Татьяна Устинова: я похудела на 100 килограммов, не голодая

Вопрос — как известному автору детективов удалось это сделать — интересует читателей не меньше, чем вопрос, кто убийца.

Из личного архива Татьяны Устиновой

— Татьяна Витальевна, летом, когда актриса Ксения Лаврова-Глинка выложила в соцсети вашу с ней фотографию, все СМИ взялись бурно обсуждать тему — как вы невероятно похудели. Ожидали такой волны интереса?

— Ксении огромное спасибо, у нас с ней вышел замечательный разговор в программе «Мой герой» на ТВ Центре, которую я веду. И фотография удачная. Никакого особенного интереса я не ожидала, ибо я — это я, и разницы с собой вчерашней или позавчерашней не замечаю. Нет, различие в весе, конечно, есть. Но я занимаюсь этим вопросом — не стройностью своей на манер газели, коей я никогда не стану, а относительным приведением в порядок организма, — давно, уже лет десять или даже больше.

— Но вы правда сильно постройнели. Можете сказать, сколько сейчас весите? И процесс похудения еще идет или уже все ровно?

— Смотрите, когда-то я весила около 200 килограммов, если быть точной — 189! Прошло много лет, и я стала весить 100. Нынче мой вес, видимо, килограммов 90. Я не взвешиваюсь каждый день, я же не призовая свинка с Выставки достижений народного хозяйства. Должно быть, эти десять килограммов и стали заметны — вот, например, на той фотографии, — ибо вес долго держался, не меняясь. Разумеется, процесс продолжается, но — отдадим себе в этом отчет — я никогда не буду весить модные нынче 55 килограммов! Да и не хочу-у-у!

С Ксенией Лавровой-Глинкой. Именно это фото взбудоражило и СМИ, и интернет. Так всех поразила Устинова!
фото: instagram.com

Стройнеть грамотно — скучно и муторно

— Невероятно волнующий всех вопрос: как худели? И что был за переломный момент, когда решили: все, хватит жить как попало.

— О, это и правда волнующий вопрос — кто и как худеет! Признаться, меня страшно удивляет и смешит именно это стремление сегодняшнего человеческого сообщества к худобе и к молодости! Ладно бы, черт побери, все как один хотели научиться писать на латыни, познать теорию струн или выращивать на Марсе яблони! Не тут-то было! Физику и латынь побоку, главное, чтоб все худые были! И молодые! Все до единого! Вот бабуся семидесяти пяти лет, но и она не должна солить огурцы и сажать картошку, а обязана стремиться выглядеть на 38 и весить все те же 55! Ну, смешно же!

Я стала худеть по медицинским показаниями, исключительно по ним, уже больше десяти лет назад. У меня тогда все время кружилась голова, ноги подкашивались, были отеки, одышки и всякое такое прочее. Ну, согласитесь, 189 кг — некоторый перебор.

— Каких специалистов привлекали? За эти годы кто-то из докторов стал вашим другом?

— В моем окружении много врачей. Именно друзей! И вот я прицепилась к одному из них, как клещ, — так бывает, когда расстроены, нарушены многие системы жизнедеятельности, от гормональной до нервной. А он на самом деле Великий Русский Врач — все слова с прописной буквы, и никакой иронии. Прекрасно помню, как мама вызывала мне скорую — я была уверена, что вот-вот скончаюсь, — замученные настоящими больными врачи пожимали плечами, давали мне валериановых капель и уезжали, а я принималась звонить этому своему другу. Он хирург и в дамских фанабериях разбирается плохо. «Я не умру, Игорь Евгеньевич?» — вопрошала я дрожащим голосом. А он голосом твердым отвечал: «Сейчас — нет!» Назавтра все повторялось. И так много месяцев подряд! Потом ему надоело это дело, и он строго сказал: нужно лечиться. Я согласилась и пошла по врачам — эндокринолог, флеболог, кардиолог, хирург и так далее. Это скучно и муторно — ходить по врачам, сдавать анализы, пробы на всякие гормоны и ферменты, то-се, пятое-десятое. Да и потом — рекомендации нужно выполнять, препараты принимать, указаниям следовать, а это еще более скучно и муторно.

