Увидеть фильмы за строительными лесами

По причине затянувшейся реконструкции «Беларусьфильм» вынужден отказывать российским заказчикам

Шел девятый год реконструкции. Так могло бы начинаться кино, будь его героем Игорь Поршнев (на снимке), в конце августа 2015-го возглавивший «Беларусьфильм». Игорь Валентинович с таким энтузиазмом и оптимизмом взялся за дело, что, казалось, вот-вот о белорусских фильмах появятся восторженные отклики. Прошел год, но киностудия по-прежнему работает в условиях реконструкции, а о нашем кино вообще перестали вспоминать. Чтобы узнать содержание одной серии из жизни киностудии, мы и заглянули в кабинет нового гендиректора.

— Игорь Валентинович, вы пришли на киностудию в очень сложное для нее время, но за работу взялись с оптимизмом. Правда, за этот год на «Беларусьфильме» мало что изменилось. Не жалеете, что впряглись в эту лямку?

— Нет. Ничем в жизни, кроме кино, не занимался и не хочу ничего менять. Я знаю это хозяйство и думаю, что выберемся. Сейчас на киностудию потихоньку возвращаются заказчики. Два павильона заняты: один — до осени, второй – до весны следующего года. Есть и другие желающие. Были бы еще два павильона, и они были бы заняты. На натурной площадке съемки одновременно вели три картины. Жизнь продолжается. Конечно, ситуация непростая в связи с тем, что реконструкция затягивается еще на какой-то срок. Если бы она завершилась, все было бы иначе.

— Год назад своей первоочередной задачей вы как раз и называли окончание строительства...

— Когда я пришел сюда, сроком завершения реконструкции значился декабрь 2016 года. Были выделены определенные средства. Начали с общежития, офисного здания. Были надежды, что уложимся в срок. Но к середине года поняли, что экономическое положение не позволит нам это сделать. Здесь объективная ситуация: государство перераспределяет средства, ведь в первую очередь надо думать о социальных условиях граждан: больницы, детские сады и так далее, а потом только о киностудии. Поэтому сроки реконструкции продлеваются, и мы продолжаем жить в условиях стройки.

— Практически с первого же дня своей работы на киностудии вы стали встречаться с сотрудниками, чтобы узнать об их проблемах. Какое сегодня настроение у коллектива?

— Когда я пришел на киностудию, здесь работало 500 человек, сейчас на пятьдесят меньше. Проблема в том, что я занял эту должность, когда конкурс на производство кинокартин уже был завершен, и получил в наследство лишь две картины, на которых занять весь штат «Беларусьфильма» просто невозможно. Мы способны одновременно делать четыре-пять игровых фильмов. Были надежды на скорый новый конкурс, но он случился только сейчас. Надеюсь, что на следующий год киностудия получит большую загрузку по игровому кино и все сотрудники будут при деле. К слову, студия «Летопись» в этом году сделала только два ролика о деноминации. Больше заказов не было. Привлечь средства спонсоров на такие дела очень сложно. Но ребята ищут, они сняли картину про Тростенец и сейчас в поиске, чтобы ее развить. То есть в документальном кино тоже очень рассчитываем на конкурс. Можно сказать, что полная загрузка только у аниматоров: у них сейчас в производстве пять картин.

Фото Виталия ГИЛЯ

— В прошлом году вы выиграли конкурс на производство двух игровых фильмов. Но если про картину «Держись за облака» есть хоть какая-то информация, то про ленту, посвященную столетию белорусской милиции, полнейшая тишина...

— Съемки фильма про бригаду ЛЭП уже завершаются, надеюсь, что они повторят успех «Дальнобойщиков». Со второй картиной все сложнее: задерживается запуск съемочного периода. Как раз сейчас с МВД изучаем объекты, где будут проходить съемки, смотрим декорации. По плану ее сдача в декабре этого года, и думаю, что мы уложимся в эти сроки.

— В новом конкурсе пять лотов отданы игровому кино. Сколько предложений есть у киностудии?

