ЦИК уполномочен объявить

Лидия Ермошина — о нынешней и будущих электоральных кампаниях, изменениях в Избирательный кодекс и электронном правительстве

Фото Павла ЧУЙКО
Элегантный костюм, сдержанный макияж, легкая улыбка перед фотокамерой. Ее движения отточены, а ее открытость — удовольствие для любого журналиста. В самый разгар избирательной кампании в местные Советы депутатов корреспондент «Р» встретилась с Председателем Центральной избирательной комиссии Лидией ЕРМОШИНОЙ. В обстоятельном интервью мы обсудили, почему политика не может держаться на одних энтузиастах, как в ЦИК относятся к оппозиционным политикам, появятся ли у нас мобильные приложения для онлайн-голосования и почему у Центризбиркома никогда не будет своей странички на Facebook. 

На выборы идут энтузиасты 

— Лидия Михайловна, сейчас разгар избирательной кампании, вас сложно застать на рабочем месте. Чем сегодня занимается ЦИК?

— Для ЦИК сейчас самое напряженное время: мне нужно объездить все регионы, провести семинары. Честно говоря, я думала, сегодня это не очень-то и нужно, ведь вся информация есть на нашем сайте. Но по тому количеству электронных писем, которые приходят от граждан, мы видим: много деталей остаются непонятными, особенно для тех, кто работает в избирательных комиссиях. Поэтому живое общение и возможность задать вопросы очень нужны. Семинары, которые я уже провела, прошли практически в гробовой тишине: не было ни разговоров, ни шевелений, ни сна. Всю эту работу я взяла целиком на себя, поэтому мне немного тяжеловато. Но я рассчитываю, что все наши комиссии будут грамотными. Все организационные вопросы отрегулированы, деньги выделены. У нас все есть, главное, чтобы был энтузиазм, чтобы были кандидаты, альтернатива, активность избирателей. 

— Вы говорили, что на выборы в местные Советы депутатов идет много «индивидуалов». Какова доля новичков? 

— Доля новых лиц должна быть значительной. К сожалению, наши политики уже состарились вместе с нами, с чиновниками, поэтому нужно, чтобы приходили молодые. Надеюсь, это будут не только члены политических партий, но и те, кто просто по зову сердца решил поучаствовать в общественной жизни страны. Местные выборы у нас не очень популярны из-за того, что статус депутата не дает никаких преимуществ и привилегий. Он дает только обязанность работать. К сожалению, мир слишком меркантилен, люди все оценивают только деньгами. Мы еще не дошли до западного принципа, когда благотворительность, общественная деятельность за собственный счет — это престиж и повод для гордости. 

Сегодня тех, кто идет на местные выборы, можно назвать энтузиастами и альтруистами: они работают безвозмездно. Однако сказать, что у них нет вообще никаких преимуществ, тоже нельзя. Это в любом случае плюс и какие-то нематериальные блага к выполняемой работе на основном месте, особенно если ты руководитель учреждения. Это могут быть и дополнительные возможности для предпринимателей.

«Железная леди» — это штамп
Фото Павла ЧУЙКО
— По вашим наблюдениям, многие ли, начиная с местных выборов, потом идут в большую политику?

— Я бы не сказала, что таких людей много. Но если посмотреть на депутатов Палаты представителей и Совета Республики – большинство начинали именно в местных Советах. Хотя в данном случае это связано не только с желанием быть политиком. У нас ведь депутатство на местном уровне — это прямая привязка к служебному статусу. 

Если призадуматься, это неплохо: человек, обладая высоким служебным статусом, обладает и большими возможностями для работы в Совете. У таких людей высокая квалификация, доступ к определенной информации, которая позволяет принимать решения осознанно. Плюс — возможность помочь своим избирателям опять-таки благодаря своему служебному положению. Поэтому, если мы переложим целиком депутатство на альтруистов, они либо перейдут в разряд эгоистов, либо Совет просто не сможет работать.

— То есть простому учителю или врачу не место в Совете?

