В бой шли «старики», крещенные белорусским небом

ТРУДНО сегодня найти человека, который хотя бы раз не посмотрел трогательную и светлую, ставшую настоящим гимном всем летчикам-фронтовикам кинокартину Леонида Быкова «В бой идут одни «старики». Но мало кто сегодня знает, что первые строчки в сценарий этого фильма были написаны 22 июня 1941 года в небе над Брестом. И это дело рук прототипа легендарного маэстро Титаренко летчика Ивана Лавейкина и его боевых друзей, служивших в одном из самых результативных полков советской авиации в годы Великой Отечественной и уничтоживших 739 (!) немецких самолетов, — прославленном 5-м гвардейском (бывшем 129-м) Берлинском Краснознаменном ордена Богдана Хмельницкого истребительном авиаполку. Так счастливо сошлись звезды, что в гостях у летчиков именно этого полка, славный боевой путь которого, начавшись в белорусском небе, закончился в берлинском, в конце 60-х годов во время шефской поездки в Венгрию побывал талантливый актер и режиссер Леонид Федорович Быков. Здесь, на аэродроме Шермелек, он впервые услышал и о 2-й «поющей» эскадрилье, и о Лавейкине, Попкове и Зайцеве, ставших в фильме Титаренко, Кузнечиком и Батей… В музее боевой славы части он узнал и о том, что летчики 5-го гвардейского особо отличились при освобождении его родных Краматорска и Донбасса. Давняя, бережно хранимая в самых потаенных уголках души, идея кинокартины о летчиках Великой Отечественной вдруг обрела зримые, реальные черты и уже не отпускала Быкова до самого дня премьеры фильма о «стариках» — фильма, без которого мы сегодня не можем представить себе телеэкран 9 Мая.

Нельзя представить себе наш телеэкран 9 Мая без прославленного фильма Леонида БЫКОВА. Кто они, герои победной ленты, шагнувшие из кабин боевых советских самолетов прямо на экран?

ТРУДНО сегодня найти человека, который хотя бы раз не посмотрел трогательную и светлую, ставшую настоящим гимном всем летчикам-фронтовикам кинокартину Леонида Быкова «В бой идут одни «старики». Но мало кто сегодня знает, что первые строчки в сценарий этого фильма были написаны 22 июня 1941 года в небе над Брестом. И это дело рук прототипа легендарного маэстро Титаренко летчика Ивана Лавейкина и его боевых друзей, служивших в одном из самых результативных полков советской авиации в годы Великой Отечественной и уничтоживших 739 (!) немецких самолетов, — прославленном 5-м гвардейском (бывшем 129-м) Берлинском Краснознаменном ордена Богдана Хмельницкого истребительном авиаполку. Так счастливо сошлись звезды, что в гостях у летчиков именно этого полка, славный боевой путь которого, начавшись в белорусском небе, закончился в берлинском, в конце 60-х годов во время шефской поездки в Венгрию побывал талантливый актер и режиссер Леонид Федорович Быков. Здесь, на аэродроме Шермелек, он впервые услышал и о 2-й «поющей» эскадрилье, и о Лавейкине, Попкове и Зайцеве, ставших в фильме Титаренко, Кузнечиком и Батей… В музее боевой славы части он узнал и о том, что летчики 5-го гвардейского особо отличились при освобождении его родных Краматорска и Донбасса. Давняя, бережно хранимая в самых потаенных уголках души, идея кинокартины о летчиках Великой Отечественной вдруг обрела зримые, реальные черты и уже не отпускала Быкова до самого дня премьеры фильма о «стариках» — фильма, без которого мы сегодня не можем представить себе телеэкран 9 Мая.

«От Бреста и до Сталинграда и от Сталинграда до Днепра…»

Эти слова звучат с экрана, когда главный герой фильма гвардии капитан Титаренко рассказывает о боевом пути своего полка: «Я по этому маршруту могу через 100 лет без карты летать, потому что по всему маршруту могилы наших ребят из «поющей», там не одна эскадрилья — дивизия легла…» Их памяти, памяти не вернувшихся из боевых вылетов, и посвятил свой авторский фильм, наполненный добром и сердечностью, сценарист, режиссер-постановщик и исполнитель главной роли Леонид Быков.