Довериться хорошим докторам

— Интересно, а вы стали по-другому писать про еду? Ваши герои взялись устраивать пиры, от которых вы отказались? Или худели какие-то персонажи? А может, вы решили в детективе убить диетолога, имеющего некоторое сходство с вашим?

Такой была Татьяна, пока не начала грамотно, под присмотром врачей худеть
Из личного архива Татьяны Устиновой
— Как раньше любила, так и сейчас обожаю писать про еду. А еще больше — читать! Чехова, например. Ах, как прекрасно он про это писал!!! Гоголь тоже отлично. Похлебкин, Вайль, Генис! А вот диетолога у меня никакого нет — если бы был, точно убила бы. Я с диетологом встречалась однажды — года через три после того, как взялась худеть, сходила, получила рекомендации и более с ним не виделась.

— Всегда хочется, чтобы р-раз — и проблема решилась. Думали про операцию по уменьшению желудка и про липосакцию?

— В липосакцию я не верю. Должно быть, сказываются зачатки знаний по физике. Насыпьте в пакет песок. Можно для наглядности развести его водой. Затем вычерпайте песок из пакета детским совочком. Всмотритесь в пакет. Разумеется, он уменьшился в объеме — на то количество песка, что мы вычерпали. Но сам пакет при этом ничуть не изменился. Глупо думать, что следующую партию песка в него насыпать не удастся, — еще как удастся! И объясните мне после этого — какой смысл в липосакции? Чисто так, себя занять? Думаю, что операция по уменьшению желудка — более действенна, но здесь точно нужно профессиональное мнение, уверена, не всем и не всегда она показана. И применять ее следует в неких крайних случаях, но тут я решительно не специалист. Все должны решать доктора!

— А можете сказать, что оказалось самым эффективным, а что — бесполезным?

— Расскажу историю. У меня с подросткового возраста болит желудок, то меньше, то больше, то вообще не болит! И я его то лечу, то не лечу, то еще как лечу! И вот мой друг Великий Русский Врач прописывает мне какие-то таблетки и велит их принимать — чтобы желудок не болел. А уж я сама, по своей инициативе отказываюсь на некоторое время от всего, кроме овсянки и рисовой каши. Проходит неделя-другая, делают мне контрольное исследование, результат прекрасный, ничего не болит. Я, гордая собой, объявляю своему другу, что желудок прошел, так как я правильно питалась. Он в ответ, не отрываясь от бумаг: «Ваш желудок прошел не потому, что вы правильно питались, а потому, что я умею правильно назначать препараты!» Занавес. Все правильно назначенные препараты оказались эффективными, а неправильно назначенные — бесполезными.

На встрече с читателями
Из личного архива Татьяны Устиновой

От большой миски — к скромной пиале

— Были продукты, о которых вы до похудения думали: «какая гадость эта ваша заливная рыба», а потом стерпелось и даже слюбилось?

— Всю жизнь я терпеть не могла рыбу, кроме воблы. Любая другая рыба и морепродукты вызывали у меня отвращение и приступ паники. Любить рыбу я училась несколько лет, в основном учила меня ее любить сестра Инна. Затем еще несколько лет я училась ее готовить. С морепродуктами дело шло веселее — года два-три прошло, и вот я уже вполне могу съесть мидии в прованском соусе! Теперь, после наших поездок на Байкал, в Магадан, в Анадырь, я вообще смутно представляю, как живут люди, не любящие рыбу!

— До эпопеи с похудением вы ели по ночам?

Из личного архива Татьяны Устиновой
— Я ем, когда хочу есть. Ночью есть — не хочу. Ночью я, как правило, хочу спать. Нет, если гости засиделись до четырех утра, тогда мы все, как любые приличные люди, едим до четырех утра, а на Новый год и на Пасху, бывает, и до семи едим! Если чувствую голод во время работы, выпиваю чашку куриного бульона. Жевать просто так не люблю, я люблю вкусно поесть за столом с семьей.

— И обходитесь без срывов на «запрещенку»?!!

