Уроки Николая Дементея

Фамилия этого человека хорошо известна руководителям сельскохозяйственных коллективов, особенно тем, кто постарше. В 70—80-е годы прошлого века Николай Иванович работал заведующим сельхозотделом, а затем секретарем ЦК КПБ — курировал сельское хозяйство. В те времена Беларусь не только занимала лидирующее положение в этом секторе экономики среди субъектов Советского Союза, но по многим показателям не уступала западноевропейским государствам. Многие помнят Николая Ивановича и по деятельности на посту Председателя Верховного Совета республики. И хотя оценивают ее по-разному, в главном все единодушны: основы белорусского суверенитета закладывались под его руководством.

Восьмидесятилетний юбилей отмечает агроном по образованию, бывший секретарь ЦК КПБ по сельскому хозяйству, известный парламентарий, один из авторов Декларации о государственном суверенитете Беларуси

Фамилия этого человека хорошо известна руководителям сельскохозяйственных коллективов, особенно тем, кто постарше. В 70—80-е годы прошлого века Николай Иванович работал заведующим сельхозотделом, а затем секретарем ЦК КПБ — курировал сельское хозяйство. В те времена Беларусь не только занимала лидирующее положение в этом секторе экономики среди субъектов Советского Союза, но по многим показателям не уступала западноевропейским государствам. Многие помнят Николая Ивановича и по деятельности на посту Председателя Верховного Совета республики. И хотя оценивают ее по-разному, в главном все единодушны: основы белорусского суверенитета закладывались под его руководством.

Утро 24 июля 1990 года в Овальном зале Дома правительства, где заседал Верховный Совет Белорусской ССР ХII созыва, оказалось, наверное, самым жарким со времени избрания высшего органа законодательной власти. Таких острых, напряженных и длительных дебатов не было даже при обсуждении состава правительства.

Впрочем, Николай Дементей и не предполагал, что при принятии проекта Декларации о государственном суверенитете республики, который начали обсуждать законодатели, обойдется без споров. Больше всего разногласий возникло по одиннадцатой статье, где говорилось о праве Беларуси на добровольные союзы с другими государствами и свободный выход из этих союзов, а также предлагалось незамедлительно приступить к разработке нового Союзного договора.

Последнее и стало камнем преткновения в парламенте. Дебаты не утихали в течение двух дней, и только к обеду 26 июля народные избранники подошли к голосованию по одиннадцатой статье. Видимо, чувствуя, что их предложение не пройдет, группа законодателей во главе с Зеноном Позняком и Станиславом Шушкевичем демонстративно покинула зал заседаний. Расчет был прост: сорвать принятие проекта Декларации. По их предположениям, в Овальном зале не должно было оказаться конституционного кворума, необходимого для придания документу законодательной силы.

Судьба стратегического для будущего страны документа висела на волоске. Председатель Верховного Совета чувствовал это, но он видел и другое: пойти на поводу оппозиции — значит, пойти против воли подавляющего большинства граждан страны.

Окинув взглядом разгоряченный зал, Николай Иванович попросил провести повторную регистрацию депутатского корпуса. Зал замер в томительном ожидании и, как показалось Дементею, вместе с ним облегченно вздохнул, когда на электронном табло высветилась цифра, позволяющая продолжать работу. Теперь уже Председатель Верховного Совета не сомневался: депутаты поддержат его вариант Декларации.

Это было первое, но, как оказалось, не последнее испытание Николая Ивановича на умение отстаивать позицию, находить общий язык с разными политическими силами. Мало кто знает, но именно Дементею, будучи председателем специальной комиссии Совета Федерации и Верховного Совета СССР, первому пришлось разруливать напряженную ситуацию в Вильнюсе после известных январских событий 1991 года.

Память Николая Ивановича до сих пор сохранила в мельчайших подробностях тот визит в литовскую столицу. Получив сообщение о захвате националистическими силами вильнюсского телецентра, Президент СССР Михаил Горбачев срочно созвал в Кремле совещание, на котором было решено направить в Вильнюс специальную комиссию для оказания конкретной помощи литовскому руководству. Возглавил ее по предложению Бориса Ельцина Председатель Верховного Совета Белорусской ССР Николай Дементей.

Поздним вечером 12 января, сразу после окончания совещания, делегация на военно-транспортном самолете вылетела в Минск, чтобы, переночевав в столице Беларуси, уже ранним утром следующего дня быть в Вильнюсе. Увы, они немного опоздали. Ночью Николая Ивановича разбудил постоянный представитель Литвы при Совете Министров СССР Эгидмюс Бичкаускас и сообщил, что в Вильнюсе — массовые митинги, военные штурмом взяли телестудию, в ходе которого не обошлось без жертв среди гражданского населения.

Аэропорт литовской столицы в тот день был закрыт, но для самолета, в котором прибыла специальная комиссия, было сделано исключение. Сразу после приземления Дементей и другие члены союзной делегации под осуждающими взглядами работников аэропорта направились к зданию парламента, где находилось руководство республики.

По дороге попадались перевернутые то здесь, то там легковые автомобили, горы мусора. У входа в высший орган законодательной власти Литвы, загороженного тяжелыми бетонными блоками и плитами, членов специальной комиссии встретила многолюдная возбужденная толпа. Витаутас Ландсбергис вместе с какими-то людьми находился в своем кабинете и просматривал видеопленки с записями событий прошедшей ночи.

— Вы связывались с командованием Прибалтийского военного округа? — перебил Ландсбергиса Дементей.