А началось все в ноябре 1940 года, когда выпускник летного училища девятнадцатилетний младший лейтенант Иван Лавейкин прибыл в 33-й авиаполк. Часть была сформирована в Могилеве, а базировалась тогда на аэродроме в Пружанах, что на Брестчине. Здесь, в белорусском небе, под руководством известного мастера воздушного пилотажа тех лет командира 33-го полка майора Николая Акулина и прошел свои первые летные университеты, осваивая истребитель И-16, летчик Лавейкин. Полк готовился к переучиванию на новые самолеты МиГ-3, но эти планы в одночасье перечеркнула война.

Она началась для пилотов 33-го ИАП в 3 часа 30 минут, когда над Пружанами появился первый немецкий самолет-разведчик. В небо поднялось дежурное звено лейтенанта Федора Мочалова. Догнав «хейнкель» над Брестом, Мочалов срезал его меткой очередью, открыв боевой счет полка. А в эти самые минуты на Пружанский аэродром, словно стая коршунов, набросилась армада бомбардировщиков Хе-111 и истребителей Ме-109Ф. Успевшие взлететь «ишачки» вступили с ними в неравный бой. Сражались летчики полка геройски. Сбил «хейнкеля» и еще одного таранил лейтенант Гудимов. Смело шли на перехват врага летчики Тимошенко, Мандур, Яхнов, Лавейкин, Песков…

Сегодня, многие годы спустя, стало известно, что для ударов по 33-му полку немцы отрядили «гвардию Геринга», самую опытную и подготовленную эскадру гитлеровских люфтваффе того времени, JG-51 лучшего их аса Вернера Мельдерса. С этой эскадрой Лавейкину и его товарищам еще не раз доведется встретиться в небе войны. И мог ли представить командир 3-й эскадрильи асов Мельдерса Ричард Леппла, штурмуя Пружанский аэродром, что всего через год в районе Вязьмы его собьет, причем собьет в свой день рождения — 2 августа — летчик Иван Лавейкин? Но тогда, в черный день 22 июня, над Пружанами хозяйничали они — гитлеровцы. Четыре налета сделали только истребители Мельдерса, а кроме них аэродром бомбили «хейнкели», «юнкерсы»… Атаковали с разных направлений и высот, буквально засыпая летное поле «чертовыми яйцами» — малокалиберными кассетными осколочными бомбами. В 21 час 38 минут последний налет на аэродром совершила 4-я эскадрилья JG-51, которая донесла об уничтожении последних 17 истребителей И-16.

Мельдерс доложил в Берлин о полном разгроме 33-го полка. Но поторопились, ох как поторопились гитлеровские вояки! И в страшном сне им не могло присниться, что списанный в небытие полк не только пройдет всю Великую Отечественную, но и после нее, вплоть до апреля 1994 года, будет базироваться в Германии на аэродроме Виттшток. И войдет в историю ВВС как последняя боевая авиачасть, покинувшая российскую Западную группу войск. Не могло им привидеться и то, что 1 мая 1945 года два пилота того самого 33-го полка из Пружан, к тому времени Герои Советского Союза, гвардии майоры, инструкторы-летчики Главного управления боевой подготовки ВВС,  Иван Лавейкин и Павел Песков примут участие в исторической акции — сбросе символического Знамени Победы на купол рейхстага в Берлине. (Как сказал об этом в фильме майор Титаренко: «Развалинами рейхстага удовлетворен».)

Поспешили фрицы, выдавая желаемое за действительное, списать в небытие 129-й истребительный полк, встретивший войну в Тарново, в 12 километрах от Западной границы. Понесший большие потери в самолетах на земле, он с боевым знаменем и оставшимися без боевых машин летчиками был выведен в тыл, под Оршу, на аэродром Болбасово, на переформирование. Сюда же вместе с другими летчиками из 33-го полка прибыл и Иван Лавейкин, вскоре зачисленный в 129-й полк, который в спешном порядке перевооружался на новейшие по тем временам истребители ЛаГГ-3…

