Тюльпаны у памятника

Аванс за спелые яблоки

Из серии «Выси и дали»

Когда с соседом по хутору пришли навестить на кладбище могилу его матушки Ядвиги, Павел вдруг спросил:

— Выходит, сегодня уже тринадцатое?

— Ну да,— недоуменно протянул я. 

— Все правильно, Ольга уже с утра была здесь, — заключил он и показал на памятник, у которого лежал букет алых тюльпанов. — Она хоть и непутевая, но всегда навещает Андрея в день его рождения. Больше к нему никто и не ходит, — добавил сосед. — Как май разошелся, почитай, уже середина.

С фотографии на нас глядел молодой парень. Совсем молодой! Едва ли не выпускник школы. Павел обещал рассказать мне об этом юноше и, как он выразился, непутевой Ольге, но сильно не обнадежил.

— Никто толком так и не знает, что тогда случилось у конюшни…

В тот день я съездил в райцентр и на местном базарчике купил рассаду разных цветов. Высадил их в основном на большой клумбе, но оставил немного и для той полоски, что пролегала возле бани. 

Вечером мы сидели с соседом в беседке, и я готов был выслушать заинтересовавшую меня историю. Павел по случаю и в компании может выпить, и прилично, но сейчас у него побаливала поджелудочная железа, и он, как и я, ограничился бокалом хорошего сухого вина.

— Не повезло парню, — начал он. — Андрей красавцем был. И крепкий, и толковый. Сейчас на селе таких единицы. Кто поумнее, так в город перебрался сразу после десятилетки. За Андреем сразу две девчонки ухлестывали — Света и Оля. Надо отдать парню должное — он ни одну из них не отталкивал. Видели его с обеими. Но вот как-то решили они разборки устроить. Андрей уже был на первом курсе института и приехал на каникулы. В тот день он выписал в сельсовете коня с телегой, чтобы помочь родителям перевезти домой с луга сено. Там, на конюшне, они все втроем и сошлись. Светка уселась на подводу и наблюдала, как Ольга отчитывала Андрея за то, что вчера он был не с ней. И вдруг лошадь, как у нас говорят, спудилась. Помчалась, как бешеная, с телегой с конюшни. Девушка вылетела и больно ударилась, но ничего себе не повредила. Андрей побежал за лошадью. Та сделала один круг вокруг конюшни, пошла на второй. Телега уже почти развалилась, но животное все храпело и бежало. Тогда и попытался Андрей его остановить. Да где там! Лошадь и его потащила. Вскоре он грохнулся на землю. С трудом поднялся. Но все оказалось намного хуже. Пришлось парня везти в больницу. Выяснилось, что, падая, он повредил обе почки. Долго лечили его по разным больницам, а он все сох и сох. Ясно, что уже не до учебы было. Вскоре и умер. Был у Андрея младший брат. Сейчас у родителей только на него осталась надежда. И он молодец, не подвел их, хорошо досматривает.

— Ну а что девушки? — спросил я.

— А что с ними будет? — словно отмахнулся Павел. — Света уехала к вам в Минск и вышла замуж за начальника какой-то стройки, но что-то там у них не сложилось. Развелись. А вот с военным у них вроде как все путем. Когда уволился, уехали жить в Россию к его родителям. Говорят, двое ребятишек. Уже, видать, большие. Сюда она никогда больше не приезжала, а родители ее переехали в Полоцк, к старшему сыну. Что ей тут делать?

— А почему Ольгу непутевой назвал? — спросил я.

— Сами судите, — вздохнул сосед и сделал глоток из фужера с вином. — В тот год сильно яблоки здесь у нас уродили. Вот и приехали две фуры из Калининграда скупить их ящиками для перепродажи в России. Сад у Оли с матерью огромный и очень хороший по сортам. Отец их еще пару лет назад оставил и ушел жить за озеро с молодой женщиной. Оля и учудила вдруг — уехала с водителем одной из фур. Куда? Кто знает. Но через полтора года вернулась. Бросил он ее. Так и пошла она в непутевую жизнь. Познакомилась с какой-то подругой, и вместе они, говорят, выходят на большую трассу обслуживать водителей. Ну, так говорят. Я там со свечкой не стоял. Да Бог ей судья. Вот только думаю, что лишь она и любила Андрея по-настоящему. 13 мая у него день рождения. Вот и лежат здесь всегда с утра цветы.