— Про «ломки», «срывы», сны про гамбургер и картошку фри мне сказать решительно нечего. Я же не голодала и не голодаю… Сократились объемы поедаемого — очень, очень значительно! Но сокращались они очень, очень не спеша. Такого, чтобы я вчера ела полкило шашлыка жареного, а с сегодняшнего дня стала есть пятьдесят граммов трески паровой, не было. Никуда не делся бы мой вес, если бы не медицинские стратегии. Объемы сокращались так. Сегодня я ем тарелку супа. И завтра ем тарелку супа, но в нее налито ровно на одну ложку меньше. Действительно на одну, это не шутка. И вот я месяц ем эту тарелку без одной ложки. В следующем месяце я продолжаю есть ту же тарелку еще без одной ложки. И так далее. Никто никуда не спешит. Это не «худеем к пляжному сезону!» Сейчас обхожусь пиалкой супа — я привыкла.

— До выработки этого разумного подхода сидели на экстремальных диетах?

— А как же! Помню рисовую — нужно неделю есть рис и считать рисинки, по убыванию. В начале недели разрешалось семь рисинок, затем шесть, пять, и — вершина — одна рисинка! Это чудовищно. Еще были кефирная диета, яблочная, арбузная — видимо, в августе. Также была кремлевская диета — она сразу показалась нам с сестрой дикой, но мы все равно сидели на ней. Никакого эффекта, разумеется, не достигалось, только все время страшно хотелось есть.

Из личного архива Татьяны Устиновой

Фитнес от меня по другую сторону

— Вы говорили, что в юности комплексовали из-за высокого роста, который вошел в моду несколько лет спустя. Сутулились, чтобы казаться ниже. А из-за веса не переживали, не морили себя голодом?

— Из-за роста переживала, из-за веса переживала, из-за очков переживала, из-за того, что джинсов не было, тоже переживала. Но голодом себя морила очень кратковременно. Во-первых, голодная я злая. Со всеми ссорюсь, а я терпеть этого не могу! Особенно ненавижу ссориться с мужем. Однажды мы с Инкой и еще одной подругой решили в очередной раз худеть. Я ночевала как раз у этой подруги, мы ничего не ели — а потом я поехала домой. Когда открыла дверь, мой молодой муж работал какую-то работу, и я с порога на него набросилась с упреками. До сих пор помню его изум­ленное лицо. Он же не знал, что вчера решено было худеть и теперь все плохо, так как есть хочется невыносимо! С тех пор прошло почти тридцать лет, а это его изумление и свои вопли я помню, и стыдно мне… Во-вторых, еда для нас — одно из самых важных удовольствий. Мы так любим есть! А я еще и готовить люблю. Терпеть не
могу, когда гости не хотят есть. Племянница приезжает из универа сытая — позволь, а как же застолье, удовольствие отдыха после прожитого дня? Я никогда не ем на бегу — берегу аппетит для обеда или ужина. 

— В дополнение занялись каким-то фитнесом, модной сейчас скандинавской ходьбой?

— Не-е-е-ет!!! Здоровый образ жизни — история для меня загадочная и отчасти грустная. Человек, всерьез занятый подсчетом калорий и соотнесением себя с полезностью или неполезностью того или иного продукта или физического действия, на мой взгляд, или редкий болван, или чего-то недопонял. Мне кажется, нужно радостно — по возможности — жить. Поехать к тетке в деревню, наловить в речке окушков, за грибами сходить, баню истопить, и вот будет праздник! И уха, и жареха, и парная — и непременно, чтобы с мостков прыгать! Мне нравится иногда на велосипеде прокатиться до дачи, чтобы в рюкзаке вобла и пиво холодное. На лыжах зимой сходить — чтобы вечерело и хорошо бы ветер холодный. Щеки деревенеют, лоб ломит, собаки бодро бегут — вот это счастье. Вернешься в сумерках, а дома тепло и ужин на подходе! Ходить с палками мне скучно, чувствую себя идиоткой, я однажды пробовала. Фитнес — совсем в другую от меня сторону.

— Похудев, стали по-другому одеваться?

— Как одевалась, так и одеваюсь, только сейчас в меньший размер. А большой берегу, не отдаю никому — вдруг пригодится! Я люблю джинсы, пиджаки, странные юбки и брюки модных голландских дизайнеров — есть два места в Москве, где их можно купить. Люблю шарфы, длинные пальто, жилеты дикого меха. Очень люблю хорошую обувь. Качественную, красивую, чтобы удобно носить.

Из личного архива Татьяны Устиновой

Семья всегда поддержит

— Муж и сыновья подбадривали вас, когда вы начали урезать рацион по ложке, или критиковали, говорили, что надо идти другим путем? И вообще как у вас с поддержкой в сложных вопросах и в трудные времена дело обстоит?