5-й гвардейский — «поющий» — полк

Так в небе Белоруссии начиналась боевая биография летчиков полка, чьи подвиги золотыми буквами будут вписаны в героическую историю советских ВВС. После Белоруссии у них будет Смоленское сражение, тяжелейшие бои над Ельней и Вязьмой, битва за Москву. Слава о летчиках этой части, обрастая легендами, дошла до самого верха — Кремля. Весьма скупой на награды горький 41-й год отметил орденами Красного Знамени целую группу пилотов 129-го полка, среди которых и пружанцы: Павел Песков, Иван Лавейкин и Федор Мочалов. Сам полк за особые заслуги перед Родиной был преобразован в 5-й гвардейский, в числе первых шести авиаполков, с которых 6 декабря 1941 года и началась история советской крылатой гвардии. Затем будут Калининский фронт и первые Герои Советского Союза в полку. За войну их присвоят 23 летчикам, причем двое удостоятся этого звания дважды. Семеро отважных соколов — героев полка— сложат свои головушки в ожесточенных воздушных боях, десять пилотов совершат воздушные тараны. Слава полка асов будет греметь под Сталинградом, где они в числе первых освоят истребитель Ла-5, на Курской дуге, в небе Украины, Венгрии, Польши, Германии…

День ото дня росло мастерство и гвардии старшего лейтенанта Ивана Лавейкина, который летал командиром звена во 2-й эскадрилье, Героя Советского Союза гвардии капитана Василия Ефремова (после войны — пионер высшего пилотажа на первых советских реактивных самолетах. — Прим. авт.). Весной 1942 года все ВВС облетела весть о бое, в ходе которого пятерка ЛаГГ-3 Ефремова сразилась с тридцатью фашистскими самолетами. Он закончился со счетом 7:0 в пользу советских истребителей. Наблюдавший за боем с земли командующий Калининским фронтом Иван Конев тут же послал в полк своего заместителя вручить  летчикам ордена Красного Знамени.

Получил орден и старший лейтенант Лавейкин, прибавивший после того боя к своим шести сбитым еще два вражеских стервятника. И таких боев у Ивана Лавейкина, ставшего настоящим асом, будет немало. Всего за войну он лично собьет 24 немецких самолета и еще 15 в группе. И, как рассказывают ветераны полка, этот счет далеко не полный, ибо имел Иван Павлович «вредную» привычку дарить сбитые им в бою самолеты молодым, начинающим пилотам, дабы поддержать их, помочь им в их трудном становлении как летчиков-истребителей.

Четыре раза сбивали и Лавейкина. Однажды он совершил вынужденную посадку на территории врага. Думал, конец. Но наша пехота контратаковала и захватила этот плацдарм. Выжил… Есть этот эпизод и в фильме.

Полковой любимец гвардии капитан Лавейкин в 1942 году становится командиром 2-й эскадрильи, которая выделялась не только летным мастерством, но и особой дружбой и сплоченностью. Авторитет Лавейкина-летчика весомо подкреплялся авторитетом лучшего футболиста полка. В часы затишья футболом «болел» весь 5-й гвардейский. Футбольный эпизод из жизни полка вошел, как вы помните, и в фильм Леонида Быкова. Уважали в эскадрилье музыку и песню. Хорошими вокальными данными обладал сам Иван Павлович, которому аккомпанировал аккордеонист-виртуоз Михаил Двилянский — эскадрильский «сын полка».

Частыми гостями летчиков были артисты, музыканты. Композитор Дмитрий Покрас написал для летчиков песню, и она стала настоящим гимном 5-го полка. В ноябре 1943 года 2-й «поющей» подарил два истребителя Ла-5Ф и 41 пластинку с записями джаз-оркестра Леонида Утесова. На бортах этих самолетов красовалась надпись «Веселые ребята». (В фильме самолет командира эскадрильи вместо этой надписи разукрашен нотным станом и музыкальным фрагментом, подобно самолету летчика Ивана Емельяненко, увиденному Леонидом Быковым на фронтовой фотографии.) Пришлись ко двору 2-й эскадрилье и самолеты, и пластинки. Ведь особой гордостью эскадрильи был патефон, с которым летчик сержант Виталий Попков прибыл в марте 1942 года в 5-й гвардейский и попал в эскадрилью к Лавейкину.

