Минск
+13 oC
USD: 2.04
EUR: 2.27

Управа на Питера Пэна

100 лет назад ученые пророчили Европе демографическое самоубийство...

100 лет назад ученые пророчили Европе демографическое самоубийство. Хотя как раз тогда ничто не предвещало беды. Но вот минул век. Европа здравствует. Впрочем, какое государство ни возьми, каждое озабочено: как повысить рождаемость, сократить смертность, увеличить продолжительность жизни, укрепить институт семьи и брака? По большому счету, все европейские страны, наша в том числе, в буквальном смысле борются за выживание. В чем причина? Кризис семьи, ведь им так удобно оправдывать демографические бреши? Или сворачивание среднестатистической ячейки общества с многодетной до уровня «мама, папа, я — вот и вся семья» — это неизбежный результат социальной и духовной эволюции? Ни один из вариантов оптимизма не прибавляет, детей — тоже. Так неужели печальная участь мамонтов для европейцев — всего лишь дело времени? Или, зная «антисемейные» факторы, мы сможем управлять ими, изменяя ситуацию в свою пользу?


Уценка с переоценкой


Любопытный вывод сделал недавно, будучи в Минске, эксперт Венского института демографии Австрийской академии наук Томаш Соботка: во всех странах люди живут все дольше и имеют все меньше детей. Сравните: в 1925 году средняя продолжительность жизни женщины не превышала 45 лет, в 2005 году достигла 85. Но тогда одна женщина в среднем рожала 4 — 5 детей, а сейчас — хорошо, если решается на второго. Это данные Японии, где тенденция «дольше живем, меньше рожаем» прослеживается наиболее четко.


Еще более красноречив близкий нам по духу портрет русской женщины. В 1900 году она выходила замуж в 21 год, в 22 — рожала первенца. В среднем в семье было 5 детей, половина из них умирали, не достигнув совершеннолетия. Зато уже в 1978 году в брак вступали примерно в 23, спустя год праздновали пополнение в семействе. В среднем на каждую семью приходилось 1,6 ребенка. 56 процентов женщин имели интимные отношения до замужества, треть малышей рождались вне брака. И совсем свежий портрет белоруски образца 2009 — 2010 годов. Возраст для замужества — 24,2 года, первый ребенок — в 24,4. Вне брака рождается каждый пятый. Иными словами, за какое–то столетие понятия брак — секс — дети перестали быть звеньями одной цепи. Сексуальные отношения совсем не означают желание иметь детей, равно как и сам брак.


Последние исследования в странах Восточной Европы дали четкий ответ, почему так произошло. До сих пор в обществе сильно убеждение, что главное предназначение женщины — родить ребенка. «Правда в том, что сами женщины давно уже так не думают», — говорит Томаш Соботка и в подтверждение приводит данные социологических опросов: в 1991 году считала, что для полного счастья необходимо родить ребенка, каждая вторая девушка до 34 лет, в 1999 году — уже только каждая третья.


Кнут и пряник


Главные «враги» семейности и многодетности известны давно и в лицо.


— Наших современников в первую очередь заботят вопросы образования, карьерного роста, материальное благополучие, а не семейный статус и рождение детей, — говорит Томаш Соботка. — Многие говорят и об отсутствии психологической зрелости, необходимой для создания семьи. А в психологии все большую популярность приобретает термин «комплекс Питера Пэна».


В итоге сейчас сложилась почти анекдотичная ситуация: ответственность за решение демографической проблемы возложена на людей, большинство из которых хотят прожить жизнь, как подростки, заботясь только о себе.


Но все не так безнадежно, как могло показаться на первый взгляд. На такую тонкую и сугубо личную материю, как семья, вполне под силу влиять извне. Скажем, методом кнута. Печально известен опыт Румынии времен Чаушеску, когда, сделав ставку на высокую рождаемость, диктатор запретил разводы, противозачаточные средства и аборты, а каждая женщина была обязана произвести на свет не менее 4 детей. А ограничительная политика, проводимая в Китае с 1978 года? А запрет узнавать пол будущего младенца в Индии и Корее? Насколько эффективны были такие подходы — для науки вопрос, но кое–какие результаты они все же давали, порой чудовищные и бесчеловечные.