— Скажи, — осторожно спросил я соседа, — а не могла ли Ольга там, на конюшне, устроить специально, чтобы лошадь взбесилась?

— Говорили люди и об этом, — отмахнулся Павел. — Даже милиция вроде как разбиралась. Но главный-то свидетель кто? Андрей. Он сказал, что сам во всем виноват был. Да и я не верю, что виноватые там были вообще. Сколько раз на деревне такую сцену с конем можно видеть…

Павел ушел. Спал я тревожно. Снились кони, которые мчатся на меня, но какая-то сила поднимает меня вверх над табуном, и я продолжаю парить над землей, не знаю, как опуститься, чтобы не разбиться вдребезги. 

Прошло некоторое время, но история, рассказанная Павлом в тот вечер, не отпускала. И что еще хуже — с некой странной периодичностью повторялся и тот тревожный сон. И вскоре я понял, какой цепочки не хватает в этой истории, что мне следует делать.

Узнал у Павла, как в деревне за озером отыскать дом, где живет Ольга с матерью, и сел на велосипед. Накануне прошел небольшой дождь и слегка укатал проселочную дорогу. Ехать было приятно. Без труда отыскал нужную мне хату и переступил порог. За круглым столом сидела пожилая женщина и, доставая пальцами шпроты из открытой банки, накладывала их на ломоть хлеба. То, что мне повезло и Ольга дома, почуял сразу. В избе стоял легкий запах недорогих духов. Приветливо поздоровался.

— Оля, к тебе приехали, — громко произнесла женщина со шпротами. 

Через какое-то время из дальней горницы вышла заспанная женщина. Не первой свежести, но вполне привлекательной наружности. Светлая, стройная. 

— Вы Ольга? У меня к вам есть дело, — начал я. — Если не возражаете, выйдем во двор и поговорим. Дождь перестал.

— Ну, пошли, — накинув косынку на растрепанные волосы, произнесла женщина.

«Ей сейчас лет тридцать пять, скоро и на трассе никому не будет нужна», — подумал я.

— Значит, и до вас моя история докатилась, — начала она. — Слышала, что вы то ли доктор, то ли редактор. По мне — лучше бы доктор, а то что-то здоровье барахлить начало.

Я обещал помочь ей пройти медосмотр. Она достала из кармана халата немного смятую пачку сигарет и зажигалку. Закурила. Мало-помалу мы разговорились. 

— А ведь и у меня все могло сложиться по-человечески, — задумчиво произнесла Ольга. — Встретилась наконец в Витебске с Серегой. Парень что надо. В моем вкусе. Непьющий. Так нет же, мать его стервой оказалась. Что-то заподозрила и втихаря приехала сюда к нам в деревню справки обо мне наводить. Ну, конюх наш Игнат за бутылку водки и наговорил обо мне всякую дурь. Другие-то молчали. Народ у нас неразговорчивый. А ему вот и поверила. Сыну сказала, что будто я это Андрея на тот свет отправила… Ясное дело, будущая свекровь все сделала, чтобы Сережку от меня отвадить. Так и дальше покатилось.

Вылучив момент в разговоре, задал ей осторожный и провокационный вопрос:

— Скажи, только честно, как на духу, тогда на конюшне ты хотя бы мысленно хотела, чтобы лошадь помчалась и соперница твоя Светлана упала с телеги?

Ольга долго молчала.

— Честно? — переспросила наконец она. — Да, хотела, но ничего для этого не делала. 

Мне же подумалось: может быть, тогда лошади этого и хватило…

Видно было, что сад этих двух по-своему несчастных женщин и в этом году нальется красивыми яблоками. Я сказал, что осенью приеду сделать у них хорошую закупку, и протянул Ольге крупную купюру. Сказал, что это аванс. Женщина долго не решалась ее взять, заметила, что это много, но все же как-то виновато улыбнулась и положила денежку в карман халата. «Отдам матери», — вымолвила она.

Никуда не поеду я осенью. Хватает яблок и на наших хуторах. Вечером почему-то больше думал не об Ольге, а о самом Андрее. Правду о том, что тогда случилось у конюшни, мог бы рассказать только он. Но ему не повезло больше всех…

Коллаж Юлии КОСТИКОВОЙ.


Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...