Попков-Кузнечик «родился в небе»

В 1985 году во время Всесоюзного агитперелета, посвященного 40-летию Победы, дважды Герой Советского Союза генерал-лейтенант авиации Виталий Иванович Попков рассказывал: «Я занимался в юности авиамоделизмом и за копию бомбардировщика был премирован патефоном. На фронт прибыл с ним — за что с ходу получил прозвище «маэстро». Как-то рассказал об этом актеру Леониду Быкову. Он снял фильм, а меня там показал в образе молодого летчика Кузнечика». (Кстати, Попков, как и киношный Кузнечик, — москвич, с Красной Пресни.) Во 2-й эскадрилье 5-го гвардейского полка сержант Попков превратится в настоящего аса, отправившего к праотцам 41 немецкий самолет (10-й результат среди советских летчиков. — Прим. авт.), чей позывной «Ландыш» наводил ужас на врага.

Именно в эскадрилье бесстрашного аса, Героя Советского Союза гвардии капитана Лавейкина начиналась фронтовая биография молодого пилота Попкова. Комэск Лавейкин, глядя на то, как быстро схватывал премудрости летного дела сержант Попков, не раз с восхищением делился с командиром 5-го гвардейского полка гвардии майором Василием Зайцевым: «Вот смотрю на него и думаю, а не в небе ли он родился? Уж очень у него все отменно получается!»

А начиналось все с курьеза, почти точь-в-точь, как у Кузнечика в фильме. За чрезвычайно дерзкое воздушное лихачество над аэродромом молодого летчика Попкова командир полка назначил вечным дежурным, но не по аэродрому, а по… кухне. Однажды ранним утром, когда Виталий в очередной раз чистил опостылевшую картошку, над аэродромом неожиданно появилась четверка немецких самолетов. Как был он в фартуке, так и вскочил в кабину самолета и пошел на взлет навстречу фрицам. И, как говорится в фильме, «против всех законов физики» сбил свой первый самолет, но не «мессершмитт», а бомбардировщик «Дорнье-217». Тогда-то и прозвучала эта легендарная фраза: «Вы, товарищ командир, своим нижним бельем мне всех фрицев распугали». И действительно, майор Зайцев в столь ранний час выскочил на летное поле без гимнастерки. После этого Кузнечик-Попков был амнистирован, допущен к полетам и громил врага вплоть до победного 45-го.

Фильм «В бой идут одни «старики» все же художественный, а не документальный, и многие образы и эпизоды в нем собирательные, основанные на воспоминаниях летчиков-фронтовиков. Но там, где это было возможно, Леонид Быков старался соответствовать истории 5-го гвардейского. Правда, некоторые моменты Быков увидел по-своему. Так, эпизод с вызовом на бой немецких асов в реальности выглядел совсем по-другому. Немецкий летчик Вилли Батц (237 сбитых, шестой по результативности ас люфтваффе) сбросил на летное поле 5-го полка консервную банку с запиской о вызове на честный поединок. Наши вызов приняли, но фашисты поступили подло: сбили один из наших самолетов на взлете. Через несколько дней за эту подлость отомстил Батцу лично Попков, который «срезал» хваленого аса, заставив его ползать по грязи на брюхе. Попков сбил и девятого по результативности германского аса — Германа Графа, а другой прославленный ас 5-го гвардейского — Герой Советского Союза Иван Сытов — накрутил хвост немецкому истребителю № 1 Эриху Хартману, заставив того грохнуться на вынужденную.

Как говорили ветераны полка, хорошо узнаваем в фильме, даже внешне, их командир — дважды Герой Советского Союза Василий Зайцев. Но, чтобы не было каких-либо недоразумений и ненужных аналогий, Леонид Быков сделал так, что имена летчиков в кинокартине не соответствуют их прототипам из 5-го гвардейского. А вот своих друзей — Николая Алябьева, с которым он жил в эвакуации в Барнауле, и Виктора Щедронова, погибшего в сорок пятом в Чехословакии, — Быков так и показал в фильме как пилотов Алябьева и Щедронова — Смуглянку. Артист Сагдуллаев остался на экране тем же Сагдуллаевым — Ромео. Авиамеханику Макарычу «подарил» свое отчество артист Алексей Макарович Смирнов.