— Очень хорошо, что такие люди идут, но поймите: из них не может состоять весь Совет. Он должен включать совершенно разных людей, но таких, которые являются столпами общества. Врач и учитель — это столпы моральные. А здесь мы говорим о значимости с точки зрения базиса и экономики, с точки зрения возможности решения важных вопросов. Вы обратите внимание: на местах практически все праздники, дни города, культурно-массовые мероприятия проводятся при спонсорской поддержке, в том числе и тех, кто состоит в депутатском корпусе. И не надо закрывать на это глаза, ведь в бюджете на все средств не хватает. 

— Депутатов Парламента прошлого созыва вы называли малоинициативными. Обновленный состав работает уже больше года. Как оцениваете их? 

— Судя по обилию мероприятий, которые депутаты проводят, инициативности у них гораздо больше. В Парламенте сейчас, честно говоря, даже ЦИК тяжело получить зал для проведения заседания, потому что он постоянно занят: проходят какие-то дискуссии либо встречи. Честно скажу, такого давно не было, это говорит о том, что Парламент работает. У многих депутатов достаточно молодого задора. Даже когда они бывают за рубежом, то продвигают там экономические интересы тех субъектов хозяйствования, которые находятся на территории их избирательного округа. Для многих эта работа невидимая, но она очень важна. 

Оппозиция нам помогает 

— В прошлом году впервые за 12 лет в Парламент прошли оппозиционеры действующей власти — представительница Объединенной гражданской партии Анна Конопацкая и нынешний руководитель «Таварыства беларускай мовы» Елена Анисим. Вы ожидаете от оппозиции активного участия в нынешних выборах?

Лидия ЕРМОШИНА дает комментарий на презентации проекта БРСМ «Открытые дебаты», август 2015 г
Фото Виталия ГИЛЯ

— Я вообще за то, чтобы оппозиция участвовала в выборах и состояла в избирательных комиссиях, и мы активно их приглашаем. Более того, активные оппозиционеры в отдельных регионах серьезно подняли квалификацию государственных чиновников в вопросах проведения выборов. В полном смысле этого слова. Они неусыпно наблюдают за процессом образования избирательных комиссий, вмешиваются и находят недостатки. По сути, они нам помогают. Хотя, безусловно, встречаются и неконструктивные оппозиционные деятели, которые сами не знают законы. 

Сейчас мы готовим проект решения о создании Совета по рассмотрению информационных споров. Не секрет, что в период проведения выборов могут возникать жалобы на СМИ, особенно таких претензий больше в период парламентских. В основном нарекания связаны с тем, что некоторые государственные СМИ начинают неуемно агитировать за кого-либо из кандидатов, что вызывает претензии и упреки в нарушении равенства прав и обязанностей кандидатов. В связи с этим мы уже второй сезон приглашаем в число экспертов руководителя БАЖ Андрея Бастунца. Кроме того, нам здорово помогает и держит нас в тонусе институт члена ЦИК с правом совещательного голоса во время президентских выборов. Во время парламентских выборов мы предоставили эту возможность территориальным комиссиям: именно туда политические партии могут направлять своих представителей, там теперь рассматривается большинство споров. В любом случае для чиновников полезно иное мнение и контроль общественности. 

На досрочном голосовании на участке № 511 во время парламентских выборов, сентябрь 2016 г.
Фото БЕЛТА


— Лидия Михайловна, а как за последние годы менялись претензии и замечания к выборам в стране со стороны ОБСЕ?

— Здесь начать нужно с того, что с 2000 года наше избирательное законодательство неоднократно менялось, соответственно, многие замечания ОБСЕ удовлетворены. Кроме того, у ОБСЕ также меняются практика и взгляды на те или иные вещи. Это связано не только с их отношением к Беларуси, но и с международным опытом, с ситуацией в странах, где происходят определенные конфликты. Более того, многие из рекомендаций ОБСЕ невозможно выполнить: иногда они просто взаимоисключают друг друга. Кроме того, ОБСЕ не всегда учитывает местные традиции. Например, они по-прежнему рассматривают все избирательные процессы с точки зрения участия партий, а у нас мажоритарная избирательная система и партии маргинальные, они мало участвуют в выборах и не влияют на их итоги. Наши партии больше создают шум, а не влияют на избирателей. Или взять хотя бы такое понятие, как «коррупция». Мы всегда считали, что в политике коррупция – это какие-то неучтенные деньги, а они сейчас называют коррупцией прежде всего вмешательство госорганов в избирательный процесс. Конечно, мы с этим никогда не согласимся. 

