Минск
+23 oC
USD: 2.05
EUR: 2.28

В Германии у нудистской культуры давние корни и свои политические оттенки

Тело и декларации

Кому-то нравится, кому-то неловко. Моя белорусская приятельница, ставшая профессором университета в Германии, жаловалась, что никак не может привыкнуть к немецкой привычке ходить в сауну голышом. Никто, говорит, не стесняется, никто, говорит, друг на друга не смотрит, никому нет дела до твоих неидеальной формы ног, дряблеющего живота и прочих несовершенств, но ей среди незнакомых голых людей неудобно и неуютно. (Среди знакомых голых, соглашается, было бы еще хуже.) А потом говорит: «Ну наконец-то, наконец-то! В нашей сауне сделали женские часы — только женщины теперь приходят раздетыми, жить сразу стало легче».

По понятным причинам, мы не можем снабдить эту статью фотографиями, иллюстрирующими традиции германского нудизма. Зато в моем архиве есть фотография Грегора Гизи, с которым я делала интервью для проекта «Без железного занавеса».

Влияние близкой Германии у нас в Карловых Варах тоже чувствуется: в бассейне возле Ледовой арены нет мужских и женских раздевалок, зал для переодевания общий. Есть отдельные кабинки, в которых можно уединиться, но ими пользуются нечасто и, как правило, только женщины. Увидеть сверкающего голым задом мужчину, который переодевает плавки, полагая, что намотанное вокруг бедер полотенце его прикрывает (на самом деле нет, но мужчине никто об этом не говорит) — обычное дело. Помню, когда я пришла в бассейн первый раз, сначала жутко удивилась и проверила, насколько хорошо закрывается моя кабинка для переодевания, а потом с облегчением выдохнула, когда увидела, что душевые раздельные. Считается, что стесняться не нужно. Ну а если я стесняюсь, так это у меня «не то» воспитание. У моей подруги, германского профессора, тоже.

В Германии у нудистской культуры давние корни и свои политические оттенки. Это называется FKK — Freikörperkultur, культура свободного тела. И, как показывает история, в этом названии важно все: и культура, и тело, и свобода. Особенно свобода. Первая организация FKK была создана в 1898 году и быстро распространила свои идеи на Берлин, побережья Балтийского и Северного морей. Тогда боролись за освобождение тела от корсетов, чтобы было легче дышать — и не только в прямом смысле. При нацизме нудизм был запрещен, но в 1942 году купание голышом снова разрешили, правда, с оговоркой: чтобы тайком и в «уединенных местах». Самыми большими поклонниками нудизма всегда были люди с левыми взглядами. Так что политика имеет к этому прямое отношение.

В берлинском музее ГДР культуре нудизма посвящен целый раздел. Там говорят, что восточные немцы, раздеваясь летом догола у водоемов, так демонстрировали свое неприятие социалистического строя. Если судить по старым фотографиям (в музее их нет, но в сети сколько угодно) юной Ангелы Доротеи Каснер, будущей канцлерин Меркель, она тоже протестовала. То ли в знак протеста, то ли из любви к традициям, каждый четверг она ходила в сауну. В тот четверг, когда пала Берлинская стена (в этом году этому событию, перевернувшему мир, исполняется 30 лет), Ангела тоже была в сауне. Известный немецкий политик Грегор Гизи, выросший в Восточной Германии, ни разу не проигравший выборов в бундестаг и ставший одним из лидеров европейских левых, политическую подоплеку восточногерманского нудизма подтверждает: «Он был связан с рабочим движением. В Восточной Германии пляжи FKK на Балтийском море были нормой».

Эти три буквы вы увидите на пляжах (в городской черте тоже) и сегодня. Как поступать — вам решать: или присоединиться к этому миру «без текстиля» (обязательное условие: никаких фотографий, никаких попыток познакомиться), или уходить в места, где наличие одежды обязательно. Таких мест все больше, нудизма все меньше. И этот тренд, вы не поверите, волнует и политиков тоже.

Исследователи говорят, что в умирании традиций нудизма виноваты не мигранты, хотя, понятное дело, они относятся к обнаженности совсем не так, как немцы. Традиция медленно, но верно становится одним из отдаленных последствий (очень неожиданным, но все же последствием) объединения Германии. В восточной ее части всегда раздевались (ну, в смысле — выступали за свободу и тела тоже) охотнее, чем в западной, где свобод и так хватало. А когда две части объединились, западные немцы стали подозревать, что у привычки восточных к раздеванию есть какой-то скрытый подтекст, какой-то «порнографический налет». Подозрения эти, как это часто случается, постепенно разрушали удовольствие от нудизма. «Жаль, потому что у FKK есть класс», — говорит Грегор Гизи. И призывает выделять для нудизма больше мест. Не дадим, мол, умереть традиции свободы. Ну и добавляет, что германский нудизм — это не про эротику и сексуальность: «Я вижу FKK как противовес повсеместной сексуализации в рекламе и обществе в целом». И это, конечно, правда: тело — всего лишь тело. Далеко от совершенства? Ну и что? Грегор Гизи говорит, что нудизм означает «уверенность в себе и протест против социальных ограничений. Это важно и стоит поддержки». Ну а если нам глаз режет, так это наши проблемы.
Мэрия Барселоны направила в муниципальные бассейны города отчет центра по борьбе с дискриминацией, в котором запрещается отказывать женщинам плавать топлес. Рекомендация основывается на юридическом анализе и распространяется на все виды бассейнов. Противоположное поведение будет считаться дискриминацией, так как мужчины посещают данные учреждения без верхней части одежды. Заместитель мэра Барселоны Жанет Санс подчеркнула, что местные законы и без того не запрещали женщинам плавать топлес, однако новые указания расширили их права и должны положить конец всем спорным случаям.
plesk@sb.by

Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
4.86
Загрузка...