В ходе работы над сценарием Леониду Быкову и его соавторам Евгению Оноприенко и Александру Сацкому довелось побеседовать со многими летчиками-фронтовиками, среди которых были трижды Герои Советского Союза Кожедуб и Покрышкин. Так появилась в фильме фамилия у маэстро — Титаренко, которая очень полюбилась исполнителю этой роли Быкову. Это память о Дмитрии Титоренко — легендарном летчике, ведомом Кожедуба, с которым они на пару завалили в победном сорок пятом немецкого аса Курта Ланге, летавшего на реактивном Ме-262. Гвардии майор Титоренко от первого до последнего дня войны на фронте в составе 176-го гвардейского истребительного. Именно он открыл боевой счет полка, за что и награжден орденом Красного Знамени еще в начале июля 1941 года, попав в первый сталинский указ, когда награды получали единицы, самые что ни на есть из самых. Быков изменил только одну букву в фамилии и имя, сделав своего героя Алексеем Титаренко. Закономерно появление в фильме и летчика Вано — как память о фронтовом друге Кожедуба, отважном грузинском парне Вано Габуния, погибшем при таране немецкого истребителя…

Многие годы, общаясь с ветеранами-авиаторами, участниками войны, я не раз становился свидетелем жарких, до хрипоты, споров вокруг отдельных эпизодов фильма о «стариках». Используя весь арсенал аргументов и фактов, они порой часами доказывали друг другу, что тот или иной случай имел место с летчиками именно их и только их полка. В том-то и кроется одна из причин невероятного успеха фильма, что многие из его сцен были типичны и могли случиться во фронтовой жизни летчиков из совершенно разных полков.

На войне бывало всякое...

Трогательный эпизод любви штурмана ночного бомбардировщика По-2 Маши и летчика Сагдуллаева-Ромео списан Леонидом Быковым с образов главного консультанта фильма Героя Советского Союза генерал-лейтенанта авиации Семена Харламова (во время войны старшего лейтенанта, летчика-истребителя) и его жены — Героя Советского Союза гвардии капитана Надежды Поповой. Она, совершившая 850 боевых вылетов, служила в легендарном 46-м гвардейском женском бомбардировочном полку, где 23 девушки носили звание Героя Советского Союза

Символично, что даже Героями Советского Союза Семен Ильич и Надежда Васильевна стали в один и тот же день — 23 февраля 1945 года. Но в фильме Маша и Ромео погибают, как погибла в годы войны влюбленная пара — Герой Советского Союза летчик-истребитель, командир звена 296-го полка Лиля Литвяк и Герой Советского Союза командир эскадрильи этого же полка старший лейтенант Алексей Соломатин. Как погибли Герой Советского Союза заместитель командира эскадрильи 135-го ближнебомбардировочного полка лейтенант Катя Зеленко и ее муж — командир эскадрильи этого же полка капитан Павел Игнатенко… В память о них и о многих других Ромео и Джульеттах фронтового неба, не доживших до светлых мирных дней, и рассказал в своем фильме Леонид Быков…

Ветераны особого, отдельного 434-го истребительного полка убедительно доказывали мне, что эпизод из фильма, когда маэстро Титаренко возвращается в полк после боя не на самолете, а на лошади — «махнул не глядя!» — взят из реальной жизни: под Сталинградом был сбит и вернулся ночью на коне летчик из их полка Александр Александров. Точно так же ветераны 1-й гвардейской авиадивизии, в которой мне посчастливилось служить, с гордостью поведали о том, что когда в фильме показывают, как Титаренко обнаруживает замаскированные под копнами сена немецкие танки, то имелся в виду их боевой товарищ и командир Герой Советского Союза гвардии майор Степан Прутков. Но наибольшие дебаты, не утихающие и по сей день, вызвал эпизод с трофейным немецким «мессершмиттом», на котором Титаренко летал на разведку, закончившийся, как все помнят, смачной потасовкой с пехотинцами на передовой. Подобные случаи на войне не такая уж и редкость.