— На все пять лотов у нас есть проекты. По новым условиям конкурса у киностудии должны быть партнеры, мы их нашли. Это очень серьезные компании, которые успешно производят и реализовывают свои картины. Сейчас вступаем в партнерские отношения с Дмитрием Астраханом. Продюсер Глеб Шпригов согласен на продолжение фильма «Ой, мамочки!». Это один из самых успешных проектов последних лет, он окупился, поэтому и появилась заинтересованность частной компании. Не так давно общались с министром культуры России Владимиром Мединским по поводу нашего сотрудничества, и вот на днях они предложили нам один совместный проект. Есть интересное предложение от московского продюсера Михаила Масленникова о «черных копателях». У нашего постоянного автора Валентина Залужного есть материал, связанный с кладом Наполеона. Действие происходит на белорусской земле, в районе Березино. Очень любопытная история, и может случиться, что тоже подадим ее на конкурс. Но если с этими проектами не успеем сейчас, то будем подавать их в следующем году. 

— Может быть, все беды киностудии оттого, что в стране расплодились частные кинокомпании? Как раз одна из таких на прошлом конкурсе увела у вас одну из номинаций.

 — Нельзя сказать, что увела, так как мы работаем вместе, являемся сопродюсерами «Автошколы». Если отбор идет чисто по экономическим показателям, то нам тяжело тягаться с компанией, которая имеет только директора, бухгалтера и стул со столом. Совсем другое дело, если говорить о творческой составляющей… Но даже в этой ситуации можно найти положительные моменты. Если проработать схему, по которой проект частной компании, выигравший конкурс, может прийти на нашу базу и здесь сниматься, было бы вообще здорово. Были бы и фильмы хорошие, и студия была бы занята. Мы заинтересованы в компаниях, которые могли бы снимать на нашей базе. Студия, которая работала над «Автошколой», не имеет своей инфраструктуры, потому обратилась к нам, мы изучили и стали работать, потому как поняли, что на этом можно заработать.

— В последние годы часто идут разговоры о том, что спасти наше кино можно, пригласив людей с громкими именами. Говорилось про Эмира Кустурицу и Жерара Депардье. 

— Разговор о запуске сериала «Нормандия—Неман» с Депардье шел еще до моего прихода на киностудию. В прошлом году встал вопрос о выделении денег с белорусской стороны. Мы провели маркетинговые исследования и узнали, что в России на этот проект не потратили еще ни копейки. Министерство культуры России в конкурсе не участвовало, в фонде кино сериал не проходил по формату, а Первый канал во главе с Константином Эрнстом был готов участвовать, только когда весь бюджет будет собран. В итоге проект завис не по нашей вине. «Беларусьфильм» не может войти туда первым со своими деньгами. Но мы надеемся, что проект все же состоится и будет сниматься на нашей базе.

Та же история и с Кустурицей. Нас приглашали в Израиль на переговоры, но мы предложили провести их на нашей стороне, изучить базу. Пока в этом деле тоже тишина. Вообще, Кустурица всегда очень долго готовит свои проекты. Поэтому шансы увидеть его у нас сохраняются. 

— Игорь Валентинович, признаться, когда вы бросили все свои дела в Москве и приехали на «Беларусьфильм», многие надеялись, что благодаря своим связям заманите сюда кинематографистов из России…

— Потихонечку возвращаются на студию заказчики, которые работали здесь раньше. Валерий Тодоровский приезжал и рассматривал возможность снимать здесь картину о Карибском кризисе. В этом проекте у него занято более сорока звездных артистов. И когда посчитали расходы по их перелету и проживанию здесь, даже с учетом нашей недорогой инфраструктуры получилось, что дешевле все же снимать в Москве. И так много проектов откололось. Сейчас есть большая база в Ярославле, во Владимире, под Санкт-Петербургом. Кроме того, в России цены сейчас очень сильно упали, поэтому не всегда целесообразно ехать в Минск. Но всегда пользуются спросом наше качество строительства декораций, коллекция костюмов и оружия. То есть исторические картины выгоднее снимать у нас. Сейчас ведем переговоры о съемках «В августе 44-го» в 3D. Продюсеры уже дважды были в Минске, смотрели нашу натурную площадку.