— А такие замечания, как публикация результатов выборов по каждому участку отдельно и оглашение содержимого каждого бюллетеня публично, можно реализовать? 

— ОБСЕ может это предлагать, но у нас есть свои требования закона. Кроме того, стоит понимать: большинство наших участковых комиссий не имеют собственных сайтов. Как бы мы ни развивали интернет, возможность размещения информации по территориальным комиссиям первичного уровня (в сельской местности) – это проблема. Мы сейчас смотрели, как наполнить сайты районов и областей, и я вам скажу: без проблем вопросы решаются только на уровне области. У них и сайты хорошо разработаны, и квалифицированные программисты есть. В Минской области, например, неплохо продвинулись в этом смысле некоторые районы, в остальных — нет. Там не берутся обслуживать даже окружные комиссии по выборам депутатов областного Совета. Конечно, со временем все будет развиваться, но для этого должна развиваться и техническая основа.

1970 год, Бобруйск.
Время готовиться к 2020 году 

— Давайте поговорим об экономической стороне избирательной кампании. Я слышала, доля расходов на материально-техническую базу составляет лишь 17%. Все остальное — это оплата труда. Что вы ответите тем, кто возмущен, что на выборы тратятся миллионы долларов? 

— Действительно, бюджет этих выборов 10,5 млн долларов. Эта сумма идентична суммам, потраченным во время прежних избирательных кампаний. Причем это цифра совершенно небольшая, я даже не знаю, что на нее можно сделать? Осчастливить человечество вряд ли получится. Тем не менее выборы – необходимая демократическая процедура, на которую мы тратим меньше, чем кто-либо. Мы вообще все проводим по минимуму: меньше штата, чем в ЦИК, нет нигде. То есть с точки зрения содержания мы самая дешевая избирательная комиссия. Даже в крохотной Латвии работают 13 человек, в Молдове — 40, в Грузии, где избирателей 2,5 млн, — сотни работающих на систему выборов. У нас — 9, все остальное делается силами общественников. Но ведь они должны дежурить в комиссиях, выдавать бюллетени, подсчитывать их. Эти люди находятся на работе в день выборов около 20 часов. И нужно понимать, что это тяжелая, нервная и напряженная работа, за которую нужно заплатить. Согласитесь, получить 65 рублей за 20-часовой рабочий день – это не так много. Просто в комиссиях у нас по всей стране около 70 тысяч человек. И основной бюджет выборов — зарплата этим людям.  Если бы у нас было подлинно капиталистическое государство, бюджет выборов был бы гораздо больше. 

— 2020 год будет очень насыщенным: нас ожидают и президентские выборы, и парламентские. Когда к ним начнется подготовка? 

— Все будет зависеть от того, когда будут приняты изменения в Избирательный кодекс. Если это случится в 2018-м – это уже можно назвать подготовкой, ведь многие нормы в нем будут закладываться уже под эти выборы. Если же законодательство не будет меняться, в конце 2018-го я обращусь к Президенту, думаю, это будет совещание о сроках избирательных кампаний. Дело в том, что в 2020-м они совпадают, и должно быть принято решение, какая кампания будет первой. Кроме того, в следующем году мы уже должны закладывать определенную сумму в бюджет на осень 2019-го, на начало кампании.

Во время республиканского фестиваля «Олимпия-2016»
Фото Павла ЧУЙКО

— Таким образом, выборы Президента и депутатов будут проходить в разное время? 

— Безусловно, эти две избирательные кампании нужно разводить. Иногда в мире такие выборы проводятся совместно, но это всегда связано с конфликтами. В России, например, после событий на Болотной площади почти на полтора года развели президентские и парламентские выборы. Вопросы безопасности и политической стабильности заставляют и нас проводить эти кампании на достаточно большом отрезке друг от друга. 

Странички на Facebook у ЦИК не будет 

— За цифровыми технологиями будущее. Как вы считаете, в контексте создания электронного правительства можно ли говорить о цифровизации выборов? 

— По мере развития электронного правительства и перехода на электронное управление у нас решится вопрос с составлением электронного регистра избирателей. Это будет большой шаг вперед. Во-первых, регистр будет максимально достоверен. А во-вторых, это даст возможность каждому человеку, сидя дома и не заходя на участок, проверить себя в списке избирателей.