Наши летчики, как, кстати, и немецкие, использовали для разведполетов трофейные самолеты весьма активно. Как рассказал Леониду Быкову маршал авиации Покрышкин, для полетов по вражеским тылам была даже создана «спецгруппа Александра Покрышкина» на трех «мессерах». Во время возвращения с задания у одного из Ме-109 отказал мотор. Летчику все же удалось дотянуть до нашей передовой и плюхнуться у самых окопов. Его, с криками «А, фриц, попался!», тут же окружили пехотинцы и, несмотря на то, что капитан пытался разговаривать с ними по-русски, тумаков он получил досыта.

В такую же историю влипли после возвращения на «мессерах» из разведки и Герой Советского Союза Иван Вишняков, и даже комдив — Герой Советского Союза генерал-майор Савицкий. Совсем анекдотическая ситуация произошла у летчика Льва Радигера, который, сев на вынужденную и решив, что попал на немецкую территорию, пользуясь тем, что в совершенстве знал немецкий, начал, было, на свою беду, на нем изъясняться с набежавшими солдатами. А те, естественно, давай его мутузить с нанесением легких и не совсем легких телесных повреждений. И лишь когда несчастный Лева взвыл на всю округу благим матом — отступились.

Вот такое оно получилось у Быкова народное кино: что ни эпизод — так это же все о нас…

«Макарыч, принимай аппарат!»

Сказать, что съемки фильма дались Леониду Быкову очень тяжело – значит, ничего не сказать. Это буквально выстраданный им фильм, в котором он выступил в трех ипостасях: режиссера-постановщика, соавтора сценария и исполнителя главной роли.

Проблемы обрушились на Леонида Федоровича с самого начала: долго не утверждали сценарий. Чинушам от кино он казался то не героическим, то неправдоподобным, то наивным… Веское слово «за» сказали летчики-фронтовики, ветераны 5-го гвардейского полка. Но и после утверждения сценария трудностей меньше не стало. Менялись директора картины, приходили и уходили актеры. Огромного труда стоило Быкову утвердить на роль авиамеханика Макарыча комедийного актера Алексея Смирнова. Железобетонные кинематографические цензоры пошли на попятную лишь после того, как Быков рассказал им, что актер с «глупым лицом» — настоящий герой Великой Отечественной. В то время как актеры-летчики на экране звенят реквизитными бутафорскими наградами, лейтенант в отставке Смирнов имел свои, заслуженные ордена Славы ІІ и ІІІ степени, Красной Звезды, медали «За отвагу» и «За боевые заслуги»… Но весь фильм полюбившийся зрителям Макарыч так и проходил в неказистом черном комбинезоне.

Большой и неожиданной проблемой для Быкова стало полное отсутствие в нашей стране самолетов времен войны. Не сохранилось ни одного истребителя Ла-5ФН, на котором воевали летчики 5-го гвардейского. То же самое было и с немецкими «мессерами». Летающий По-2 обнаружить удалось, но… в Польше. Там же нашлись еще и шесть «кукурузников» в музеях.

Спас создателей фильма председатель ЦК ДОСААФ маршал авиации Александр Иванович Покрышкин. В свое время он десять лет прослужил в Киеве и не раз бывал на местной киностудии имени Довженко. В его лице Леонид Быков наконец-то встретил настоящего единомышленника и покровителя. Истребители Ла-5 решили воссоздать, пожертвовав учебными Як-18А. Своим приказом Покрышкин отдал киношникам на растерзание четыре самолета, у которых «отломали» переднюю стойку шасси, приклепали хвостовое колесо, а для создания задней центровки загрузили фюзеляж балластом — мешками с песком. Двухместную кабину Яка «ополовинили», сделав ее одноместной. Участвовали они, естественно, только в наземных съемках.

Роль «мессершмитта» в фильме исполнил чешский спортивный самолет Z-326 «Тренер мастер», который внешне напоминал пресловутого «худого». Его тоже пришлось подвергнуть «конверсии»: самолет стал одноместным (вторую кабину зашили фанерой), колпак фонаря остекления кабины сделали откидывающимся вправо (как у «мессера»), навесив его на хорошо заметные внимательному зрителю обыкновенные дверные петли. Оснащенный деревянным винтом фиксированного шага, новоиспеченный «мессер» жутко выл, приводя в трепет всю округу.

