии его наступлению.

Из воспоминаний начальника управления НКГБ по Могилевской области подполковника госбезопасности П. С. Чернышова: «…Уже в начале июля возникла необходимость решения двух важнейших задач — создание групп, которые должны были стать основой партизанских отрядов на оккупированной врагом территории, и создание глубокого подполья, чтобы вести разведывательную работу в тылу врага и осуществлять связь с центром. Эта работа велась под руководством партийных органов — обкома и горкома КП(б) Белоруссии. Подготовкой партизанских групп персонально занимались секретари горкома партии И. Л. Хавкин и А. И. Морозов, от областного управления НКГБ участвовал и мой заместитель И. Е. Бунаков. После подбора людей в эти группы из оперативного состава управлений НКГБ и НКВД, курсантов Могилевской межкраевой школы НКГБ, студентов пединститута и других организаций были определены командиры групп и проведено с ними специальное совещание, которым руководил первый секретарь ЦК КП(б)Б П. К. Пономаренко…

Группам ставилась задача в пунктах назначения создать постоянные и запасные базы, изучить обстановку, выявить подходящих людей из местного населения для вовлечения в партизанскую борьбу с фашистами, подобрать связных, создать широкую сеть подполья. С командирами групп был обсужден вопрос о связи с подпольным обкомом партии при занятии города врагом. Группы получили, хотя и в ограниченном количестве, стрелковое оружие — винтовки, кавалерийские карабины и очень немного автоматов. Работники областного управления НКГБ возглавили шесть партизанских групп.

…Разведданные и сведения о боевых действиях частей 172-й дивизии мы передавали в Москву по рации опергруппы капитана госбезопасности В. И. Пудина, направленного в Могилев из 1 управления (внешняя разведка) НКГБ СССР. Других средств связи с Центром с 13 июля Могилев не имел. По рации мы обращались туда с просьбой о помощи авиацией и боеприпасами. По этой же линии связи однажды поступил запрос Ставки Верховного командования (насколько я помню, за подписью Жукова) о том, в чьих руках находится Могилев»…

12 июля 1941 года штаб народного ополчения Могилева назначил начальника МКШ НКГБ СССР майора госбезопасности Н. И. Калугина командиром полка народного ополчения города. В этот полк вошли оперативные работники НКВД-НКГБ, милиции и противовоздушной обороны города. Это формирование имело в своем составе три батальона. В 1-й батальон входили работники НКВД западных областей БССР, часть работников постоянного состава и курсантов Могилевской межкраевой школы НКГБ, 2-й батальон был создан из курсантов школы милиции. Все они были направлены на передовую линию обороны города. 3-й батальон состоял из работников местной противовоздушной обороны города и использовался для борьбы с вражескими диверсантами. Комиссаром полка стал начальник областного управления НКВД Я. И. Пилипенко, его заместитель А. П. Бачурин являлся помощником Калугина по хозяйственной части.

15 июля из Москвы поступил приказ командиру 61-го корпуса, который гласил: «Бакунину. Приказ Верховного Главнокомандующего: Могилев не сдавать». Из этого стало понятно, что обороне города на Днепре в Центре придается большое значение. 16 июля советские войска оставили Смоленск, Кричев. Части 61-го корпуса по сути дела оказались во вражеском окружении. В такой сложной обстановке нужно было принять правильное решение: продолжать бои или выводить войска из окружения. Фактически руководивший обороной города командир 172-й стрелковой дивизии генерал-майор М. Т. Романов собрал совещание командиров частей и разъяснил им непростую задачу. Общее мнение было единодушным: город в любом случае не сдавать.

В это время Могилев лишился и связи с «большой землей». В распоряжении отражавших круглосуточные атаки гитлеровцев защитников Могилева до самого конца оставалась лишь небольшая портативная радиостанция оперативной группы НКГБ СССР во главе с В. И. Пудиным. Шестеро чекистов опергруппы во главе с Василием Ивановичем также плечом к плечу сражались в рядах обороняющихся. Около полумесяца их радиостанция информировала Центр о трагедии, которая разыгралась у стен древнего города.

Однако силы стойко оборонявшихся в течение десяти дней воинов неуклонно таяли. А контрудара с востока уже не ожидалось. 25 июля командиром 172-й дивизии генералом М. Т. Романовым Н. И. Калугину и Я. И. Пилипенко ставится последняя боевая задача — прикрыть отход дивизии, когда защитники цитадели на Днепре пойдут на последний прорыв.

Н. И. Калугин позже вспоминал: «25 июля на утренней заре меня и комиссара вызвали в штаб дивизии, который размещался по улице Менжинского. На командном пункте нас встретил командир 172-й стрелковой дивизии генерал-майор М. Т. Романов. Он встал и подошел ко мне: «Сегодня в 24.00 дивизия начнет выход из окружения. На ваш полк возлагается задача прикрыть ее отход».

ЭТО последнее задание чекистами, постоянным составом и курсантами Могилевской межкраевой школы НКГБ СССР, было с честью выполнено. Многие из них пали в том неравном бою. Другие же уходили в леса для организации партизанской борьбы или переходили в подполье. Немногим удалось пробиться к своим, преодолев линию фронта...

Ныне в здании современного Белорусско-российского университета, где находилась Могилевская межкраевая школа НКГБ СССР, а в 1940—60-х годах и Управление КГБ при СМ БССР по Могилевской области, на мраморной доске у главного входа высечено: «В этом здании в июле 1941 года был сформирован полк НКВД-НКГБ под командованием майора госбезопасности Калугина Н. И. Личный состав полка принимал активное участие в боях с немецко-фашистскими захватчиками при обороне города Могилева».

Николай СМИРНОВ,

сотрудник пресс-группы ИНБ Республики Беларусь

 

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?