— Нет, — после некоторой паузы ответил тот.

— А с Горбачевым?

— Никак не могу дозвониться. В приемной отвечают, что его нет в кабинете.

Не говоря ни слова, Дементей подошел к аппарату спецсвязи и позвонил в кабинет Президента СССР. Трубку снял Горбачев. Николай Иванович проинформировал о том, что удалось увидеть и услышать в первые часы на литовской земле.

Положив телефонную трубку, глава специальной комиссии посмотрел на Ландсбергиса. По тому, как тот избегал его прямого взгляда, Дементей понял: Председатель Верховного Совета Литвы ни с кем не связывался и связываться не собирается. А это могло привести к новым вооруженным столкновениям и невинным жертвам.

— Я на вашем месте все же поговорил бы с военными, — посоветовал Дементей Ландсбергису. — И хочу предупредить, что в случае нового кровопролития именно вы будете нести всю моральную и уголовную ответственность за то, что произойдет в республике.

Последние слова, произнесенные жестким тоном, возымели действие, и Ландсбергис смягчил свою позицию. Не сразу, но компромисс удалось найти. Воинские подразделения постепенно уходили с вильнюсских улиц на постоянные места дислокации, в городе становилось спокойнее. Три последующих дня Николай Дементей провел в трудовых коллективах литовской столицы и села. Он встретился с рабочими и служащими нескольких вильнюсских заводов, побывал в Академии наук республики, беседовал с женами офицеров местного гарнизона.

Эти усилия руководителя и членов делегации дали результаты. Они позволили разрядить взрывоопасную ситуацию в соседней республике, успокоить страсти, снять угрозу вооруженного конфликта.

А спустя некоторое время голос белорусского лидера слышен уже в Ново-Огарево, где идет работа над проектом нового Союзного договора. Николай Иванович принимает активное участие в его подготовке. Он — убежденный сторонник великой страны, он не скрывает своей позиции, открыто и аргументированно отстаивает ее. Несколько раз Дементея пытались склонить на свою сторону противники Союза, предлагая задолго до Вискулей тайно подписать соглашение об упразднении СССР. Но он не изменил своим принципам и убеждениям.

Дементей всегда исходил из реалий жизни. Так учили его родители, потомственные крестьяне из чашникской глубинки. Так всегда советовали поступать учителя, которые помогали идти по дороге жизни. А ему повезло на хороших и умных людей. Будущему Председателю Верховного Совета республики пришлось работать под началом таких известных государственных и политических деятелей Беларуси, как Кирилл Мазуров, Владимир Лобанок, Станислав Пилотович, Тихон Киселев. Его, молодого первого секретаря Ушачского райкома партии, приметил когда-то лидер республиканской партийной организации Петр Машеров и через некоторое время пригласил в ЦК КПБ. Сначала — заведующим сельскохозяйственным отделом, а затем — секретарем по вопросам аграрно-промышленного комплекса.

Годы работы с Петром Мироновичем стали хорошей школой для Дементея, помогли ему сформироваться как руководителю государственного масштаба, обладающему не только обширными профессиональными знаниями, но и высокими духовными и моральными качествами, устоявшейся жизненной позицией.

Лучшие черты характера Дементея, его житейская мудрость, умение выдерживать четкую политическую линию сполна проявились в период руководства Верховным Советом республики. Конечно же, это нравилось далеко не всем, в том числе и Западу.

На лидера парламента начались нападки. Особенно в этом усердствовали депутаты от БНФ. Настоящая травля неугодного Председателя началась перед планируемым на двадцатые числа августа 1991 года подписанием нового Союзного договора и однозначной позицией Дементея поддержать от имени нашей республики этот документ. Так называемый московский путч не позволил осуществить эти намерения, но он же был использован парламентской оппозицией, чтобы расправиться с Председателем Верховного Совета.

22 августа 1991 года в Минске открылась внеочередная сессия, которая должна была обсудить события в стране последних дней. Едва началось заседание, в адрес лидера парламента посыпались оскорбления и незаслуженные обвинения, самым легким из которых было пособничество путчистам. Слушать откровенную ложь, домыслы, сплетни было выше всяких сил, и Дементей, взяв слово, заявил о своем уходе в отставку.

Но, даже находясь вне политики, Николай Иванович еще долго чувствовал нападки политических недругов. Однако он не сломался, выстоял и — победил. Время все расставило по своим местам.

Спустя пять лет, в 1996 году, Николай Иванович был избран членом Совета Республики Национального собрания страны и вновь продолжил работу по созданию и укреплению законодательства теперь уже суверенной Беларуси. Уйдя из большой политики, Дементей, кстати, агроном по образованию, стал заядлым огородником. Он успешно освоил прививку деревьев, десятки которых подарил друзьям и знакомым. Нравится ему заниматься и пчелами — на его пасеке уже около десяти семей. Кроме пасеки и небольшого сада, на даче есть и парничок, где растут огурцы, помидоры. На огороде — грядка картофеля, малина, клубника, у крыльца — виноград.

Обычный день Дементея начинается в пять часов утра. Слушает новости. Затем — на кухню готовить завтрак. После смерти жены, утрату которой он тяжело переживает, этой работой приходится заниматься самому.

И весь день — хозяйские заботы. А еще за эти годы вышла книга воспоминаний Николая Ивановича «Уроки жизни». Интересные, между прочим, уроки. И не только для политиков.

Николай ЩЕРБАЧЕНЯ, Владимир ШЛАПАК (фото), «БН»
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?
Новости
Все новости