— Когда у нас наступают тяжелые времена, вся семья встает плечом к плечу. На мой взгляд, в этом главное предназначение семьи. Когда человеку больно, плохо, страшно, по идее, он первым делом должен искать поддержку в семье, а уж потом у психотерапевтов! Это нынешнее заблуждение, что любая женщина и любой мужчина прекрасно могут прожить вне семьи, браки заключать немодно. Может, оно и немодно, но вся эта канитель до первых проблем. Вот как в первый раз выгонят с работы, так сразу станет ясно, к чему нужен муж, а также добрые и понимающие мамаша с папашей, которые хоть ребенка к себе заберут на время, пока вы будете искать новую работу.

У нас именно так. Любые проблемы — убежала собака и нужно искать, старший сын пробил колесо, а запаски нет и до дома сто километров, потекла труба у родителей в доме — решаются сообща и по возможности быстро. Все бросают работу и едут искать собаку, бортовать колесо, латать трубу. В это время никто не хнычет, не ссылается на усталость. Надо так надо! И критикуем мы друг друга редко. Правда, муж совсем недавно сказал: «Ты теперь меня все
время критикуешь!» Когда он так сказал, я принялась было в ответ критиковать его за то, что он ничего не понимает, как обычно, но остановилась. Это правда. Я позволяю себе критиковать и его, и сыновей. Они — мои мужчины — меня никогда.

— А когда Миша и Тимофей знакомят вас с девушками и их выбор вам не нравится, позволяете себе намекнуть на это? Есть знак, по которому сыновья поймут: Оля маме понравилась, а Зоя не очень…

— В моем случае намеки звучат так: «Сынок, зачем ты привел какую-то дуру, целый вечер псу под хвост! Ты разве не видишь, что она нам не к дому!» Или так: «Разумеется, приглашай ее в гости, но когда нас нет дома!» Деликатностью и английской сдержанностью я никогда не страдала. 

Совершенно убеждена, что родители и дети должны разговаривать друг с другом. Всегда. И когда дети маленькие, а родители молодые, и когда дети выросли, а родители постарели, и когда дети пожилые, а родители дряхлые. Мы разговариваем со взрослыми детьми. И они разговаривают с нами! Тим прибегает по вечерам в нашу спальню поговорить на сон грядущий. Иногда мне совсем не хочется его слушать, иногда он утомляет меня своими причудливыми взглядами на жизнь, происходящими от недостаточного количества прочитанных книг, а в творчестве, например, Лавкрафта, я совсем ничего не понимаю! Но я слушаю, стараюсь вникать. А как иначе?

— Вашему старшему сыну 27 лет. Не собирается ли жениться и сделать вас бабушкой? Что думаете о таком повороте событий?

— Жениться Миша собирается, но так, не спеша — мы как-то все уверены, что до тридцати можно никуда не спешить. Про внуков я решительно не думаю. Я очень занятой человек, да еще к тому же писатель, живущий сотней чужих жизней. Мне скучно задавать себе бессмысленные вопросы.

— С Евгением вы женаты уже 30 лет. Ваши отношения начались прозаически — ему для аспирантуры понадобилась московская прописка, а романтика появилась лет двадцать спустя, после того, как вы чуть не развелись. Какой период сейчас, лазит ли Евгений в окна к любимой женщине? Романтично отмечали серебряную свадьбу и сейчас жемчужную?

С мужем Евгением в день свадьбы (1988)
Из личного архива Татьяны Устиновой
— Серебряную свадьбу мы отмечали широко, как сейчас помню. Часть семьи улетела на море — муж и дочь моей сестры Инки, — а она сама осталась с собаками, которых нельзя было взять с собой на море. Помню, как я приставала к Жене, юбилей, мол, у нас, давай полезай ко мне в окно или хотя бы берилловую диадему давай! Он ничего этого не дал, ушел на работу, а про серебряную свадьбу забыл начисто. В середине дня позвонил в ужасе: слушай, говорит, а у нас сегодня годовщина свадьбы, да?!! А я была по какому-то скучному делу в скучном учреждении и, когда вышла оттуда, решила разгуляться. Накупила деликатесов в страшно дорогом магазине, что потом надолго подорвало наш бюджет. На даче, рассматривая деликатесы, которые я все выкладывала и выкладывала на стол, сестра заметила, что «это какое-то раблезианство». Потом приехали на велосипедах дети — Мишка, Тимофей и их друг Диман. По дороге они повалились в грязь и отмывались под уличным краном. Потом примчался с работы молодой, то есть уже почти старый, муж, с утра забывший про свадьбу. И привез букет пионов — так это было красиво! И мы до ночи сидели в беседке, жгли огонь, вкусно ели, вспоминали смешное, произносили тосты…

