Минск
+24 oC
USD: 2.06
EUR: 2.28

Узников лагеря смерти Тростенец расстреливали, травили в грузовиках-душегубках и сжигали в печи

Увидеть и не забыть

На месте бывшего лагеря смерти Тростенец сейчас возведен целый мемориальный комплекс, центральным монументом которого стала 10-метровая бронзовая скульптура. На ней изможденные узники, стоящие рядом с воротами и опутанные колючей проволокой, символизируют невозможность вырваться из плена. В день трагической даты начала войны, 22 июня, Александр Лукашенко принял участие в митинге-реквиеме “Врата памяти”, посвященном открытию памятника.


Возведение монумента “Врата памяти” стало поистине общенародным проектом — на благотворительные счета поступают деньги от граждан и организаций; на возведение монумента направлена часть средств, заработанных на всебелорусском субботнике. Большой вклад сделан и зарубежными меценатами. 

Перед Великой Отечественной войной здесь расстилалось колхозное поле, стояли хозяйственные постройки. В годы войны это было страшное место, обнесенное колючей проволокой. Здесь возвышались сторожевые вышки, а мрачные стены бараков хранили сырую могильную затхлость...

По количеству жертв Тростенец в чудовищном ряду таких нацистских лагерей смерти, как Освенцим, Майданек и Треблинка.

Осенью 1941 года было создано “государственное имение” (так был зашифрован лагерь смерти) прежде всего для уничтожения евреев Минска и окрестностей, а затем для “окончательного решения вопроса” евреев из Германии, Чехословакии, Австрии, Польши. Лагерь расположился в полутора километрах от деревни Малый Тростенец и включал в себя урочища Благовщину (место массового расстрела) и Шашковку (где людей сжигали).

Один из жутких примеров. В Тростенец очередным этапом из Минского гетто была доставлена женщина вместе с пятилетним сыном. Комендант лагеря приказал ребенка увести. Мальчик, ухватившись за руки матери, плакал и говорил, что от мамы никуда не уйдет. Когда коменданту перевели слова мальчика, он подошел, молча взял малыша, бросил в яму и приказал матери засыпать сына землей. После того, как она отказалась, ее расстреляли и закопали вместе с живым ребенком.

Кормили в лагере жидкой баландой, состоявшей из воды и картофельной шелухи. Хлеба выдавали по 200 граммов в сутки. Постоянная численность узников — около 10 тысяч человек. Жили они в наспех сколоченных сырых сараях. Часто прибывали новые этапы. Тогда происходила сортировка. Слабых, инвалидов, беременных, а также женщин с детьми сразу же отделяли и увозили уничтожать.

Сначала трупы закапывали в ямы (их потом насчитали 34) в урочище Благовщина. Расстрелы иногда длились по 4—5 часов в день. Часть жертв сбрасывали в яму из “душегубок” —  огромных машин, выкрашенных в черный цвет (всего в лагере их было около пяти).

Григорий Беляев, свидетель тех событий, вспоминал: “Я лично неоднократно видел и осматривал машины-душегубки, которые после работы промывались специально приготовленным раствором. Заключенным, которые мыли их, средство разъедало руки до костей. Кузов внутри автомобиля был обит цинком, двери плотно закрывались. Снизу была подведена труба. При движении машины отработанные газы поступали в кузов. Практически все люди умирали”.

Позднее комендант лагеря Эйхе изобрел печь-яму площадью 8 квадратных метров и глубиной 4 метра. Она с зимы 1943 года размещалась в урочище  Шашковка и была окружена трехметровым забором. Над топкой лежали рельсы. К печи вела дорога со спуском для машин-душегубок и грузовиков с живыми смертниками, которых расстреливали на месте.

Нацисты старались сделать из Тростенца лагерь наподобие Дахау или Маутхаузена. Были построены двухэтажный дом для службы безопасности, склад для хранения зерна, работал асфальтовый завод, лесопилка, мельница и мастерские — швейная, сапожная, столярная, слесарная. Узники выращивали сельскохозяйственные культуры, разводили коров, свиней, овец, кур и уток. В мастерских и по хозяйству из заключенных трудилось не более ста человек.

Некоторое время при лагере существовал детский дом. Дети были предоставлены сами себе. Жили в сарае без окон, спали на гнилой соломе. Бывший детдомовец минчанин Николай Норейко вспоминал позднее: “Кормили только хлебом, размоченным в воде... Кровь брали для своих солдат...”

В сентябре 1943 года, после взрыва в минской столовой СД, немцы в три часа ночи оцепили два квартала в районе Комаровки. Жителей согнали на проверку. А затем погрузили на грузовые машины и увезли. Предчувствуя свою гибель, женщины с детьми на руках умоляли немцев остановить машины и разрешить передать детей встречным прохожим. Одна из несчастных даже выбросила из машины на руки прохожего своего ребенка. Дорога вела в Тростенец.

После убийства Кубе также последовали репрессии. Начались они на следующий же день и продолжались двое суток. Было схвачено и расстреляно несколько тысяч минчан (население Минска за период оккупации сократилось в четыре раза — с 200 тысяч до 50-ти).


В 1960-х годах был установлен обелиск с Вечным огнем в память жертв Тростенца, но сделали это на значительном отдалении от самого лагеря. Еще два надгробия появились наместе сожженного сарая и кремационной печи в Шашковке. В 2002 году был установлен небольшой мемориальный знак на месте массовых расстрелов в Благовщине.

После разгрома немецких войск под Сталинградом и Курском, когда Красная Армия приблизилась к Беларуси, гитлеровское командование в спешном порядке стало проводить “Операцию 1005”. В Тростенце с конца октября до середины декабря 1943 года из тридцати четырех ям были извлечены примерно 150 тысяч истлевших трупов, которые были сoжжены на кострах. Круглосуточно работала и печь в Шашковке.

В конце июня 1944-го фашисты устроили ад в бывших колхозных сараях. Вспоминает Степанида Савинская: “Меня вместе с мужем Яковом арестовали и посадили в Минскую тюрьму за связь с партизанами. После длительных и мучительных пыток в СД нас погрузили в автомашину и повезли в неизвестном направлении. По команде немецких палачей заключенные выходили из машин, влезали на верх уложенных трупов и их расстреливали”. Степанида была легко ранена в голову, но тихо лежала до позднего вечера. Затем полицаи, из числа предателей-белорусов, уложили поверх трупов дрова, облили их бензином и подожгли. Выбравшись из-под мертвых тел, ей удалось бежать. 15 дней она, не зная, что Минск уже освобожден, скрывалась в болоте.

После освобождения Минска в Тростенце несколько дней работала Чрезвычайная государственная комиссия. Было установлено, что в 34 ямах-могилах Благовщины захоронено 150 тысяч человек, в печи сожжено — 50 тысяч... Всего в районе лагеря Тростенец, по официальным данным, немцами и их местными пособниками было уничтожено 206,5 тысячи человек. О точном количестве жертв историки спорят до сих пор. Дело в том, что по депортированным из Западной Европы евреям есть списки, а по остальным жертвам гитлеровского режима нет.

Подробную историю страшного “комбината смерти” еще предстоит написать. Для этого следует изучить многочисленные материалы, которые хранятся в Беларуси, Польше, Германии и, главное, в США, куда была вывезена большая часть военных и полицейских архивов нацистов.

dev@sb.by
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Фото: БелТА
3.3
Загрузка...