И совершенно противоположный опыт Франции, первой в мире страны, которая столкнулась с проблемой депопуляции и стала проводить целенаправленную «семейную» политику, основанную на экономических мерах. Один пример: только пособий для семей там — 15 различных видов плюс налоговые привилегии, которые увеличиваются по мере того, как растет ячейка общества. Кроме того, борьба с дискриминацией женщин работодателями — дело чуть ли не первостепенной важности. Многие исследователи даже считают ключевой в успехах французской демографии не столько материальную поддержку, сколько защиту интересов матерей на рынке труда.


Не в деньгах счастье


Впрочем, нам и самим есть чем похвастаться. За последние четверть века Беларусь дважды переживала беби–бум: в начале 1980–х и в середине 2000–х годов. И оба раза во многом благодаря мерам социальной политики. Сначала это были выплаты единовременного пособия при рождении ребенка, частично оплачиваемый отпуск по уходу за малышом и т.д., потом — увеличение оплачиваемого отпуска по уходу за ребенком до 3 лет, льготные кредиты на строительство жилья и погашение задолженности по ним для многодетных семей и т.д.


— Сейчас рождаемость в стране снова пошла на спад, — отмечает директор НИИ труда Министерства труда и социальной защиты Светлана Шевченко. — В 2010 году число новорожденных по сравнению с 2009 годом уменьшилось на 1.140 младенцев. И с каждым годом «демографическая яма» будет только глубже. Ведь многочисленное поколение 80–х с каждым годом по естественным причинам будет рожать все меньше детей. Надежды на молодых людей, родившихся в 90–е? Тогда в стране наблюдался демографический провал. Уже только по этой причине на беби–бум нам рассчитывать не приходится вплоть до 2030 года.


Но на крепость брака и размер семьи влияет и социально–экономическая погода в стране, признает Светлана Васильевна. Если нам удастся сохранить уже существующие меры социальной поддержки от обесценивания в условиях мирового финансового кризиса, это убережет от полета в демографические тартарары. В последнее время делался упор на стимулирование рождения третьего ребенка. Однако доля таких семей по–прежнему невелика — всего 11 процентов. Зато без малого 60 процентов мам и пап ограничиваются рождением одного ребенка. Настало время сместить акценты и подтолкнуть родителей к появлению прежде всего второго малыша.


— И это правильно, — убеждена профессор Людмила Шахотько, эксперт в области народонаселения. — Чтобы количество белорусов хотя бы оставалось на прежнем уровне, необходимо, чтобы у каждой женщины было не менее двоих детей. А у нас сейчас среднестатистический коэффициент — 1,4.


Именно поэтому в проект новой Национальной программы демографической безопасности заложено последовательное повышение пособий, связанных с рождением и воспитанием детей. До 2015 года детские пособия планируется привязать к размеру среднемесячной зарплаты в стране. А уже в IV квартале этого года существенно вырастут выплаты при рождении детей.


Понятно, что при любом раскладе расширение семейства будет в первую очередь продиктовано желанием двоих испытать счастье родительства, а не корыстным расчетом. Но и совсем списывать со счетов материальные стимулы не стоит. По мнению большинства демографов и социологов, ставка на комплекс разных мер — единственно верная. И пусть эффект проявится лишь в отдаленной перспективе, а сил и средств потребуется немало. Когда речь идет о будущем нации, торг, как говорится, неуместен.


Новый семейный ландшафт


Основные убеждения современной семьи


Развод лучше плохого брака.


Гражданский брак, сожительство более чем приемлемы. В некоторых европейских странах практически недопустимо вступать в брак, прежде не пожив совместно хотя бы 1 — 2 года.


Рождение детей вне брака незазорно.


Оправданно откладывать рождение детей на более поздние сроки.


Допустимо вообще отказываться от счастья родительства.

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...