— Позволят ли нам цифровые подписи голосовать онлайн? Например, через мобильное приложение? 

— Если у всех будут электронные подписи, технически это возможно. Но скажу откровенно: во всем мире эта идея не очень популярна. Такой способ голосования признается ненадежным и нарушающим основные демократические ценности. Более того, социологи рекомендуют не отказываться от традиционных процедур – от походов на избирательный участок. Внедрять онлайн-голосование можно только очень узко. Например, для граждан, которые голосуют за границей: тогда можно было бы не создавать участки при посольствах, куда многие просто не доезжают. Разрешить и внедрить электронное голосование можно было бы и для тех, кто находится в лечебных учреждениях или под арестом. Даже если там будут злоупотребления и ошибки – это незначительный процент избирателей. 

С Александром РАДЬКОВЫМ во время семинара-учебы для актива РОО «Белая Русь» по подготовке к участию в избирательной кампании депутатов местных Советов, октябрь 2017 г.
Фото Евгения КОЛЧЕВА

Не возникало ли у вас мысли завести страницу в соцсетях, чтобы быть ближе к народу? 

— Я намеренно не веду никаких страничек. Избирательные комиссии даже западных стран относятся к этому с большой настороженностью. Мне кажется, ЦИК – это как Верховный Суд, мы должны быть на определенном пьедестале, наши комментарии должны быть официальными. А официальные комментарии – это коллегиальные комментарии в нашем случае. Поэтому какая может быть страница на Facebook? Для того чтобы выслушивать негативные комментарии в свой адрес?

Политика – не компьютерная игра 

— Лидия Михайловна, а как вы оцените политическую ответственность избирателей? В целом люди становятся более вовлеченными в политические процессы? 

 — Я бы сказала, менее. К сожалению. Наверное, это всеобщая расхлябанность, которая касается всего: поддержания чистоты в собственном подъезде, поведения в общественном транспорте, обязательности платежей, воспитания детей. Участие в выборах – это такая часть социальной культуры. Люди не хотят нести ответственность. Общее падение человеческой культуры в мировом масштабе ведет к падению ответственности человека перед обществом, в том числе и в политическом плане. 

— В этом году на мировой политической арене много шума наделали референдум в Каталонии, а также последствия прошлогоднего референдума в Великобритании по Brexit. Прошло немного времени, и вдруг оказывается, что многие голосовавшие уже против отделения...


— А это то, о чем мы говорили, – общая безответственность. Все относятся к решению политических вопросов так же легкомысленно, как к компьютерной игре: приняли – отменили, разрушили – восстановили, убили – воскресили. Простота и доступность некоторых решений – это лишь кажущаяся простота, она не имеет ничего общего с реальной жизнью. И это рождает у людей иллюзию, что в жизни все поправимо. Но, к сожалению, есть решения, которые нельзя исправить. Так, невозможно исправить то, что произошло сто лет назад, я имею в виду Октябрьскую революцию. В рассказах Алексея Толстого можно найти рассуждения интеллигенции 1905 года: они мечтают о свержении царя и призывают к революции. Эти мысли совпадают с некоторыми рассуждениями и у нас, и в России. Но практически в каждом случае никто не видел и не решал вопросы и задачи на полшага вперед. Те, кто организовал каталонский референдум, они ведь ничего не предугадывали. Все думают об одном – вот придем к власти, а дальше что? А дальше решений нет. И Brexit из этой категории. Да, независимость. Но сколько социальных, семейных, экономических связей может быть порушено. Никто об этом не задумывается. 

Думала, на месяц, а оказалось, на 21 год 

 — На должности председателя ЦИК вы с декабря 1996 года. Как оцените этот временной промежуток? 

— Сама не заметила, как время прошло. Говорят же, что нет ничего более постоянного, чем временное. Меня ведь в свое время назначали только и.о. председателя ЦИК. Коллеги, когда провожали в Минск, платье мне покупали. Моя зарплата в Бобруйском горисполкоме тогда была 30 долларов в эквиваленте. И я, прощаясь, просила никому не отдавать мое место, была ведь уверена, что скоро вернусь. Уезжала на месяц, а оказалось, на 21 год. 