К слову, обращалась к нам команда Александра Велединского, который сейчас снимает в Кейптаунском порту в Южной Африке. Они просили нас построить один из залов Эрмитажа, прислали чертежи. Мы были готовы с ними работать, но на этот срок павильон оказался занят другой российской картиной. 

— Сколько будет всего павильонов после реконструкции?

— Четыре тысячника и один трехсотметровый. 

— Рассчитываете, что все они будут заняты?

— Павильоны всегда востребованы. Видите, россияне интересуются. В Прибалтике, например, нет оборудованных павильонов. Они переделывают какие-то промышленные предприятия под съемки. Поэтому наша база может стать и для них временным домом. 

Фото Татьяны СТОЛЯРОВОЙ

— Сегодня «Беларусьфильм» снимает только фильмы, выигранные по конкурсу, то есть оплаченные из государственного бюджета. Есть ли шансы, что в ближайшее время киностудия сможет делать какое ей вздумается кино за свои деньги?

— Сейчас у нас очень сложное финансовое положение, поэтому о съемках собственного продукта не может быть и речи. В будущем, далеком или недалеком, это может случиться. Но инициировать такие проекты надо. Полгода назад мы заявили сценарий об Андрее Громыко, это значимая фигура и для Беларуси, и для России. Было бы здорово, если бы Союзное государство финансировало этот проект. Удачное сотрудничество получилось с «Брестской крепостью», и его можно было бы продолжить. 

— Наш кинематограф часто упрекают именно в отсутствии хороших идей, сценариев...

— В нашем сценарном портфеле есть классные работы, причем как белорусских авторов, так и из других стран. Вот, например, одна компания купила у семьи Короткевича права на «Дикую охоту короля Стаха». Мария Руссо два года работает над проектом, мы подписали с ней протокол о намерениях. Мы еще никому не отказали, принимаем все идеи. Приходил наш известный режиссер Вячеслав Никифоров тоже с Короткевичем, причем сразу с двумя сценариями. Но его проект стоит пять миллионов долларов. Где взять такие деньги? Вряд ли государство может позволить себе вложить такую сумму в один фильм. Надо искать независимых продюсеров, но это тоже не так просто.

— Но если помечтать, после реконструкции сможем все же развернуться?

— На заседании Президиума Правительства Премьер-министр Андрей Кобяков заметил, что Россия, объявив Год кино, по конкурсу выдает маститым режиссерам по пять-семь миллионов и не ждет возврата денег. Она ждет высококачественный продукт о российской истории, чтобы разбавить этот американский поток, который идет во всех кинотеатрах. Как у нас? Из последних серий телефильма «Государственная граница» мы сделали киноверсию и прокатили по всей стране. Она собрала рекордное количество зрителей. Люди шли на белорусский продукт, не важно, был там административный ресурс или нет. 

— Окупить ее смогли?

— В кинопрокате окупить невозможно, потому что у нас нет столько кинозалов и зрителей. 

— Продать телеканалам?

— Проблема одна: «Государственная граница» — это белорусский продукт. Зачем России фильм о наших пограничниках? Даже канал «Звезда» отказался. Поэтому сейчас стараемся выбирать проекты, не привязанные к стране. Сюжет «Ой, мамочки!» может происходить хоть в Питере, хоть в Казани, хоть в какой другой стране. В картине «Держись за облака», работа над которой сейчас заканчивается, интернациональная история, надеемся, она заинтересует зрителей из разных стран.

— Программа-минимум на следующий год есть?

— Хотелось бы достойно реализовать работы, которые мы представили на конкурс. Заработать денежек и снимать свое кино.

stepuro@sb.by
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...
Новости