С бипланом По-2 выручил начальник академии имени Гагарина маршал авиации Сергей Руденко. При этом вузе, по инициативе нашего знаменитого земляка, Героя Советского Союза Маршала авиации Степана Красовского, был создан Музей Военно-Воздушных Сил. В его экспозиции и пылился По-2 выпуска 1945 года, который, в нарушение всех инструкций, на свой страх и риск, и одолжил Руденко для съемок в фильме.

Летом 1973 года сначала на аэродроме Киевского аэроклуба «Чайка», а затем на обыкновенной поляне под Черниговом зарокотали двигатели «Ла-5ФН» и «Ме-109»... В небе за «стариков» летали летчики-асы Киевского аэроклуба — мастера самолетного спорта СССР Владимир Воловень, Валентин Коваль, Сергей Щур и Виктор Соловьев.

Воловень, кстати, участник І чемпионата мира по высшему пилотажу, а в годы войны он летал воздушным стрелком на Ил-2. Жаль только, что в титрах фильма для имен этих летчиков места не нашлось.

Большую помощь Быкову в съемках летных эпизодов оказал фронтовик — начальник отдела авиации ЦК ДОСААФ Украины, полковник в отставке, заслуженный военный летчик СССР Анатолий Иванов, служивший в свое время под началом Покрышкина в Киеве в штабе 8-й отдельной армии ПВО.

Работа над фильмом продолжалась до осени, а 27 декабря 1973 года состоялась сдача ленты в Госкино Украины. Чиновники отнеслись к фильму весьма прохладно. Быков — в Москву, организовал просмотр картины в ЦК ДОСААФ. Когда в кинозале зажегся свет, в глазах человека железной воли — Покрышкина — все увидели слезы. С трудом справившись с волнением, он дал фильму высшую оценку: «Все так, как было…» С восторгом посмотрели фильм и летчики Киевского объединения ПВО, которыми командовал известный ас дважды Герой Советского Союза генерал-полковник Лавриненков.

11 января 1974 года в Киевском кинотеатре имени Довженко с успехом прошла премьера кинофильма «В бой идут одни «старики». Фильму поаплодировали и… положили на полку. Минкульту Украины фильм не понравился. И тут случилось то, чего никто из чиновников не ожидал. За ленту вступились зрители, особенно ветераны-авиаторы. За «Стариков» подал свой высокий голос член ЦК КПСС, главнокомандующий ВВС, главный Маршал авиации Герой Советского Союза Павел Кутахов. Лично ходил на прием к министру культуры Украины легендарный Кузнечик — дважды Герой Советского Союза генерал-лейтенант авиации Виталий Попков. Подключил к защите фильма всех своих «агентов влияния» и фронтовой наставник Ивана Лавейкина, его бывший командир эскадрильи, заместитель начальника управления Госкомитета СССР по телевидению и радиовещанию, Герой Советского Союза Василий Ефремов.

Черту под всякими сомнениями и кривотолками подвел VII Всесоюзный кинофестиваль, где картину Быкова ожидал настоящий триумф — две первые премии за лучший фильм и исполнение мужской роли плюс специальный приз от Министерства обороны СССР. А ведь в том году в СССР было создано 118 фильмов! Последние голоса уж самых упорных критиков затихли после того, как фильм, вышедший 12 августа 1974 года на широкий экран, только до конца года с увлечением посмотрели 40 миллионов кинозрителей! О таком можно было только мечтать: полные аншлаги в кинотеатрах, мальчишки играют в маэстро, как в Чапаева, летные училища трещат от наплыва абитуриентов…

«Маэстро, туш!»

На премьере «Стариков» в родном Краматорске, будучи у летчиков местного 636-го истребительного авиаполка ПВО, Леонид Быков скажет: «Этот фильм — дань моей детской мечте, мечте о профессии летчика. Это мое объяснение в любви тем, кого я лично знал и кого не знал, это фильм о тех, кто остался лежать «в полях за Вислой сонной», о тех, кто не пришел с войны».

