Теракт без ответственности

Почему ни одна из организаций до сих пор не заявила о своей причастности к взрыву в Петербурге

В Петербурге началась зачистка. Все, кто так или иначе может быть причастен к теракту (или вообще к террористическим организациям), попадают в поле зрения спецслужб. Уже задержаны семь вербовщиков террористов, хотя Федеральная служба безопасности (ФСБ) и Следственный комитет России (СКР) сразу отметили, что они не были напрямую связаны со смертником Акбаржоном Джалиловым. Но больше всего вопросов вызывает молчание террористических организаций, которые обычно моментально берут на себя ответственность. Тишина может говорить о подготовке серии терактов, а организаторы выжидают, чтобы потом более громко заявить о себе.

Фото: РИА НОВОСТИ/Игорь Зарембо

Сейчас в Петербурге в ходе обысков силовики изымают экстремистскую литературу, предметы и документы, имеющие значение для расследования уголовного дела. А 5 апреля СКР заявил, что следователи вместе с ФСБ и МВД России, а также спецподразделениями Росгвардии задержали семь граждан из республик Средней Азии, приехавших в Россию работать. По версии следствия, подозреваемые с ноября 2015 года занимались в Санкт-Петербурге вербовкой в террористические группировки, запрещенные в России: «Джебхат ан-Нусра», ИГ, а также в их «франшизы».

В первую очередь вербовали выходцев из республик Средней Азии. Кроме того, вербуемых стремились привлечь к деятельности иных незаконных вооруженных формирований, в том числе на территории иностранных государств. Сегодня за ИГ воюет много уроженцев Средней Азии.

Замысел террористов был реализован в Питере наполовину: одно из взрывных устройств обнаружено и обезврежено силовиками, которые знали о подготовке преступления и готовились к его предотвращению. Всю зиму из Северной столицы приходили новости о перекрытии тех или иных станций метрополитена в связи с угрозой теракта. Утром 3 апреля поезда следовали через станцию «Черная речка» без остановок — силовики отрабатывали информацию о том, что она заминирована. Но там взрывных устройств не обнаружили.

Взрыв в питерском метро — самый громкий теракт последнего времени, но вот уже два дня ни одна террористическая группировка не берет на себя ответственность за него. Хотя раньше ИГ спешила записать на свой счет и менее успешные акции.

Например, 24 марта боевики совершили нападение на 140-й артиллерийский полк в станице Наурской (Чеченская Республика). Восемь террористов пробрались через ограждение военной части. При себе у них были ножи и травматические пистолеты. Стрелковым оружием боевики завладели уже на территории части, убив четырех военнослужащих. Когда террористов обнаружили, между ними и силовиками завязался бой. В результате шестеро боевиков убито, а двоим удалось скрыться.

Акция боевиков провалилась, но ИГ сразу заявила, что операцию осуществили именно ее сторонники.

В чем же причина молчания террористов после взрыва в петербургском метро? Источник «Известий» в одной из спецслужб говорит, что если бы были названы ответственные за теракт в метро, то шансы преступников устроить серию взрывов упали бы практически до нуля. То есть силовики сконцентрировались бы на сторонниках конкретной группировки. Сейчас им приходится проверять все сомнительные организации, даже не имеющие прямого отношения к терроризму. Соответственно, можно предположить, что виновники питерской трагедии планируют другие теракты.

— Обычно боевики берут на себя ответственность, но в отношении России — не всегда. Связано это со значительной автономностью российских террористических организаций. — рассказал «Известиям» Роман Силантьев, религиовед, профессор Московского государственного лингвистического университета. — Грамотные главари выстраивают всё так, чтобы террористы делали свою работу сами, в пользу ИГ, но не присягая ей. Это повышает качество конспирации. В последнее время у нас все самые агрессивные и боеспособные террористы влились в ИГ, поэтому с высокой долей вероятности можно говорить, что это они.

Роман Силантьев считает, что есть теракты, которые согласуются с руководством ИГ, а есть действия автономных ячеек. Как и когда наносить удар, они решают сами.

В целом у экспертов по антитеррору есть три версии произошедшего в Петербурге. В метро мог подорваться религиозный фанатик-одиночка. Подобный вариант, конечно, приятен для самоуспокоения и означает, что событие не системно и его повторение маловероятно.

Также это может стать началом террористической агрессии против России. Но судя по множеству косвенных признаков, противник пока к таким действиям не готов. К тому же в таком случае теракт был бы не одиночным.

Однако на основе изучения террористической войны в Сирии и анализа происходящего за последние годы, наиболее вероятной представляется третья версия — «разведывательного» или «тренировочного» теракта.

— Мы все должны четко и ясно понять: противник ведет постоянную и системную подготовку к террористическому нападению на нашу страну, — рассказал подполковник запаса ВС РФ, ветеран боевых действий Василий Павлов. — Если наблюдать только за общедоступной информацией в СМИ, видно, что террористическая подготовительная активность в течение последних лет непрерывно нарастает. Добавим явное усиление активности террористов в России и в соседних странах, интенсивную вербовку ими неофитов, и становится ясно, что враг шутить не намерен. Сложность борьбы с терроризмом и заключается в том, что невозможно достоверно определить, сколько в стране находится «спящих ячеек».

Вербовка боевиков ведется как в онлайне, так и в офлайне. Интернет-ресурсы снабжают ячейки боевиков пособиями и инструкциями по подпольной работе. В целом организация террора сегодня переняла модель сетевого маркетинга.

Концепция продвижения ИГ основана на создании сети независимых ячеек, каждая из которых, помимо подготовки террористов, занимается агитацией и пропагандой халифата. Присягнувшие ИГ неофиты самостоятельно ретранслируют идеологию. В первую очередь на основе личных связей, используя прямые контакты с потенциальными последователями. При этом у каждого адепта есть свои обязанности — кто-то поставляет халифату свои знания, а кто-то идет в смертники.

Сетевой террор применяет и несколько иные схемы конспирации, отличные от методов ХХ века. Террористы живут, как обычные люди: работают, платят налоги и параллельно готовятся выполнить приказ из удаленного центра. У них нет необходимости в конспиративных квартирах, собраниях, тайных типографиях.

Андрей Филатов

ИЗВЕСТИЯ

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?
Новости
Все новости