Это измененная судьба: когда ты так резко и надолго все меняешь, ты меняешь всю свою жизнь и становишься другой личностью. Да, я хотела в Минск с точки зрения развития: ходить по театрам и музеям. Но по театрам ведь не будешь ходить каждый день. Редкие командировки приносили мне больше удовольствия. Я вообще очень люблю Бобруйск и скучаю по нему. К сожалению, последние два года бываю там достаточно редко. 

— Извините за штамп, но вас называют «железной леди». Согласитесь? 

— Это точно штамп, и он не соответствует действительности. Все не так. Я не знаю, почему человек, у которого есть стержень, обязательно «железная леди». Благодаря воспитанию, образованию, литературе у меня есть определенные взгляды, принципы, на основе которых я и живу. Зачастую я больше изображаю жесткость, чем являюсь такой на самом деле. 

— Как вы относитесь к женщинам в политике? 

— А сейчас все перекладывается на женские плечи. Даже организация выборов повсеместно в мире перекладывается на них. Очень долго я была в эксклюзиве: единственная женщина — председатель ЦИК на ближнем пространстве. Сейчас у меня уже есть коллеги: председатели ЦИК Литвы, Киргизии, Грузии, России, Молдовы. Доля женщин в составах избирательных комиссий уже более 80%. А ведь это тяжелая и ответственная работа, к тому же зачастую не очень приятная. Кроме того, местный депутатский корпус тоже держится на женщинах — учителях, врачах, руководителях сельских исполкомов. Мужчин очень мало, они уходят от всего, что приносит мало прибыли. Там, где не платят деньги и нужно много работать, в основном женщины.

— Вы всегда выступаете и ратуете за традиционные семейные ценности. Расстраивает ли вас, что сам институт семьи сегодня обесценивается? 

— Да, ужасно расстраивает. Это преддверие конца света. Если мы потеряем в массовом масштабе традиционную семью, мы потеряем все. Недаром же самая знаменитая работа Энгельса называется «Происхождение семьи, частной собственности и государства». Это основа теории государства и права, которую изучает каждый юрист на первом курсе. Именно семья как ячейка стала прообразом государственного образования. Если мы утрачиваем семью, а мы утрачиваем ее, мы можем потерять государство. А любое государство, даже самое плохое, гораздо лучше, чем безгосударственность. По-моему, махновщина, петлюровщина, то, что происходит сейчас в Ливии, – это и есть те примеры полного краха, где страшно несчастные люди и ничего нельзя сделать. 

— Женщинам не принято напоминать о возрасте, но в конце января вы отметите юбилей. Планируете что-то заранее? 

— Вы знаете, я никогда не отношусь с пиететом ни к праздникам, ни к юбилеям, ни к чествованиям, ни к наградам. Я согласна с Фаиной Раневской, которая все ордена называла «похоронными принадлежностями». Главное не количество орденов и медалей, а роль в обществе. Человек уйдет — а что от него останется? Только рябь на воде? Вот это имеет значение.

Точно такое же отношение и к праздникам. Например, Новый год для меня всего лишь дата в календаре. Никакой мистики вроде «красное не надевать» или «курицу на стол не ставить». Обращать на это внимание – признак молодости. Взрослый зрелый человек считает это ерундой. То же самое касается и дня рождения. Я сейчас понимаю, как коротка жизнь. Поэтому для меня это лишь возможность собраться с друзьями. Я сейчас использую ее по любому поводу. 
Родилась 29 января 1953 года в Слуцке

1975 - окончила юридический факультет Калининградского государственного университета

1987 - помощник прокурора Октябрьского района Калининграда

1988—1996 - руководила юридической службой Бобруйского горисполкома

c 1996 председатель ЦИК

2003 - заслуженный юрист Беларуси 
konoga@sb.by

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Вертикаль
"10,5 миллионов долларов цифра совершенно небольшая...". Но это как для кого. Для тех детей списки с благотворительными счетами которых лежат в каждом из отделений Беларусьбанка это вопрос жизни и смерти. А среднее количество детей всего 50 человек. Вот бы эти деньги на пользу маленьких граждан нашей страны и снять проблему с повестки дня. Но нет, мы лучше обойдёмся двумя коробками шоколадных конфет в одном из детских домов перед камерами журналистов. Так что для кого то это копейки, для других надежда на будущее. Если я не прав, поправьте.
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?