В этом году нас настигла жемчужная свадьба — тридцать лет. Я стала требовать тиару из жемчуга и чтобы в окно лез для романтики, и опять ни с места! Хотя лето мы проводим на даче у Инки, наша комната в цокольном этаже и «лезть в окно к любимой женщине» нужно скорее вниз, чем вверх! Сестра и ее муж подарили чудесный жемчужный браслет, а молодой, теперь уже почти старый, муж ничего не подарил! Зато мы поехали в Завидово, на Волгу аж на два дня и там плавали в речке, хотя было холодно. Катались на велосипеде-тандеме по лесу. Вы когда-нибудь катались на таком? Попробуйте, это прикольно!

— Ваша сестра Инна — ваш помощник, вы живете у нее на даче, вместе отдыхаете. Вы всю жизнь не разлей вода или в детстве не миновали драки, жалобы, интриги?

— Мы дружим всю жизнь, у нас разница всего в полтора года, и мы росли, как близнецы-братья. Удивительно, но я помню, как она родилась. Вечером мама принесла домой нечто, завернутое в атласное одеялко и сказала: «Это твоя сестра, ты ее очень любишь». Мне было страшно любопытно, что же внутри. Ничего интересного там не оказалось, но рефрен «ты ее очень любишь» сработал — я Инку правда очень полюбила. С кавалерами повезло: мы разные не только по характеру, но и по фасону — Инна миниатюрная девушка европейского типажа, с карими глазами и смуглой кожей, а я всегда была очень крупная, так что никогда не было одного молодого человека, которому нравились бы мы обе, и он выбирал, за кем бы приударить.

Я жила с родителями до сорока лет, так что у мамы была возможность давать такие же установки моим сыновьям. Когда Мишке было шесть лет, Инна родила дочку Саню. Как-то я застала на кухне картину. Мама говорила Мише: «Сегодня к нам приедет погостить Саша. Ты ее так любишь, ты ее так ждешь!!!» И Мишка начал скакать и радоваться. Если детям говорить, что они счастливы, прекрасно одеты, умны, они будут думать, что так и есть, — и с любовью к братикам и сестричкам та же история.

— Инна ведь замужем за братом вашего мужа?

— Да, они с Максом познакомились на нашей с Женей свадьбе. Его брат влюбился в мою сестру с первого взгляда, у них вспыхнул бурный роман: когда ей было 18 лет, а ему 28, они разбежались. А через двадцать лет поженились! Наша с Инкой свекровь Александра Григорьевна замечательно воспитала сыновей, они всю жизнь друг друга подпирают — как мы с сестрой. Только мы играли в кукол, а они делали модели ультразвуковой пушки из трубы, которую им папа принес с работы. Макс немного покровительственно относится к младшему брату, моему мужу, но обоих это совершенно устраивает. Это грандиозная история, но использовать в книге я ее не могу — упрекнут в неправдоподобии…
Татьяна УСТИНОВА

Родилась: 21 апреля 1968 года в п. Кратово (Московская обл.)

Семья: муж — Евгений (инженер-физик); сыновья — Михаил (27 лет), работает в Летно-исследовательском институте им. Громова, Тимофей (17 лет)

Образование: окончила МФТИ

Карьера: с 1993 по 1996 год работала в пресс-службе Бориса Ельцина, переводила с английского телепрограммы «Служба спасения 911», «Познер и Донахью», была редактором программ «Человек и закон» и «Здоровье». В 1999 году написала первый роман — «Гроза над морем». С тех пор у нее вышло порядка 50 детективов, многие экранизированы. С 2015 года ведет программу «Мой герой» на канале ТВ Центр.
Елена ФОМИНА, ТЕЛЕНЕДЕЛЯ.

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...