У летчиков Краматорского полка вскоре заступил на боевое дежурство грозный перехватчик Су-15ТМ с надписью «Маэстро» на борту. Символично, что именно над Краматорском в 1943-м шестерка Ла-5 гвардии капитана Лавейкина перехватила и разгромила группу из 14 немецких Ю-87, мастерски сбив шесть из них…

В этом есть какое-то присутствие мистики, но ровно через пять лет после триумфа фильма «В бой идут одни «старики» — фильма, пропевшего славную песнь летчикам 5-го гвардейского, уйдет из жизни создатель кинокартины Леонид Быков. Уйдет 11 апреля 1979 года, погибнув в автомобильной катастрофе на 46-м километре шоссе Киев—Минск.

В сентябре 1990 года не станет и 5-го гвардейского полка, попавшего под безжалостный меч расформирования на венгерском аэродроме Шермелек. Но не иначе как Божия рука вмешалась в это дело, и в Москве решили разделить четырехэскадрильный 5-й гвардейский полк между Минском и Киевом, между 26-й и 5-й воздушными армиями, между Белоруссией, где он был сформирован и начал свою боевую биографию, и Украиной, при освобождении которой он покрыл себя неувядаемой славой. Поделили поровну: 1-я и 2-я (та самая, поющая. — Прим. авт.) эскадрильи полка перелетели на аэродром Береза, что на Брестчине, и влились в состав местного 927-го полка, а 3-я и 4-я ушли на украинский аэродром Мартыновка (Вознесенск).

Последним из 5-го гвардейского покинул венгерскую землю и взял курс на Белоруссию, по удивительному стечению обстоятельств, МиГ-29 с бортовым номером «05», который пилотировал последний из исполнявших обязанности командира легендарного полка гвардии подполковник Петр Авдеенко. И сегодня «Миги» из 5-го гвардейского можно встретить в небе Беларуси. А на аэродроме Васильков под Киевом в составе 40-го авиакрыла 8-й авиабригады Воздушных Сил Украины появилась 2-я эскадрилья имени Леонида Быкова и именной МиГ-29 «Маэстро Быков» с бортовым номером «70».

В его родном Краматорске есть музей, улица, кинотеатр, памятник и мемориальная доска на школе, где учился будущий заслуженный артист РСФСР, народный артист Украины Леонид Быков. Есть улица его имени и в Киеве, где в 2001 году на берегу Днепра был открыт памятник погибшим в годы войны летчикам, выполненный в образе легендарного капитана Титаренко. Летчики-ветераны рассказывали мне о том, что когда Киев прощался с Леонидом Федоровичем Быковым, то гроб с его телом несли на руках до самого Байкова кладбища, несли по улицам мимо афишных тумб, на которых по какому-то странному совпадению висели огромные красочные плакаты премьерного спектакля столичного театра имени Франко «Маэстро, туш!». Молча текла по Киеву огромная скорбная человеческая река, река переполненных горем людей, с болью осознающих, что уже никогда не будет ни маэстро, ни его оркестра, который от всего сердца сыграет туш настоящему Человеку…

Уже давно нет в живых и Бати — командира 5-го гвардейского полка дважды Героя Советского Союза Василия Зайцева. В 1986 году не стало и комэска 2-й «поющей» Героя Советского Союза Ивана Лавейкина, чей китель сегодня экспонируется в Музее обороны Брестской крепости, а рядом с ним — вещи сына Ивана Павловича, Александра, ставшего космонавтом № 200 планеты Земля, Героем Советского Союза и Героем Сирии. 6 февраля 2010 года ушел от нас и легендарный Кузнечик — дважды Герой Советского Союза генерал Виталий Попков.

В майские праздничные дни тысячи авиаторов — и ветераны, и те, кто еще в строю, уже в который раз посмотрят фильм о своем родном полку, ибо в каждой настоящей авиачасти были и есть и свой «Маэстро», и Кузнечик, и Макарыч… И в бой вновь пойдут одни «старики»…

Николай КАЧУК

Фото из архива автора

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?